Ярлинги по рождению - Михей Абевега

«Чего ж ты так хейтишь-то?» — он перевёл взгляд на жующего свой паёк Мураша. Тот был по-прежнему хмур и изредка бросал на парня косые взгляды.

Когда гоблин объявил подъём, а подтан сам отправился в дозор, покинув компанию, Ярик даже облегчение какое-то почувствовал. Слишком уж тягостной была эта непонятная антипатия. И неприятной.

— Слушай, Гарт, — обратился он к разведчику, чуть отстав от Агаи и поравнявшись с шагавшим следом воином, — Я чего-то не пойму никак. Чего ваш большак так на меня взъелся? Я ему что, дорогу перешёл?

Дылда шагал некоторое время молча, и Ярик уже подумал, что тот не ответит, проигнорировав вопрос.

— Может, и перешёл, — разведчик, словно раздумывал. Выговаривал неспешно и совершенно без эмоций. — Может, и не перешёл, но, походя, на любимую мозоль наступил.

Гарт замолчал, а Ярик тут же навострил уши:

— Какую мозоль?

— Не думаю, что должен тебе хоть что-либо рассказывать о своём друге и командире, — немного поразмыслив, всё так же флегматично выдал воин.

— Да ты пойми, — решил не отставать от него Ярик, — я же не от простого любопытства. Нам, может, в бой идти вместе, а он на меня волком смотрит.

— Ну да, — кивнул разведчик, — не очень это хорошо.

— Вот видишь! — воодушевился парень. И, решив надавить на воина с помощью сатэ, попробовал усилить посыл, добавив в него убедительности: — Я и хочу разобраться, что не так и как можно это исправить. Если виноват в чём — так решим, не вопрос.

Гарт задумчиво глянул на него и вновь зашагал молча, погрузившись в размышления. Ярику показалось, что он даже видит, как ворочаются мысли в черепушке у воина, отражаясь на лице. С сотню метров, наверное, прошли, когда разведчик всё же соизволил высказаться:

— Это всё потому, что он не из родовитых. Мать у него из прислуги ярловской. А кто отец, лишь Создателям ведомо. Может, и сам Яр Аполок, — разведчик покивал собственным мыслям. — А может, и нет. Может, из близких его кто. Но росли мы вместе, на дворе у ярла, когда тот и ярлом-то не был. Вместе с Мурашом мы и науке воевать обучались. Только Мураш всегда самым шустрым и боевитым был. Всеми отроками дворовыми верховодил. Вот с тех пор мы с ним вместе с малой дружины и бегаем. Уже в нескольких походах побывали. Ярл нас так подле себя и держит.

Ярик шагал рядом с Гартом, неспешно ведущим рассказ. Агая, стараясь держаться поближе к парням, тоже прислушивалась. Видать, и ей интересно было.

— Я, что? — пожал плечами разведчик. — Мне и так хорошо. Разведка при конной гвардии короля, куда и не каждому родовитому попасть посчастливится, — совсем недурно для простого парня. А вот Мураш вбил себе в голову непременно в высокие командиры пробиться. Может, даже ярлом стать. Но всё, чего добился пока — должность большака над рукой разведчиков. Хотя мог бы уже за свои заслуги над полусотней, точно, стоять. Он же смелый и командовать может. Да только всегда на освободившиеся командные места раньше него желающие находятся. Из тех, кому по праву рождения положено. Тем более в гвардии, где таких, как мы, и вовсе быть не должно. Тут перед походом Мураша в очередной раз по службе из-за барончика одного отодвинули.

Гарт сделал паузу и посмотрел на Яромира:

— А тут ещё и вы такие красивые появились. Богатые да родовитые. Подавай вам самого короля, не меньше.

— Да какие же мы богатые? — удивился Ярик. — У нас за душой ни дачи, ни машины. В смысле, ни кола, ни двора.

— Не знаю, не знаю, — осмотрел парня с ног до головы Гарт. — Одежда на вас, на всех, конечно, не самая богатая. Но коня-то твоего мы все видали. И меч такой, как у тебя, всей нашей руке, вместе взятой, не по карману. И дротовик у тебя такой, какой не всякий из родовитых себе позволит таскать. Да и украшения на твоей сестре, я заметил, из каменьев богатых. Одно слово, родственники короля, — усмехнулся разведчик.

— То, что мы родственники, ещё вилами на воде писано, — нахмурился Ярик. — Мы и сами в этом не уверены. Так можешь командиру своему и передать. Конь у меня трофейный. Меч — человека одного хорошего подарок. Только дротовик и купили сами. И то, чуть не на последние деньги. А висюльки сестры — единственное наше богатство наследное.

— Может быть, может быть, — проговорил задумчиво Гарт. — Да только сильно ты, кроме всего, ещё и обидел командира нашего, когда именем его простым попрекнул.

— Когда это? — удивился Ярик.

— Да при самом знакомстве. Неужто, забыл?

— Это когда я спросил, что за имя — Мураш? Блин, так я и не имел ничего такого в виду! Он про наши, типа, странные имена спросил, я про его.

— А ещё Мураш говорит, что в схватке дуэльной ты его нарочно унизил.

— Ёжики колючие! А там-то чем?

— Неужель, не знаешь? — недоверчиво уставился на Яромира воин.

— Даже не догадываюсь, — пожал плечами парень. — Когда ногой пнул?

— А ты точно Ярлинг? — во взгляде Гарта добавилось подозрительности.

— Честно? — Ярик уставился на разведчика и пожал плечами. — Я и сам не знаю. Говорят, что, вроде как, да. Но мы с сестрой росли очень далеко от ваших мест. И многих деталей и мелочей в обычаях, просто, не знаем.

— Да какие уж это мелочи, — нахмурился Гарт. — Мураш к тебе со всем уважением, по всем правилам благородных Яров вызвал на пикейную дуэль. А ты его, как простолюдина, стоковым концом обиходил, на место его недостойное прилюдно указав.

— Хренасики-карасики! — поразился Ярик. — Слушай! Я ж, и вправду, не знал! Что делать-т о теперь? Может, извиниться перед ним? Я хоть сейчас.

— Ну, это ты сам решай, когда, — поиграл бровями и пожал плечами Гарт. — Тем более, вон он, сам сюда бежит. Похоже, увидел кого.

На встречу им, и на самом деле, спешил рыжий подтан. Ярик хотел было прямо сейчас решить с ним вопрос недопонимания, но разведчик оборвал его на полуслове:

— Коблитты впереди. Наверху по склону попрятались. Не знаю, сколько точно. Но, похоже, немало.

— Что делать будем? — Ярик повернулся к гоблину. — Гена, может, в обход?

— Какой обход? — покривившись, проскрипел кобл. — Нам до предгорий два перевала осталось. А скоро уже стемнеет совсем. Пойдём в обход — останемся на ночь в этих местах. И не только на ночь. Навсегда можем остаться.

Зелёный почесал лысую макушку и, пошарив в заплечной сумке, извлёк на свет свой меховой малахай. Напялил его на голову:

— Пробиваться будем. Нет другого выхода.

— Ух, ты! — поразился Ярик. — Я уж думал, ты его посеял где-то.

Появился и второй разведчик из охранения.

— Понизу в ущелье серые затаились. Меня заметили, но дали уйти. Что делаем, командир? — обратился он к Мурашу.

— Дальше идём, — ответил вместо того кобл. А командир разведчиков лишь хмуро кивнул в подтверждение его слов.