Лети, ведьма, лети! - Надежда Первухина

– Радоваться, Джулия, радоваться! – воскликнула Эстрелья и покрыла мою руку жаркими поцелуями.– Наконец-то ты нашлась! Это милость богов к Народу Ночи!

– Эстрелья...

– Да, сестра?

– Я все еще не могу в это поверить! Значит, по происхождению я наполовину вампир?

– Да, как и я. Ну разве не здорово?!

– Здорово, наверное. Если учитывать ту причину, по которой я появилась здесь. Может, теперь меня не умертвят, а помилуют...

– Умертвят? – В глазах Эстрельи промелькнуло истинное бешенство.– Никто не посмеет умертвить мою сестру!

– И тем не менее... Ваш, как его, Секретарь сказал мне, чтобы я готовилась к смерти. Вашим вампирам почему-то понадобилась моя кровь. Кровь Госпожи Ведьм.

– А ты Госпожа Ведьм?

– Временно замешаю. У настоящей Госпожи декретный отпуск. Вообще все как-то непонятно и запутанно получилось.

Эстрелья взяла мою руку и промолвила:

– Расскажи мне. Расскажи мне все.

Что ж, ночь выдалась долгой и бессонной, поэтому я не видела причины отказывать Эстрелье. Я рассказала ей почти все – и как познакомилась с Анной Николаевной Гюллинг, и как стала ведьмой (даже хвост показала), как колдовала, в какие переделки влетала. Не забыла упомянуть и о последнем происшествии: о том, как вампиры похитили мощи почитаемой ведьмами святой Вальпур- ги в обмен на мою жизнь. Теперь мощи вернулись к ведьмам, а вот я... Я вряд ли вернусь.

Рассказывая все это, я пребывала в легкой степени опьянения, поэтому рассказ свой перемежала смешками и анекдотами.

– Ой, даже удивительно,– призналась я Эстрелье. – Давно у меня не было такого веселого настроения.

Эстрелья помрачнела:

– Это я виновата. Когда вампир пьет кровь у жертвы, он впрыскивает в ее кровь эндорфины. Чтобы жертва не сопротивлялась и чувствовала себя счастливой. Прости, что я пила твою кровь! Сестра, милая, прости!

– Да все в порядке! Главное, ты себя нормально чувствуешь, а то у тебя было что-то вроде наркотической ломки. Я за тебя перепугалась. Единственное приличное существо в этом вампирском рассаднике!

– Мы не в рассаднике, а в Храме Клана,– быстро и сурово одернула меня сестра,– И теперь я понимаю, как ты сюда попала. И почему именно ты.

– Ну разумеется, я же тебе все рассказала!

– А теперь послушай мой рассказ. Я родилась очень слабой. Особенно слабой как вампир. Оказалось, что у меня патологическая идиосинкразия к крови. И тем не менее без крови я не могла выжить. Мой (и теперь твой!) дед занялся тем, чтобы выработать для меня идеальную кровь. Здесь в Храме Клана и еще в Трансильвании, в лабораториях, пытались вырастить искусственную кровь, которую я могла бы потреблять без вреда своему здоровью. А пока выяснилось, что...

– Что ?

– Что у меня нет идиосинкразии только к одному виду крови. К собственной крови. И крови близких родственников.

– Выходит, ты питаешься собственной кровью.

– Да, и еще кровью дедушки. Ты не думай, много мне не надо для поддержания жизни. Ох, Джулия!

– Что?

– Ты отныне можешь не сомневаться в том, что ты моя сестра.

– Потому что ты выпила мою кровь и у тебя не было отторжения? Значит, я действительно твоя близкая родственница.

– К сожалению, ты слишком рано это узнала, дитя...

Этот голос прозвучал так, что мы с Эстрельей инстинктивно прижались друг к другу. Потом Эстрелья отстранилась и погладила меня по плечу:

– Не бойся, это дедушка. Ты сейчас с ним познакомишься. Дедушка, явись, пожалуйста. А то Джулия пугается.

По комнате пронесся порыв ледяного ветра, и я увидела стоящего перед нами вампира. Он был стар и величествен, как собор Нотр-Дам. С той только разницей, что у него на плечах не сидели гаргульи и химеры. Я поневоле оробела. Вампир протянул мне руку:

– Что ж, благословенна будь, ведьма. Я думал, что мы встретимся в несколько иной обстановке.

Я пожала его руку (все равно что пожимать колонну античного здания) и встала:

– Эстрелья говорит правду? Я действительно ее сестра?

– Да, это правда. Однако для разговора здесь неподходящее место. Переместимся в мой кабинет.