Пророк Темного мира - Сергей Волков

— Под ноги гляди, — буркнул сзади Мыря. Тамара поглядела — из земли торчал обросший рыхлым ржавым панцирем обрубок рельса. Не успела она удивиться и осмотреть находку — низкий, протяжный вой разлился над гребнем, заставив сердце сжаться в тугой пульсирующий комок. Вой был многоголосым и шел, казалось, со всех сторон.

— Что это?! — прошептала девушка.

— Псы, — коротко ответил Бойша. — Далеко покамест. Торопиться надо. Они по осени сытые должны быть, но лучше не проверять. Ежели чего — беги ко мне и за спину вставай.

— Хорошо, — с дрожью в голосе сказала Тамара. То, что итер ничего не сказал незнатю, она уже не заметила. Страх переполнял ее, как вода — плотину. Удивительно живописное утро обернулось зловещим и смертельно опасным днем, при этом что-то подсказывало Тамаре — в Каменном урмане будет еще хуже.

Вой теперь неотступно преследовал отряд. Туман мало-помалу таял, расслаиваясь на длинные пряди, уползавшие в лощины подобно змеям. Тамара вертела головой, пытаясь заметить их клыкастых преследователей, но пейзаж вокруг был безжизненным — только деревья, кусты, трава и мгла, отступающая вдаль.

— Топлянка! — объявил Бойша, легко сбегая с заворачивающей насыпи. То, что это насыпь, густо заросшая травой, Тамара поняла уже давно, а рельс навел ее на мысль, что насыпь могла быть железнодорожной! Впрочем, сейчас все это не имело особого значения — вой начал перемежаться отрывистым лаем, по обе стороны от насыпи затрещали кусты. — Скорее! В урёмник они не сунутся, там лягвы! — Итер оглянулся поверх голов Тамары и Мыри, привычным движением скидывая предохранительную скобу шибала.

— Что еще за лягвы?.. — пискнула Тамара, вламываясь в густой карандашный кленовник, заполонивший подножие насыпи.

— Они троих не одолеют, — отмахнулся Бойша. — Осокорь черный видишь? Да не там, левее! Вот на него и держи. Я последним пойду, можа, и пришибу пару тварей.

Под ногами захлюпало, земля сделалась упругой, подпружинивая каждый шаг. Осокорь темной пятерней маячил сквозь густой переплет тонких веток. Мыря нагнал Тамару, пробухтел, тяжело дыша:

— Саблю достань!

Сам незнать уже сжимал в руках топорик, на ходу срубая мешающие идти тонкие деревца. Лай доносился теперь отчетливо, и Тамаре казалось, что она уже чувствует жаркое дыхание неведомых псов, сжимавших вокруг путников гибельное полукольцо.

Грохнул выстрел, за ним — второй, и кленовник огласился жалобным скулежем и рычанием. Бойша что-то крикнул, но из-за треска веток слов итера было не разобрать.

Заросли кончились внезапно, и Тамара едва не влетела в черную, стоялую воду, по которой во множестве плавали бурые листья. Незнать обогнал девушку, без сомнений шагнул в болотину, сразу провалившись по пояс.

— Тут неглубоко, а от осокоря гать начинается, — крикнул подоспевший Бойша. — Если лягва появится, не бойтесь. Вперед!

И они пошли вперед, бедрами раздвигая пузырящуюся, пахнущую гнилью воду. Позади псы выметнулись на край болота, и их злобный лай ударил Тамару по ушам. Она обернулась и ахнула — стая насчитывала не менее пяти десятков крупных лохматых зверей песчано-палёнойой масти. Но более всего поразил Тамару вид тварей. С собаками они имели мало общего — кривые толстые ноги, длинные крокодильи морды и огромные, выпученные глаза. Жуть!

