Тысяча Имен - Джанго Векслер

В самый разгар заряжания, когда еще возились с шомполами, Винтер развернулась к ним лицом и гаркнула:

– В каре строй-ся!

Это оказалось внове даже тем, кто прошел полную начальную подготовку, так как в учебнике не было ни слова о том, чтобы построить в каре роту, но Винтер уже отрабатывала с солдатами эту команду, и после нескольких повторений они усвоили основную идею. Рота тотчас прервала заряжание, и солдаты, стоявшие по краям – десять рядов с каждой стороны, – развернулись кругом, шагнули в тыл строя и встали рядами позади первых трех шеренг. Таким образом строй вдвое сократился в длине и вдвое прибавил в ширине.

Заняв свои места, солдаты разом выхватили из кожаных ножен штыки. Эти лезвия – десять дюймов смертоносной заостренной стали – насаживались с поворотом на шип у ствола, превращая мушкет в некое подобие копья. Едва штыки были примкнуты, первая шеренга припала на одно колено, а вторая вскинула мушкеты под углом над головами первой. Ряды по бокам строя развернулись на девяносто градусов, лицом наружу.

Команду выполнили – по крайней мере на этот раз. В итоге, педантично заметила Винтер, получился не столько квадрат, сколько прямоугольник – зато его легко было построить, а ряды грозно сверкающих штыков выглядели вполне внушительно. Солдаты в третьей шеренге продолжали заряжание – не слишком ловко, поскольку старались не пораниться о собственные штыки, – и, покончив с этим делом, тоже вскинули мушкеты. Расчет был на то, что сочетание острой стали с залпами выстрелов создаст непреодолимую преграду для вражеской кавалерии.

Винтер выждала несколько мгновений и скомандовала: «Перестроиться!» Каре преобразилось в прежний строй, причем беспорядка и замешательства в этом обратном действии было значительно больше, чем в предыдущем. Винтер мысленно отметила, что этот момент придется отработать еще несколько раз.

К этому времени плац уже понемногу заполнялся людьми, и седьмая рота удостоилась нескольких любопытных взглядов других офицеров. Винтер словно не замечала их, все внимание уделяя своим солдатам, при этом она расположила их так, чтобы хорошо видеть дорогу к лагерю. Разглядев издалека припудренные волосы и тросточку лейтенанта Д’Врие, она прервалась и наклонилась к Бобби.

– Веди роту к концу плаца и обратно, хорошо? – сказала она. – Я потолкую с лейтенантом.

– Так точно! – отозвался капрал, буквально лучась счастьем от такого ответственного поручения. Выйдя из строя, он махнул рукой барабанщикам, которые сидели поодаль на земле, поскольку до сих пор в них не было никакой необходимости. – Рота, по направлению к центру, обычным шагом вперед марш!

Барабаны завели глухой тягучий ритм обычного шага, и седьмая рота более-менее приличным строем двинулась в указанном направлении. Винтер осталась на месте и, стоя по стойке «смирно», дожидалась Д’Врие. Молодой офицер озадаченно посмотрел, как его солдаты строевым шагом уходят прочь, а затем устремил все внимание на Винтер.

– Что здесь происходит? – осведомился он.

Винтер откозыряла:

– Исправительное учение, сэр!

Д’Врие беззвучно зашевелил губами, переваривая эти слова.

– Исправительное учение?

– Так точно, сэр!

– Я получил донесение от лейтенанта Андерса, – промолвил Д’Врие. – Он был чрезвычайно недоволен…

– Так точно, сэр! – перебила его Винтер. – Стыд и позор, сэр! Готов нести всю полноту ответственности, сэр!

– Еще бы ты не был готов! – заметил лейтенант с легкой иронией. – А теперь…

– Парней надо было подучить дисциплине, сэр!

– Да, пожалуй, – с подозрением согласился Д’Врие. – Дисциплина, безусловно, важна, но мои занятия…

– Они недостойны вашего внимания, сэр! – отрывисто рявкнула Винтер. – Шайка симулянтов, сэр! Ну да я вколочу в них прилежание, сэр!

– Вколотишь прилежание, – повторил Д’Врие, явно получая удовольствие от этих слов. И бросил взгляд в дальнюю часть плаца, где Бобби только что развернул колонну и строевым шагом повел назад. – Им и вправду не помешает кое-что вколотить.

– Как я уже говорил, сэр, я готов нести всю полноту ответственности, сэр! Дисциплина будет восстановлена, сэр!

Наступило недолгое молчание. Д’Врие несколько раз провел ладонью по усам и решил, что в конечном итоге одобряет позицию сержанта.

– Действительно, – проговорил он, и в голосе его слышалась крепнущая уверенность. – Исправительное учение. Недурная работа, сержант. Надеюсь вскоре увидеть положительные результаты.

– Вы их увидите, сэр!

– Продолжай, продолжай в том же духе. – Лейтенант потыкал тросточкой комок земли. – Что ж, препоручаю это дело тебе.

– Сэр! Можете на меня положиться, сэр!

– Безусловно.

Д’Врие направился прочь, отчасти сбитый с толку, но тем не менее довольный. Вернулся Бобби, остановился рядом с Винтер, знаком приказав барабанщикам умолкнуть, и девушка одарила капрала улыбкой.

– Вы отделались от него?

– Пока что да, – ответила она. – Ничто так не сбивает с толку офицера, как неистовое поддакивание.

Винтер выучилась этой уловке у Дэвиса, чьи отрывисто лающие «Так точно, сэр!» чуть не доводили до слез многих вышестоящих. Здоровяк-сержант, что бы там ему ни приказали, почти всегда ухитрялся провернуть дело на свой лад. Винтер неприятна была мысль, что она переняла у этого типа нечто и впрямь полезное для себя, однако в нынешнем положении сетовать на это было, пожалуй, неуместно.

Она вздохнула.

– Рано или поздно нам все же придется поупражняться в этом треклятом шаге наискосок вправо. Д’Врие захочет убедиться, что мы выполняем его как положено. Впрочем, пара дней отсрочки у нас, скорее всего, есть, и я предпочту потратить это время на что-нибудь более стоящее.

Винтер проговорила это с уверенностью, которой на самом деле не испытывала. Хоть она и прослужила в Колониальном полку целых два года, ей ни разу не довелось участвовать в настоящем сражении. Весь ее боевой опыт включал маршировку на плацу, парады и краткие перестрелки с разбойниками или мародерами, которые всегда предпочитали удрать либо сдаться в плен, чем ввязаться в бой. Сейчас она в основном действовала вслепую, но признаться в этом Бобби не осмеливалась.

– Так точно, сэр! – отозвался капрал. И немного несмело добавил: – Я не знал, сэр, что построение роты в каре – уставной маневр.

– Потому что он неуставной, – сказала Винтер. Обычно в каре строился батальон – тысяча человек. – Но прежний полковник однажды сказал мне, что, если в твоем распоряжении осталось хоть четыре солдата, они обязаны уметь построиться в каре. Учитывая недавнее происшествие на марше, я решил, что нам стоит немного поупражняться.

– Верно сказано, сэр. – Бобби глянул на солдат, стоявших у нее за спиной. Пользуясь краткой передышкой, одни утоляли жажду из фляжек, другие обмахивали себя чем попало, спасаясь от жары. – Может, продолжим, сэр?