Посол на подмене - Ольга Воскресенская

— Эй, фин Астор, что за шутки?! — возмутился посол. В голову закралась мысль, что его так и убить могут, просто не выпустив из магического пространства. Сам-то он, не будучи магом, выбраться не в состоянии. Просто идеальная ловушка. А белавскому правителю потом можно соболезнования прислать. Так, мол, и так, сам виноват: полез на полосу, переоценил свои силы. Несчастный случай.

— Я тут ни при чем! Мурчианы решили повольничать, — крикнул в ответ министр. — Простите!

— А делать-то мне что?

— Берегите дыхание, не отвлекайтесь и бегите вперед! Если будете долго стоять, полоса усложнится.

— Но тут же должен быть выход! Откройте его!

— Выход был. Но специфика полосы такова, что нельзя вернуться к объекту, оставленному за спиной, а вы облако обогнули.

— Так не по своей же воле!

— Не важно. Следующий выход на всех уровнях откроется через полчаса. Держитесь!

— А если я и его… обогну?

— Тогда вас выкинет во дворик вместе с Линком еще через четверть часа. Навечно вы там не останетесь, я задавал максимальное время — час. Бегите же! Полоса сделана так, чтобы ни один уставший маг не мог схалтурить и выбраться до окончания тренировки.

— Тысяча драконов! — рыкнул Ник и бросился бежать дальше. Как не броситься, если позади из кустов на дорожку неожиданно выбрались сразу два лохматых хищника высотой ему по пояс! Хорошо хоть магия полосы смилостивилась и оставила фору — метров пятьдесят или даже меньше. Парень совершенно не горел желанием воспользоваться экстренным выходом в виде чьей-то пасти.

— Слишком долго задержались на одном месте, — прокомментировал фин Астор. — Сейчас дополнительно ядовитые комары появятся, которых желательно прихлопнуть до того, как они доберутся до кожи. Одежда, кстати, не спасает.

У кого такая нездоровая фантазия? Нику очень хотелось возмутиться, а еще больше — встретиться с изобретателем полосы на этой самой дорожке, основательно оттоптать ему ноги и посмотреть, кто окажется живее — хищники или комары. Впрочем, на личном присутствии в качестве наблюдателя он не настаивал, наоборот, с большим удовольствием послушал бы пересказ министра, будучи где-то на безопасном расстоянии.

Ник прихлопнул ладонями первого комара, оказавшегося размерами чуть ли не с бабочку, и с тоской подумал, что цензурного словарного запаса ему явно не хватит, чтобы описать все впечатления секретарю Триану. Белавские чиновники его совершенно не поймут. Он бы и сам раньше не поверил, что за пятнадцать минут можно увидеть и пережить столько, что совокупность всех детских и юношеских неприятностей и травм начнет казаться сущим пустяком.

Бежать по пересеченной местности, стараясь не подпустить к себе ни комаров, ни странных лохматых зверей, у которых даже глаз невозможно было рассмотреть, оказалось очень сложно. Никоэль весь вывозился в субстанции, брызгающей из поверженных насекомых, порвал брюки, распорол рукав о какой-то острый сучок, пока перепрыгивал через очередное бревно, насобирал на шевелюру паутины с ворохом мусора… Впрочем, ему некогда было думать о том, как он выглядит со стороны, и жалеть об испорченной одежде. Живым бы остаться! Единственное, о чем он изредка досадовал, — это о том, что не догадался захватить с собой Астора. Надо было попросить, чтобы тот лично провел экскурсию, держась рядом.

Первым удалось устранить одного из лохматых хищников, оставив на его пути недобитого комара с оборванными крыльями. Н-да, яд на удлиняющемся жале, похоже, действует быстро и радикально. Зверь просто дернулся один раз, упал и больше не поднялся. Второй, можно сказать, устранился сам, так как не успел увернуться от падающего дерева. Дольше всех досаждали комары, которые то налетали небольшим роем в пару десятков особей, то после нескольких минут относительного затишья так и норовили одиночными диверсантами подкрасться откуда-то сбоку или сзади. Ник старался бежать изо всех сил, так как заметил закономерность: чем меньше у него скорость, тем больше полоса преподносит сюрпризов и опасностей. Он даже не ожидал от себя такой прыти. Откуда только взялись силы? Но эту странность он отметил лишь краем сознания. В конце концов, дыхание все равно начало сбиваться больше и больше, в боку закололо, и каждое движение, каждый прыжок стали настоящим подвигом. Жутко захотелось пить. Поэтому он не сразу поверил глазам, когда, обогнув высокий куст, увидел впереди целое озеро воды. Только подобравшись ближе и ступив в вязкую грязь на берегу, парень уверился, что перед ним не мираж. Однако не обрадовался, он даже представить боялся, каких обитателей стоило ожидать в воде. Никоэль замер, переводя дыхание, и постарался сообразить, как можно перебраться на другой берег, не намокнув. Но выводы были неутешительные: только вплавь.

— Надеюсь, вы плавать умеете? — «заботливо» поинтересовался Астор, чей голос снова прозвучал откуда-то из пустоты, но так, словно тот стоял рядом.

— И что? — устало выдохнул посол охрипшим голосом.

— Не тяните время, пока водяные змеи не появились. Лежать на воде и отдыхать не советую. Будет обидно, если вы погибнете в шаге от выхода.

Никоэль с сожалением посмотрел на свои туфли и шагнул в озеро. Разуваться он счел неразумным. Во-первых, обратно за обувью уже не вернешься, во-вторых, на другом берегу босиком бежать будет сложновато. Можно было бы, конечно, постараться перенести туфли над водой, но явно не в одежде. Пришлось бы раздеваться, чтобы иметь свободу маневрирования и не пойти на дно. Но если избавиться от рубашки и камзола Ник еще был согласен, то снимать ремень и брюки точно не собирался. Нет, это дело принципа — не оставить тариманцам ни клочка на память. Не хочет он в совсем неподобающем виде выбраться с полосы, попасть на паладио, а потом идти с голым торсом по дворцу и до самого посольства. В вину ему это не поставят, но на поединок могут вызвать не раз. Все-таки на хилый скелет без рубашки он не похож, занятия алхимией часто требовали физической силы, чтобы долго удерживать на весу без дрожи в запястьях тот или иной сосуд или мешок с минералами, а потому он старался — отжимался, тренировал руки. Демонстрируя бицепсы, явно не убедить любителей дуэлей в том, что он кабинетный работник, который умеет держать в дланях только тупой нож для бумаг.

Плыть было тяжело и неудобно, но Никоэль не сдавался и греб. По-прежнему жутко хотелось пить, однако глотать воду из озера он посчитал неразумным. Не хватало еще добровольно отравиться! Нет, он лучше потерпит. Но долго ли?

— Сорок пять минут скоро пройдут? — отрывисто поинтересовался парень вслух.

— Уже прошли.

— А где выход?!

— Был на суше в ловчей яме. Но я не стал вас отвлекать, чтобы сообщить, так как вы в тот момент от комаров избавлялись. Ничего, сейчас поплаваете, ноги отдохнут, а потом с новыми силами еще несколько метров — и все! Руками сильнее гребите.

Никоэль не выругался только потому, что дыхания не хватало. Министр решил поиздеваться над ним? С одной стороны, не похоже, если вспомнить, что тот и сам отговаривал от большой продолжительности пробежки. Однако, с другой стороны, его нынешние поступки полностью противоречили словам. Будет ли вообще обещанный выход?