В паутине страха и лжи - Екатерина Флат

— Как бы они ему уже не начали их промывать, — чуть ли не загробным голосом произнесла Дарла. — До обеда он вообще не появлялся, и не факт, что появился после.

— Может, занят? — с надеждой предположила я.

— Может, уже избегает? — скептически возразила Дарла.

— Ладно, пойдем поскорее к Аниль, — я вздохнула. — Только предлагаю об услышанном ей не говорить. Она и так сейчас очень переживает.

Аниль не переживала. Она пыталась накормить Тавера серой студенистой субстанцией.

— Да ты только попробуй, — с энтузиазмом уговаривала она, следуя за ним по кухне с тарелкой наперевес. — Выглядит, может, и не очень, но оно такое полезное!

Бедный артефактор старательно отходил все дальше, по пути отнекиваясь:

— Аниль, честно, верю на слово, но я такой сытый, что аж на месяц вперед. Вообще на еду смотреть не могу. Особенно на такую…полезную. О, девчонки! — возликовал он, увидев входящих на кухню нас. — Как вы вовремя! — и спрятался за нами.

— Скорее садитесь кушать! — Аниль тоже нашему появлению весьма обрадовалась. — Представляете, нам так повезло! Здесь за домом большая дождевая бочка, а в ней живут очень редкие улитки «рогаточники»!

— Счастье-то какое, — Дарла изобразила улыбку.

А целительница вдохновенно продолжала:

— Они выделяют замечательную слизь, которая прекрасно лечит всевозможные язвы и даже помогает от облысения!

— А от преждевременных седых волос она помогает? — Тавер снова безрадостно покосился на студенистую массу, которая подрагивала на тарелке.

— Да почти от всего! Так что, я этой слизи набрала, смешала с очень полезными корешками и вот! — Аниль осчастливлено показала на свое кулинарное творение. — Великолепный десерт готов! Пойду угощать родственников Грана. Я узнавала, у оборотней так принято, своеобразный знак уважения. Но не могу же я вас лишить такого исключительного яства. Так что пробуйте по чуть-чуть, и я пошла.

Мы с Дарла переглянулись, Тавер нервно сглотнул. Друзья чуть подтолкнули меня вперед, мол, давай, Кира, спасай всех. Я чуть зубами не заскрипела, но как-то решать сложный вопрос все равно надо было.

— Аниль, ты, конечно, вообще молодец, но знаешь, какое неудачное совпадение — мама Грана терпеть не может улиточную слизь. Он сам мне говорил об этом не так давно. И вот представляешь, как нехорошо получится, если ты принесешь угощение, которое ей нельзя? Она ведь даже оскорбиться может.

— Ну надо же… — приуныла Аниль. — Что за невезение… Ладно, ничего не поделаешь, тогда вы кушайте.

Нас спас Гран. Я в этот момент как раз заметила его через кухонное окно.

— О, Аниль, смотри, к нам Гран идет! — тут же оповестила я.

Мгновенно засияв, та кинулась в прихожую встречать возлюбленного. А мы втроем дружно схватили тарелку и выбросили содержимое в окно.

— У нас был просто зверский аппетит, — хихикнул Тавер.

— Ты только с похвалой не перестарайся, а то Аниль на радостях и добавку приготовит, — опасливо пробормотала Дарла. — Пойдемте, что ли, с Граном поздороваемся.

Но поздороваться с Граном не удалось, он слишком быстро откланялся. Как раз закрывшая за ним входную дверь Аниль пояснила с деланной бодростью, стараясь не показать своего расстроенного вида:

— Гран уже ушел, он очень занят. Забегал предупредить, что как стемнеет, все вместе отправимся в лес, будем одну редкую траву искать для зелья.

— Я тоже пойду пока, — Тавер явно опасался, что его снова попытаются чем-нибудь полезным накормить. — До вечера!

Едва он вышел, Аниль уныло пробормотала:

— Как-то все безрадостно в последнее время, не находите?

У меня вырвался нервный смешок.

— «Безрадостно» — это еще мягко сказано.

— Как ты, кстати, на торжественный прием сходила? — спохватилась Аниль.

— Нормально. Все более-менее. Слушайте, девчонки, у меня к вам большая просьба. Пожалуйста, ничего Рефу не говорите. Сама я сказать не смогу, но и не надо, чтобы он со стороны узнал. Так что на корабле я якобы и вправду болела, а про Алекса ни сном, ни духом.

Подруги с сомнением переглянулись.

— Кира, а ты уверена? — обеспокоенно уточнила Аниль.

— Так будет лучше, — вздохнула я. — Нельзя, чтобы Реф вообще связывался с Алексом. Это слишком опасно.

— Опасно? Для Рефа? Для наикрутейшего боевого мага и опустошителя вдобавок? — Дарла прямо таки излучала скептицизм.

— Да, опасно даже для Рефа, — подтвердила я. — Потому, очень прошу, давайте так и сохраним все в тайне. Пусть это просто останется в прошлом.

— Ну хорошо-хорошо, тебе виднее, — вздохнула Дарла и в порыве откровенности выдала: — Вот знаете, смотрю я на вас и думаю, что у меня-то с некропупсом моим вовсе и не так уж все безнадежно.

— А у нас разве безнадежно? — чуть нервно возразила Аниль. — Вот мы с Граном любим друг друга. А любовь — это самое сильное на свете чувство! Оно с любыми бедами справится.

Надо же… А ведь в приснившихся мне сегодня воспоминаниях, запуганная я искренне считала, что самое сильное чувство на свете — это страх. Но мне очень хотелось, чтобы права оказалась Аниль, а не я.