Чертова ведьма - Лора Вайс

Обратный путь занял не так уж много времени. Что ни говори, в три ночи машин на дорогах практически нет. А вот дома меня ждал сюрприз — спящая на диване ведьма.

— С возвращением, мой комиссар, — пробормотала спросонья белокурая бледная и такая странная Риша.

— А ты почему здесь?

— Я так умаялась отчищать твой огромный дом от грибка, что присела отдохнуть. И не заметила, как уснула. Ты уж не сердись.

— Я не сержусь, — бросаю куртку на спинку кресла, затем опускаюсь в него сам. — Все получилось?

— Да. Грибок повержен. Но ремонт придется делать. В таких условиях нельзя жить, тем более с детьми. А где Отис?

— Остался с Кейной.

— Мм, — чуть ли не мурчит, — уже доверил ей самое ценное. Тебе она нравится, Адам. Очень нравится.

— Кейна будет работать у меня няней.

— Ну, себя можешь убеждать в чем угодно, дорогой, а вот меня не надо. Я достаточно видела и смею утверждать, что не пройдет и недели, как тебе сорвет крышу. Вы, черти, очень несдержанные, тебе просто не хватит терпения.

— Ты это о чем?

— О том, что скоро няня Кейна будет ночевать в твоей постели.

— Этого не случится. Я ее нанял для сына. Что до меня, я умею держать себя в руках.

— Тогда найди себе женщину для приятного времяпрепровождения.

— Знаешь, это хорошо, что ты здесь, — срочно меняю тему разговора. — Завтра отвезу тебя в комиссариат.

— Прости, но нет! — Она сразу садится. — Туда я больше ни ногой. Да и потом, мне утром кровь из носу нужно быть дома. Сам знаешь, у меня много подопечных, нуждающихся в шестиразовом питании. А в чем, собственно, дело?

— Один мой знакомый хочет пообщаться с тобой. Арон Гедель. Слышала о нем?

На что она мотает головой.

— Он наш лучший судмедэксперт, а еще некромант и хочет поговорить с тобой насчет душителя.

— Судмедэксперт? Интересно, зачем ему я? Я пока еще жива. И мне вполне хватает общения с тобой.

— Он знает различные практики, причем не только в некромантии. Вдруг смог бы восстановить тот момент в лесу. Нам бы это очень помогло.

— Ладно, могу и пообщаться. Но! Пусть сам приходит ко мне, в комиссариат я не поеду, как ни проси.

— Хорошо, Риш.

— Иди спать, Адам. Завтра тебе предстоит нелегкий разговор, — и довольно улыбается.

— А ты не желаешь занять одну из спален?

— О нет. Прости, конечно, но твой дом ужасен. Гостиная, пожалуй, единственное безопасное место, где я не рискую заработать астму. И, к слову, о заработке: ты мне должен денег.

— Знаю, — и правда, пора мне на боковую. — Спасибо тебе.

— Всегда пожалуйста, — снова укладывается на диване, накрывается пледом. — Приятных снов.

Хорошая она, хоть и с заскоками. Печально осознавать, что от нее отказалась семья. Ну, оступилась девчонка, с кем не бывает. Влюбилась, доверилась проходимцу. Ей на тот момент было всего-то семнадцать. И вот уже пять лет Савьерри живет одна на отшибе, никого особо к себе не подпускает, пытается делать вид, что она в порядке. Но чувствую, что-то у нее не ладится. Одиночество никому еще на пользу не пошло.

Утро началось с борьбы со скверным настроением. Только глаза открыл, как меня опять накрыло. Благо, я быстро взял себя в руки и пресек на корню это эмоциональное безобразие. И вообще, пора вставать, ехать за Отисом, да и Ришу забросить домой.

Однако, спустившись вниз, ведьмы я не нашел, зато обнаружил послание. В кухне над столом зависло маленькое зеркало. И стоило подойти ближе, как оно вспыхнуло зеленоватым светом, а спустя мгновение в нем появилось отражение Риши.

«Я не стала тебя будить, мой комиссар. Деньги завезешь потом. До скорой встречи».

В этом она вся.

В мастерскую еду в каком-то странном состоянии. Мне хочется не только Отиса забрать, но и Кейну с дочерью. Хочется войти и сказать: «Вещи в руки и на выход». Она нужна мне здесь. Нужна вся, чтобы ведьма не просто присматривала за сыном, а чтобы… Дьявол, Риша права, меня надолго не хватит. Слишком все очевидно. Хвост реагирует на нее вперед меня самого, ревность бушует адским пламенем, стоит только представить Кейну рядом с другим. И как тут быть? Как правильно расставить приоритеты?

Вдруг раздается звонок сотового.

— Да, — вывожу разговор на громкую связь.

— Адам, привет. Ты поговорил со своей знакомой?

— Привет, Арон. Говорил. И она наотрез отказалась ехать в комиссариат.

— И как быть?

— Очень просто. Берешь свой зад и тащишь к ней домой. Она согласна на разговор, но только на своей территории.

— Где живет? — слышу недовольные нотки в голосе.

— Рядом с кладбищем «Забвение». Не заблудишься.

— Понял. Благодарю.

Утро сегодня тоже странное. Сизый туман окутал город, блеклый диск солнца едва просматривается в этой дымке, а еще дождем пахнет. Заворачиваю в переулок и, надо же, вижу портальный дом. Ох, и влетит мне сейчас. Но до чего хочется, чтобы влетело. До безумия.

И стоило войти в мастерскую, как до ушей тотчас донесся веселый детский щебет. Тогда медленно подхожу к двери в зал. Настя с Отисом сидят за прилавком, хихикают, пьют чай с пирожными, а Кейна с ними рядом что-то усердно записывает в свою книжку.

У меня дух перехватило от этой картины. Смотрел бы и смотрел. О каких там женщинах говорила Риша? Ни одна не сравнится с этой рыжей ведьмой. Ни одна. Кейна особенная, с ней тепло, мне так вообще жарко. А еще мой хвост никогда и ни с кем так себя не вел.

Но сейчас это нереальное создание будет рвать меня, как тузик грелку.

— Привет, — подаю-таки голос.

Кейна

Ну надо же! Явился не запылился бывший, что б его, муж.

— Утро доброе!

Черт тем временем протискивается в дверь и так бочком-бочком встает рядом с Отисом.

— Все хорошо? — смотрит на сына.

— Ага, — кивает тот. — А можно я еще побуду с вами? — переводит на меня жалостливый взгляд. Вот хитрюга. Да оно и понятно, почему хочет остаться, я бы оставила. Но с ними двумя здесь будет ой как непросто.

— Нет, Отис. Я и так очень виноват перед Кейной, — начинает этот еще более хитрозадый черт, — вчера случился форс-мажор: мэр вызвал к себе.

— О как, — складываю руки на груди. — Да ты и с мэром на короткой ноге? Вот так везение. Как думаешь, может, мне тоже посетить приемную мэра? Объяснить ему всю сложившуюся ситуацию.

— Кейна, — резко меняется в лице Адам, черные брови опускаются на нос.

— Пойдем-ка выйдем, — поднимаюсь. — В кухню.