Непослушная игрушка - Николай Воронков

Первой и самой главной проблемой станет организация первой встречи с Вероной. Лорд намекнул, что у меня есть титул, который якобы откроет передо мной все двери. Может, и так. Но для начала надо найти того, кто мне про него расскажет. Потом найти дома, куда нужно войти, болтать непонятно с кем и непонятно о чем. Потом устроить встречу с Вероной. Путь логичный, но непонятно, с чего конкретно начать, как долго это будет продолжаться и добьюсь ли я чего-то. Может, Киксо на это и рассчитывал? Иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что?

Я решил сделать проще. Все равно в столице из знакомых у меня только бандиты, лорд и Верона. Так чего тянуть кота за хвост? На всякий случай я плотно пообедал, кликнул извозчика и отправился прямиком к Вероне. Что я, собственно, теряю? Выгонит так выгонит, после вчерашнего вполне возможно и это. Тогда уж и буду искать хитрые обходные пути.

Покачиваясь в коляске, я попытался представить предстоящий разговор, но ничего не получалось. С глупостями к ней не подъехать, да и отношения у нас сложились странные. Она мне вроде доверяет, даже защищала у герцога, про долг говорила. Но я же не деньги у нее еду занимать. Да и как, о чем разговор начать? «Здравствуй, это я»? Нужен какой-то повод, хотя бы на первый момент. Очень кстати на глаза попались цветочные лотки. Я и раньше их видел, но только сейчас воспринял как нечто, что может мне понадобиться.

Народ у лотков выбирал цветы с чувством, вдумчиво, иногда советовался с продавщицами. Но как только к лоткам подошел я, сразу установилась тишина. Ах да! Я же богатый и страшный. Я попытался выбрать букет, но ни к одному из них душа не лежала. То слишком яркий, то аляповатый, то мрачный, то выглядит так, что им только пол подметать. Ближайшая продавщица несмело спросила:

– Могу я чем-то помочь господину?

Но стоило мне поднять на нее взгляд, как она сразу стушевалась. Хотя с чего бы, я ведь только посмотрел. Что же выбрать? А, возьму все! – Я мысленно махнул рукой. Для женщины цветов много не бывает. Пусть сама выбирает, что понравится.

Я кивнул продавщице:

– Грузи все в коляску! – Потом глянул по сторонам: – И вы двое тоже!

Женщины послушно выполнили команду и встали, почему-то опустив головы.

– Сколько за все?

Одна из женщин несмело произнесла:

– Четыре серебряных, господин.

Я пошарил в кармане, где у меня лежало серебро. Вроде с десяток наберется. Я сунул деньги женщине:

– Между собой сами поделите!

Надо было видеть лицо этой женщины! Будто не веря, она переводила взгляд с меня на деньги и обратно. Сначала я не понял, а потом чуть не разозлился. Она что, меня за шпану приняла? Как говорил один мой случайный знакомый с большим тюремным опытом: «Настоящий вор может сделать с тобой что угодно. Но за честную работу он всегда платит честно». Да и я по жизни никогда не стремился стать богатым на чужом несчастье.

Резко отвернувшись, уселся в коляску:

– Поехали!

Коляска превратилась в оранжерею на колесах, и на нее многие оглядывались, провожая удивленными взглядами. А я все никак не мог решить, с чего же начать разговор. И все эти цветы теперь казались бессмысленными и пошлыми. Что обо мне подумает Верона, когда слуги начнут таскать весь этот гербарий в ее комнату? Не, надо что-нибудь попроще и поскромнее. Я начал выдергивать по цветку из разных букетов. Черный, красный, сиреневый, белый. Что-то похожее на розы, тюльпаны, ирисы и даже обычные васильки. Потом добавил зелени в виде листьев папоротника и еще чего-то разных видов. Новый букет получился аляповатым, сумбурным, но хотя бы не вызывал раздражения. Может, кому-то он покажется несуразным, но в тот момент он больше всего соответствовал моему настроению и мыслям.

Ворота особняка Вероны были открыты, и лишь у входа в дом стоял пожилой слуга, изображавший из себя охрану. Рассчитавшись с извозчиком, направился к дверям, но сзади раздался голос:

– Господин, а что делать с цветами?

Я обернулся и даже сморщился от кричащей безвкусицы, заполнявшей коляску.

– Подружке подари.

Слуга даже не пытался меня остановить.

– Как прикажете доложить?

– Гордан.

Меня провели в большую приемную, и я стал с любопытством оглядываться. Здесь во всем чувствовалась женская рука. Неуловимые мелочи, вроде материала штор, формы кресел, столика. Мужчина – я, во всяком случае, – такое бы точно никогда не купил. Но получилось уютненько. И еще стояло несколько ваз с цветами, подобранных со вкусом и настроением. Хорош бы я был, притащившись со своей телегой сена. Даже мелькнула мысль выбросить и букет, но тогда первые несколько секунд непонятно о чем говорить.

А ведь я волнуюсь, усмехнулся я. Может, и не как на первом свидании, но очень напоминает экзамен или собеседование. Сейчас каждая мелочь может иметь значение. Я снова пригладил волосы, проверил, в порядке ли одежда, встряхнул букет, чтобы он выглядел получше.

Верона появилась минут через двадцать. Необычно спокойная, с каким-то отрешенно-усталым лицом. А я в первый раз, наверное, взглянул на нее как на женщину. Среднего роста, мне примерно по плечо, не красавица, но очень приятная. И грудь, и… все остальное как раз нужного размера. Длинные волосы, до лопаток, уложены спокойными волнами. Светло-серое платье с вышивкой подчеркивает фигуру, но не режет глаза показухой и выпячиванием достоинств. А что, может, мое задание и не будет таким уж и неприятным.

Я протянул ей букет:

– Это тебе.

Верона букет приняла и почему-то принялась его внимательно рассматривать, забыв обо мне. Наверное, прошло не меньше минуты, прежде чем она снова взглянула на меня:

– Что ты хотел?

– Я… пришел извиниться за свое вчерашнее поведение.

– Ты сам-то своим словам веришь?

– А что не так? Я был неправ, груб и…

– Кто составлял букет? – прервала меня Верона.