— Хвала Великому Постулату, повезло, — бросил итер, заметив, куда посмотрела девушка. — На ровном месте сожрали бы за милую душу. Они не волки, отступать не умеют…

Лишенный коры, почерневший, точно от горя, тополь возвышался над болотом подобно стражу. К его стволу было прислонено несколько кривоватых шестиков-щупачей. Гать нашлась легко — из воды по ее краям торчали вешки.

— Долго болотина-то будет? — спросил низкорослый Мыря, которому приходилось тяжелее других — вода местами достигала незнатю до груди, моча бороду.

Бойша проигнорировал вопрос домового, тыча щупачом перед собой. Гать скрывалась под водой, но идти стало намного легче — ноги теперь не вязли в иле, не проваливались в ямы. Тамара посмотрела вперед. Болото широко разлилось окрест, то там, то сям над застывшим зеркалом воды поднимались мертвые деревья. Параллельные линии вешек уходили вдаль, заворачивая влево, к темнеющей сквозь дождевую пелену возвышенности.

— Это Заплотный увал, — пояснил Бойша. — От него считают границу Каменного урмана. Там привалимся, перекусим, посушимся.

— А собак… ну, псов в смысле, там нету? — шагая следом за итером, не могла не спросить Тамара.

— Не, в урмане псы не живут, — весело отозвался Бойша. — Клювачей вот там полно, но они уже спят, их время — ночь. Ну, и крысяки…

— Крысы?! — округлила глаза Тамара.

— Не, крысяки. Не знаете, что ли? Но мы же в увалы да камни не полезем, по путям двинем. Не боись!

— Как же, «не боись», — проворчал за спиной девушки незнать. — Тут бы артиллерией поработать да дивизию танковую туда-сюда прогнать раз десять, тогда можно и не бояться…

Они уже почти прошли гать, оставив болото позади, когда вода поодаль вдруг взбучилась белесым пузырем и над поверхностью появилась огромная зеленая морда, плоская, широкая, вся в бородавчатых наростах и подтеках ила.

— Стойте! — скомандовал Бойша. Все замерли. Маленькие глазки жуткой твари внимательно оглядели людей и остановились на Тамаре. Девушка медленно передвинула руку и взялась за рукоять сабли. Ей было уже не страшно. В ушах гулко толкалось сердце, во рту пересохло. Существо, обитавшее в болоте, по габаритам могло соперничать с джипом, каким-нибудь «хаммером» или «субурбаном». И пасть его не уступала размерами автомобильному капоту.

«Просто так не дамся, — обреченно решила Тамара. — Почему Бойша не стреляет? Почему медлит?..»

Несмотря на кажущуюся неуклюжесть, обитатель болота прыгнул так быстро, что девушка не успела даже вскрикнуть. Вмиг оказавшись совсем рядом, тварь распахнула беззубую пасть и выметнула толстый, неприятно-розовый язык. Он липкой полупетлей охватил Тамару и сдернул с гати.

— Ай-я-я! — взвизгнула она, отчаянно пытаясь вырваться.

— Не бойся! — крикнул итер, даже не подумав снять с плеча шибало. — У нее слабые…

Хватка языка исчезла, едва Тамара очутилась в пасти чудовища. Мягкие холодные челюсти сжали ее где-то в районе талии — ноги внутри, голова и руки снаружи. Задохнувшись от ужаса — ее ели заживо! — Тамара забилась, как муха в паутине, разбрызгивая мутную воду. Она выронила саблю, потеряла шестик-щупач, каждую секунду ожидая, что через миг скользнет в сжимающуюся глотку болотной твари. «Она сейчас меня проглотит!!!» — жарко звенело в голове девушки.

— По-о… По-могите-е-е!!! — отчаянно заорала Тамара.

И неожиданно увидела совершенно спокойное лицо итера. Бойша, стоя на гати, протягивал ей шестик.

— Хватайся!

Судорожно сжав руками скользкое дерево, Тамара зажмурилась — и оказалась в объятиях Бойши! Разочарованно заклокотав горлом, упустившая добычу лягва попятилась и канула в бурлящей болотной жиже.