Декан моего сердца - Екатерина Каблукова

— Все, я больше не могу, — простонала я, сидя в столовой и прикрываясь Ринтаром от любопытных взглядов. Эль все еще хандрила, и мы с лаборантом сидели за столом вдвоем. — Главное, с чего все вдруг такие дружелюбные?

— Дорогуша, привыкай, — гнусаво отозвался гном. — Ты же сейчас сплетня номер один!

— Что? — я даже вилку выронила от изумления.

— О да, твои романтические отношения с деканом — притча во языцех! Особенно после того, как он спас тебя от незаслуженного увольнения!

— Что?

— Ага, ты покраснела и не отрицаешь! — гном радостно подпрыгнул, черты его лица заострились и сам он стал похож на хорька. — Кстати, какой он в постели?

— Тяжелый, — буркнула я, понимая, что алеющие щеки выдали меня с головой.

Ринтар только завистливо вздохнул, а я поспешила перевести разговор на более безопасные темы.

Как я не пыталась отодвинуть неприятный момент, вечер наступил слишком быстро. Понимая, что дальнейшая отсрочка невозможна, я нехотя прошла порталом в бар лепреконов, села у барной стойки, стараясь избегать шумных компаний.

— Ты опоздала! — голос заставил меня вздрогнуть.

Я обернулась. Эшли сидел и недовольно смотрел на меня. Выражение его лица показалось мне очень знакомым, и я невольно прошептала заклинание прозрения.

Дориан недовольно скривился.

— Триша, не стоит лезть туда, куда тебя не просят! — недовольно произнес он, снимая с себя иллюзию и одновременно накидывая капюшон, чтобы скрыть лицо.

— Извини, я не подумала.

— Это твое обычное состояние, — кивнул Хранитель, делая знак бармену.

Перед нами поставили две огромные кружки, увенчанные шапками пены.

— Положи свое письмо под кружку. Только незаметно! — проинструктировал меня Дориан.

Пряча конверт в рукаве мантии, которую так и не сняла, я осторожно протянула руку к кружке и тут же ощутила толчок в спину.

— Осторожнее! — Дэр недовольно сверкнул глазами из-под капюшона.

— Простите, — невзрачный мужчина в алой мантии боевого мага, смутился и кинулся вытирать пролитое мной пиво.

— Простите, я случайно! — забормотал он.

— Все в порядке, — заверил его Дориан, фальшиво улыбаясь.

Он подхватил несколько салфеток и плюхнул в лужу.

— Право, мне так неудобно… — теперь боевой маг обращался ко мне.

Дориан скрипнул зубами. Пришлось уверить незнакомца, что все в порядке, и я ничуть не сержусь. Лишь после этого он еще три раза извинился и отошел.

— Интересно, почему любое простое действие ты можешь превратить в нечто несуразное? — Хранитель был явно не в духе.

— Откуда я знаю? — пробурчала я. — И заметь, я вообще ничего не делала!

Дориан тяжело вздохнул и с сожалением взглянул на столешницу, залитую пивом.

— Спрячь письмо под руку и положи ладонь на столешницу, — распорядился он, наклоняясь к моему уху.

Я повиновалась. Дэр медленно положил свою руку поверх моей. Со стороны казалось, что он попросту заигрывает. Миг — и мой донос, подчиняясь заклинанию, выскользнул из-под пальцев и пропал в широком рукаве голубой мантии. Дориан улыбнулся, не спеша заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо и потянулся за кружкой:

— Твое здоровье!

— А? Да! — я неуклюже подхватила кружку.

Признаться, меня здорово колотило. И дело было вовсе не в важности сообщения, а в самом факте того, что я стала шпионкой. Дориан это заметил.

— Триша, соберись! — прошипел он, до боли сжимая мое запястье. — Я не собираюсь ловить тебя, если ты грохнешься в обморок!

Я невольно поморщилась, его пальцы разжались, а на коже проступили красные пятна. Тем не менее, боль отрезвила. Я со стуком поставила кружку на полированное дерево.

— Думаю, мне пора! — попыталась встать, но Дориан удержал меня.

— Не так быстро, — он многозначительно посмотрел на меня. — Иначе все решат, что ты передала мне письмо!

На губах играла усмешка. Дэру явно нравились шпионские игры. Он снова сжал мою ладонь, все еще делая вид, что у нас свидание.

Я вздрогнула.

В голове мелькнула шальная мысль громко возмутиться и влепить Хранителю пощечину, но я прекрасно понимала последствия этих действий. Поэтому вновь взяла кружку с пивом и начала цедить маленькими глотками, совершенно не чувствуя вкуса.

— Хорошая девочка! — промурлыкал Дэр.

Его замечание разозлило еще больше.

— Ты не представляешь, как я польщена твоей похвалой! — фыркнула я.

— Не стоит так уж злиться, Триша! — Дориан прекрасно понял мое настроение. — Или мне теперь стоит звать тебя Трикс?

Я вздрогнула, вновь проливая пиво на стойку. Улыбка начальника Департамента магического контроля стала еще шире, он явно наслаждался моим замешательством.

— Откуда? — только и спросила я.

— Я же предупреждал, что в Йоршадской академии ты не одна… поэтому в следующий раз делай послание более полным, а не ограничивайся тем, что мне и так известно. Кстати, кто выиграл состязания по стрельбе?

— Понятия не имею, — буркнула я. — А разве тебе не сказали?

— Увы, информатор в этот момент ушел. Думал узнать это от тебя!

— Извини, что разочаровала, — я не смогла скрыть сарказма. — Я тоже предпочла пропустить финал!

— У тебя еще есть шанс исправиться, — Дориан допил пиво и встал, кинул на прилавок несколько монет. — И не растрачивай силы накопителя впустую! Он не заряжается так быстро, как хотелось бы! До скорого!

Я проводила Хранителя хмурым взглядом и поставила кружку на стойку. Больше всего мне хотелось запустить ей в стену, но я сдержалась. И, гордая своей выдержкой даже заказала еще пива.

Огромная запотевшая кружка, увенчанная шапкой белой пены, появилась передо мной незамедлительно. Я кивнула лепрекону, расплатилась, и бармен, лихо заломив свой зеленый цилиндр, умчался к посетителям.

А я осталась сидеть в углу, в гордом одиночестве попивая свежесваренный вересковый эль и лениво следя за тем, что творилось в баре. Входная дверь хлопала все чаще. Преподаватели академии, жители Северных гор — все они заходили в бар, приветствуя друг друга. Я заметила несколько адептов-старшекурсников.

Те старались выглядеть как можно более вальяжно, но бегающие глаза и побелевшие пальцы, судорожно сжимающие амулеты возрастных иллюзий выдавали их. Следить за старшекурсниками я не стала, выдавать их лепрекона — тоже.

Более того, сейчас, когда моя репутация была отягощена шпионскими играми, пусть даже на благо государства, я чувствовала к нарушителям симпатию. Поэтому отвернулась и замерла, удивленно смотря на Больга.