Герцогиня де Парион - Дора Коуст

Замок на севере Бритперта

Жульетта Сенье, Герцогиня де Парион

Прежде чем меня ослепило вспышкой Света, я успела заметить широкую безумную улыбку крестной феи. Зажмурившись, с трудом устояла на ногах, услышав короткий изумленный вздох. Так и стояла, на что-то опираясь, пытаясь проморгаться, когда на меня налетел вихрь. Объятия душили, причиняли боль, но знакомый запах ударил в нос, и я расслабилась.

— Мама, — тихонько прошептала, пытаясь высвободиться.

— Да чтоб тебя Тьма покусала! — пришла родительница в себя, когда первая волна эмоций схлынула. — Кто просил тебя переноситься сюда? Ты понимаешь, что все потоки здесь заблокированы? Вернуться обратно ты просто не сможешь! Да ты могла погибнуть из-за нестабильности твоей силы!

— Катрин, прекратите кричать, — раздался откуда-то сбоку дядин голос, а я наконец смогла осмотреться. — Не стоит привлекать к нам внимание стражников.

И действительно, все мы находились в тюремных камерах, скорее всего, подвального помещения. Никаких окон здесь не наблюдалось. Дверь была всего одна — в конце коридора, который был усеян небольшими комнатами, огражденными железными прутьями.

Магия остро ощущалась в воздухе. Она буквально пронизывала стены, окутывала каждый сантиметр помещения. Оплетала даже решетки между камерами.

Так получилось, что я перенеслась прямо внутрь одной из них. В нее была помещена мама, а прямо за железными прутьями на грязном пыльном полу сидел дядя в изорванном женском платье. На его ногах пристроилась молоденькая девушка с густыми темными волосами, которые прикрывали ее лицо. Она спала, видимо, обессиленная, но смущало меня еще и то, как нежно и как-то даже трепетно обнимал ее король Поранции.

Оглядевшись, я заметила в других камерах еще девушек. Блондинки, шатенки, брюнетки и рыжие. Они выглядели изможденно, измученно, будто провели здесь не один и не два дня. Навряд ли их как следует кормили и поили. Возможно, давали самый минимум, чтобы не умерли раньше времени, но то, что все они в основном спали, говорило само за себя. Когда организм ослаблен, спать хочется постоянно — это я еще по себе помню.

— Ваше Величество, вы выглядите… — я хотела сделать комплимент, поражаясь невозмутимости мужчины, но он остановил меня жестом, взмахнув рукой.

— Скажете хоть слово, и я припомню вам его, когда мы выберемся отсюда, — ответил дядя, а девушка в его руках заворочалась.

Он гладил ее по волосам. Смотрел с такой нежной улыбкой, которую я на его лице видела лишь тогда, когда он смотрел на маму. Я попыталась отогнать наваждение, но уходить оно не желало. Неужели наш король наконец влюблен?

Если так оно и есть, то наша семья спустя столько лет вздохнет свободнее. Возможно, дядя даже обзаведется детьми и тогда…

О Свет! Хоть бы оно так и было! Лишь бы все получилось!

Да я горы сверну, лишь бы они были вместе.

Девушка проснулась и приподнялась, но едва смогла сдержать испуганный крик, увидев меня. Лишь крепче прижалась к дяде, стараясь спрятаться за него.

— Рогра, тише-тише, — успокаивал он ее, выглядя при этом до безумия комично в женском наряде. — Это всего лишь моя племянница. Она нашла нас, и скоро здесь появятся Алер и мой зять. Они вытащат нас, вот увидите.

— А у вас случайно нет воды? — шептала девушка, размыкая потрескавшиеся пересохшие губы.

И тут мне стало по-настоящему стыдно. Я совсем не подумала о том, чтобы взять с собой что-то из еды или хотя бы бутыль с водой. Да я вообще ни о чем не подумала, принимая решение порывисто и спешно. Ведь я могла бы пожелать, чтобы фея перенесла ко мне маму, и тогда мы от нее узнали бы, где держат всех остальных похищенных, но…

Я, как и всегда, сначала сделала, а потом подумала.

— Простите, но, увы, с собой у меня ничего…

И тут я вспомнила о своем мешочке, который был запрятан в корсет. Отвернувшись, я мигом достала его и полезла в его нутро, доставая оттуда все, что мешало добраться до самого главного.

На пол полетели подушка и одеяло, платья, запасная рапира, книги, портрет родителей и куча всякой всячины, которую я неизвестно зачем взяла.

— А у вас там, дорогая племянница, мужской одежды моего размера случайно не завалялось? — как бы между прочим уточнил дядя, с ужасом поглядывая на мои запасы.

— Вполне может быть, — со знанием дела ответила я. — Я туда очень давно не заглядывала. А! Вот!

Просунув мешочек между прутьев, я отдала его дяде, который тут же полез в нутро, пока я закрепляла рапиру. Мама же сгребла поближе к себе одеяло и подушку, расположившись на полу с подобием комфорта.

— Вино? — сурово посмотрел на меня дядя, доставая припрятанную бутылку.

— Из вашего дворца, между прочим, — честно призналась я.

— Жульетта! — глянула на меня мама, а я покраснела.

— Ну, для согрева же иногда полезно…

Бутыль с водой дядя тоже в моем мешке отыскал. И мясную нарезку, завернутую в бумагу. И кругляш хлеба, который немного зачерствел. А еще яблоко, которому давно стало плохо, потому что я про него тоже забыла.

— Здесь только плащ, — хмыкнул король Поранции, доставая его из мешка. — Уже хоть что-то.

— Ничего, сейчас выберемся, и дома переоденетесь.

К слову, никто из нас есть не стал. Дядя передал свертки дальше, чтобы совсем обессиленные девушки могли хоть немного подкрепиться. Рогре тоже достался кусочек мяса, который она жадно обсасывала.