Попала, или Форс-мажор! - Наталия Гапанович

Рейнольд у нас не показывался, так что я вздохнула с облегчением. Увидела его только через неделю на паре. Как бы я его ни «любила», надо признать, преподаёт он просто замечательно. Его пары пролетают незаметно, а пройденный материал хорошо откладывается в голове.

– Лейра, останься, пожалуйста, – попросил он меня, выходящую из аудитории.

В одно мгновение засомневалась: может, прикинуться, что не услышала, и уйти?

Эту дилемму быстро разрешил Рейнольд:

«Не заставляй тебя обездвиживать», – прозвучало у меня в голове.

Да чтоб его…

Развернулась и послушно подошла к нему. Не знаю, чего от него ожидать, но только не чего-нибудь хорошего, это точно.

Он подождал, пока все уйдут, и с помощью магии закрыл дверь.

– Я хотел извиниться за своё непристойное поведение, – произнёс Рейнольд серьёзно. – Прости, что проник в твою спальню, я не имел никакого права так себя вести.

Не ожидала от него извинений. Криков, шипения, обвинений, да чего угодно, только не извинений. Стою, в смешанных чувствах смотрю на него. Наверное, надо что-то сказать, вот только вопрос – что? Ведь неспроста всё это.

– Эм-м, – не знаю, что сказать, открываю и закрываю рот словно рыба. – Рейнольд, ответь мне, в чём истинная причина твоего извинения? – смотрю на него, прищурившись.

Что он ещё придумал? Ведь не может же спокойно, интриган. Вот не верю я, что он вдруг почувствовал себя виноватым, не спал ночи, мучился угрызениями совести и вот, наконец-то, предстал пред мои очи, чтобы вымолить прощение. Не похоже на него, хоть ты тресни. Не верю!

– Ты думаешь, что я, просто как нормальный человек, не могу попросить прощения? – моментально вскипел он.

– Не-а, – покачала головой. – Нормальный человек мог бы, ты – нет!

– То есть, по-твоему, я могу извиниться только с какой-то целью? – уточнил он, нотки бешенства в голосе выдавали его настроение.

– Да.

– Это такое у тебя мнение обо мне? – Рейнольд уставился на меня в удивлении и нервно провёл рукой по волосам.

– Да.

– Лейра, я просто извиняюсь, без всяких посторонних мыслей.

– Рейнольд, признайся, ты интриган, каких свет не видывал. Ты ничего не делаешь, не рассчитав выгоду на пять шагов вперёд, так что не надо, я не наивная девочка, – вспыхнула я как спичка.

– Что? Я всего-то хотел извиниться! Я не идеальный, но хотя бы извиняюсь, а ты? Кто из меня обманным путём выманил деньги, а?

– Ну конечно, лучший способ защиты – это нападение! – парировала я. – Очень по-мужски! Как и предлагать девушке бросить твоего собственного брата за деньги. Ты хоть на миг задумался, каково это – быть брошенным, а? – разошлась я не на шутку. – А унижать совершенно незнакомую девушку – это нормально? – кричала на него во весь голос. – Деньги брала, чтоб отомстить одному самонадеянному типу, может, знаешь, кто подходит под это определение? И каждый раз получала неописуемое удовольствие!

Рейнольд смотрел на меня с испугом, его глаза всё больше и больше округлялись от удивления.

– Лейра, успокойся, – выставил он ладони вперёд, – дыши спокойнее.

Не поняла, чего это он вдруг со мной, как с неадекватной? Посмотрела на свои руки – они горят. Горят!

– А-а-а, я горю! – кричу, бегаю и машу руками, пытаясь потушить огонь.

– Лейра, успокойся, – пытается успокоить и догнать меня Рейнольд.

– Ты что, спятил?! Я горю-ю-ю! – кричу от ужаса, реву и бегаю.

Рейнольд поймал меня, прижал.

– Ш-ш-ш, успокойся, – он погладил меня по спине, крепко прижав к себе.

И тут до меня доходит: огонь горит, но не жжёт ни меня, ни Рейнольда. Стою, зарёванная и растрепанная, в объятиях Рейнольда, а он нежно смотрит на неряшливую, нерадивую адептку с невысохшими слезами на щеках. Несмело подняла на него глаза.

– Постарайся успокоиться, дыши глубже. Этот огонь идёт из тебя, вбери его, как свою стихию, – спокойно объясняет Рейнольд.