Ключ Иоко - Варвара Еналь

Но проводников, доставляющих к Хозяину души людей, Агама принимала. Многих она хорошо знала, с некоторыми дружила. Вот, например, Иоко – он был ее хорошим знакомым и добрым приятелем, поэтому хозяйка убежища никогда не отказывала ему в приюте. Агама верила, что однажды проклятие Проводников спадет, Хранители Мира Синих Трав вернут себе память, силу, любовь к людям, и тогда власти Хозяина настанет конец.

– Но ведь Проводники приходили не одни! Они вели к Хозяину людей! – прервал неспешный рассказ Агамы Лукас.

Он уставился на чародейку: в глазах его сверкало справедливое возмущение.

– Разве я могла им помешать? – ответила Агама. – Нет. Но я могла накормить и приютить усталых людей. Впереди их ждали Злые земли, и они нуждались в отдыхе.

– Получается, что ты помогала приводить людей к Хозяину, – буркнул Лука.

– Не перебивай, – велел Хант. – После скажешь, как тебе все это не нравится.

И Агама снова принялась рассказывать о том, как она создала свой магический круг и как долго существовало надежное Последнее убежище.

Но прошлым днем кто-то сильный и могущественный разогнал облака, и дождь прекратился. А затем нахлынуло хищное и наглое воронье.

– Они испортили огород, завалили камнями колодец и принесли горький туман из своей проклятой Туманной Зыби. Что-то в последние ночи слишком злыми стали эти вороны, – проговорила Агама. – Пришлось разгонять их и восстанавливать защиту. Но теперь мы в безопасности. Дожди шумят, трава растет, тролли ловят свою рыбу. И мы тоже можем спокойно поесть и отдохнуть. Солнце уже высоко, а вы, я так понимаю, по старому обычаю путешествуете ночью?

– Да, мы идем по темноте, – ответила Ниса.

Большой рыбный пирог, золотистый, ароматный и дымящийся, лежал в самом центре стола, и его хватало на всех, даже на призраков. Агама села во главе стола, Ниса – напротив. Сбоку от нее пристроились Хант и Тимай, с другой стороны – Миес с братьями и Лука. Я же села недалеко от Агамы и время от времени поглядывала на эту красивую женщину, чьи длинные руки ловко управлялись с ножом, разрезая наш вкусный ужин на равные части.

– Рассказывайте мне, откуда вы. Первый раз вижу, чтобы столько призраков путешествовало вместе. Кто, вы говорите, был у вас за Проводника?

Ниса взялась рассказывать о наших приключениях. Она говорила короткими, четкими предложениями, но ее мелодичный, мягкий голос придавал рассказу удивительную музыкальность, словно ведунья излагала древнюю балладу о черных колдунах.

– Собраны все изречения, кроме одного, и выполнены почти все условия. Нам осталось дождаться Иоко, чтобы он вновь стал Им-Сианом и возглавил Настоящих Хранителей. Тогда они смогут освободить время, – закончила Ниса свой рассказ.

Агама слушала не перебивая. Ее светлые глаза слегка щурились, как будто горящий в очаге огонь мешал ей видеть собеседника, и я не могла понять, на кого она смотрит: на серьезную Нису, высокого Ханта, моих призрачных друзей или на меня. А иногда казалось, что взор Агамы обращен куда-то внутрь и она думает о чем-то своем, все больше погружаясь в звучащую историю. Когда Ниса умолкла, какое-то время в доме было так тихо, что я слышала шелест травы, плеск рыбы в озере, треск хасов, легкий стук камней где-то далеко и даже мягкий шум дождя на границе магического круга.

– Хорошо, – наконец заговорила хранительница Последнего убежища. – Это очень хорошо. И вы хотите, чтобы я вам помогла?

Агама слегка подняла голову и взглянула сначала на Нису, затем на меня. Едва ее чайно-желтые глаза обратились в мою сторону, как я словно ощутила на лице родимое пятно, пробудившее во мне прежнюю неловкость, заставившее вспомнить о своей неудачливости и наивности. Как будто я вдруг перестала быть Спутницей Иоко и вновь превратилась в замкнутую девчонку, проводящую все вечера в собственной комнате.

Не выдержав этого пристального взгляда, я отвернулась и сделала вид, что ужасно интересуюсь огнем в очаге.

– Нам нужен твой совет, хотя бы совет, хранительница Агама. А если ты присоединишься к нам, это будет счастьем, – ответила ей Ниса.

– Покажите мне карты Безвременья, которые вы нашли у Валеса, – попросила Агама.

Тетрадь Путешественника с заветными картами и историями Мира Синих Трав лежала в моем рюкзаке с тех пор, как Дан вернул ее мне. Я подумала о ней, медленно подняла руку, направив ее на рюкзак, который висел на стене, и почувствовала, как мягкая теплая сила струится сквозь вены, жилы, ладонь и пальцы. Рюкзак сорвался со стены и прилетел прямо в мою раскрытую ладонь, так что мне осталось лишь подхватить его за лямки. Для этого мне даже не понадобился Посох – я просто поняла, что могу это сделать. И сделала.

– Ничего себе, – буркнул Тимай и почесал лохматый затылок.

Остальные промолчали, лишь Агама удивленно приподняла брови.

Заветная тетрадь Путешественника, содержащая в себе историю Безвременья и карты этого мира, легла на деревянную столешницу, и ее страницы еле слышно зашелестели, совсем тихо, словно передавая какую-то важную информацию. Мне показалось, что только я уловила этот звук.

– Со сделала рисунки к этой тетради, – поторопился подсказать Лука.

Агама медленно положила ладони на коричневую шершавую обложку и замерла на несколько минут, точно прислушиваясь к чему-то. Как будто она пыталась понять, что несет в себе эта тетрадь. Ее мягкие пальцы еле заметно шевелились, поглаживая обложку, а желтые глаза в это время смотрели прямо на меня. Странный пристальный взор, заставлявший моргать и отворачиваться.

– Хорошо, давайте посмотрим, – наконец сказала Агама, придвинула к себе карты Безвременья и открыла их.

Она перелистывала страницы, долго рассматривала рисунки, затем читала надписи и снова изучала картинки – все это молча и сосредоточенно, ни говоря ни слова. Даже дыхание ее казалось мне совершенно бесшумным, а движения – такими плавными и мягкими, что в голову закрались сомнения: человек ли вообще эта Агама? Может, она тоже призрак, раз так тихо двигается?

Хант нетерпеливо забарабанил пальцами по столу, но промолчал. Это постукивание вывело меня из транса и помогло стряхнуть сонливость. Я посмотрела на друзей и поняла, что им тоже надоело долгое и странное чтение Агамы. Что она пытается найти в моих рисунках?

– Хорошо, – в третий раз сказала хранительница, подняла голову и снова посмотрела сначала на Нису, потом на меня. – Но тут не все страницы. Вы знаете, что у вас не все карты?

– Знаем, – хмыкнул нетерпеливый Хант. – Валес вырвал их, и мы с этим ничего сделать не можем.

– Не только Валес. Кое-что Путешественник вырвал сам и передал на хранение мне. Сказал, что я сама пойму, когда они понадобятся. И теперь я вижу, что пора.

Она поднялась, взглянула на меня и вдруг улыбнулась, почти незаметно, но в этой ее улыбке мне почудилась какая-то насмешка. Между тем Агама подошла к одному из сундуков в своей горнице, откинула крышку (петли сундука, видимо, были хорошо смазаны, поэтому сработали бесшумно и легко), перебрала какие-то свертки и мешки, а затем вытянула нечто, завернутое в белую тряпицу.