Лучшие враги - Марина Ефиминюк

Тут стоило жеманно закатить глаза, но я принялась хрустеть жареным хлебцем. Остальные почему-то ничего не ели, только смотрели на вкусности и прихлебывали чаек. Возможно, по воскресеньям у них был разгрузочный день, вся женская половина замка хлебала настойку для похудания и насыщалась тем, что нюхала запахи еды.

— Энни, рассуди наш спор, — проговорила Эбигейл таким дружелюбным тоном, что сразу стало ясно — сейчас скажет гадость. — Какой день гадаем: тебе создавали косметическую маску в Деймране или обращалась к местному магу?

Эбби, честное слово, ты так неощутимо кусаешь, что мне даже неловко становится.

— Просто у тебя лицо выглядит чудесно! — страшно оживилась Люсиль. — Очень красиво! И маску ведь совершенно незаметно. Наверное, мастер преотличный?

— Мастер действительно очень известный, — хмыкнула я, вдруг понимая, что умение соврать в нужный момент снова со мной.

— Подскажешь имя? — с невинным видом попросила Эбигейл и прихлебнула из чашечки крутой черный кофе.

— О, его имя на слуху, — уверила я и произнесла по слогам на тот случай, если кто-нибудь не расслышит: — При-ро-да.

За столом возникла пауза достойная вчерашнего романтического ужина на пятерых. В воздухе явно ощущалось, что свита ждала реакции королевны. Та дергала глазом. Я сама видела!

— Энни, какой же он известный? Это имя или фамилия? Я его даже припомнить не могу! — напрочь разрушила драматическую паузу Люсиль. — Эбби, а ты когда-нибудь слышала? Природа… Я как будто слышала, но точно его не знаю!

— Люси, уймись! — рявкнула Эбигейл, шарахнув чашечкой по блюдечку. Старинный фарфор, непривычный к подобной жестокости, жалобно звякнул и выплюнул черный кофе через край. По изогнутой стенке потекла темная дорожка.

— Ой! Природа… В смысле, обычная природа. — Люси уняться не пожелала, а хотела объяснений и помахала рукой в сторону увядшего к сентябрю розового сада. — Мама, выходит, ошиблась, и ты не носишь магическую маску?

— Нет.

— Вообще-вообще?

— Никогда не пробовала, — уверила я и вспомнила друга семьи Реграм, от магии которого женщины всех возрастов сходили с ума (иногда в прямом смысле этого слова). — Если тебе очень нужна магическая маска, то я знаю хорошего мастера. Говорят, он виртуоз.

— А он очень темный маг? — уточнила кузина.

— Какая степень темноты тебя устроит?

— Ну я не знаю… Просто у темных чародеев нельзя ничего покупать! — категорично заявила Люсиль. — Мама говорит, что они мошенники, хамы и жлобы. От них ничего хорошего ждать нельзя, все равно обязательно обманут…

— Тетушка Мириам, видимо, об этом много знает.

— Я не про тебя, Энни, — быстро оговорилась кузина. — Ты, конечно, не такая.

— Безусловно, — на скрывая иронии, отозвалась я.

Странный разговор, в котором меня пытались выставить — ну — черной ведьмой, действительно частенько внутри просыпавшейся, прервало появление запыхавшейся служанки, встречавшей меня в день приезда.

— Госпожа Эбигейл, там пришел человек!

На пороге она запуталась в длинном платье и ворвалась на веранду головой вперед. Чепец слетел с ее головы, открывая рыжеватые мелкие кудряшки. Девица попыталась его натянуть, но вырез оказался на затылке, и лицо полностью скрылось за тканью, как за непроницаемой маской.

С возрастающим интересом, мысленно гадая, чем закончится бой — победой чепца или же человека — я следила, как она в панике принялась крутить норовистую штуку. Наконец волосы оказались покрыты, лицо наоборот открыто и окружено мелким рядом крахмальных жестких рюшек, восторженно встопорщенных на голове. Я с интересом следила за этим совершенно потрясающим зрелищем, а девушки вокруг явно волновались.

— Да что ты тянешь-то? — не выдержала Эбби.

— Ребенка в учение привели! — выдохнула она с раскрасневшимися щеками.

— Наконец-то! — охнула дочь замкового смотрителя, взволнованно поднимаясь из-за стола. — Думала, никогда не дождемся! Госпожа директор, пойдемте посмотрим на нашу долгожданную девочку! Надеюсь, она не обделена магическим талантом!

Ну… то есть набор в будущую школу идет не так бойко, как мне пытались представить.

— На долгожданного мальчика, — поправила горничная.

Чародейки замерли, пытаясь принять неожиданную и несколько неловкую новость о роковом несовпадении.

— Не расстраивайся, Эбби! — как всегда Люси источала оптимизм. — Если у него длинные волосы, то привяжем бантики.

Я попыталась замаскировать ехидным смешок покашливанием в кулак. Судя по острому взгляду Эбигейл, которым она пыталась пришпилить меня к стулу, как бабочку в гербарии, вышло паршиво.

— В любом случае, с человеком надо поговорить, — проговорила она, поднимаясь из-за стола и поправляя белый кружевной воротничок. — Так ведь?

— Энни, а ты не идешь? — позвала Люсиль уже из дверей.

Честно сказать, я была не настолько любопытна, так что только помахала рукой. Однако не успела насладиться пятью минутами в чудесном единении с пирожными и воздушными зефирками, как горничная вернулась.

— Госпожа чародейка, вас зовут!

Я не донесла до рта насаженный на кончик вилки бисквит и уточнила:

— Очень надо?

— Человек-то к вам пришел.

— Опять?! Святые демоны, когда они уже закончатся…

В холле царила испуганная тишина. Подружки-чародейки стояли в сторонке и тихо, но очень ехидно что-то обсуждали. Если бы взгляды Эбигейл, побледневшей от ледяного гнева, умели превращать людей в умертвия, то замок наполнился бы отрядом зомби-дев в разноцветных платьях с цветочными рисунками.

— К тебе, — проговорила Эбби, с трудом сдерживая злость. Похоже, роль главы армии живых покойниц была отведена мне.

А перед дверьми стоял владелец посудной лавки с мальчиком лет восьми на вид. Может, старше или младше, я плохо разбиралась в возрасте детей.

— Госпожа чародейка! — вскрикнул лавочник.

Как там его вчера назвали? Март? Марс?

— Тебя как зовут? — резко спросила я, чтобы не терзать память.

— Мирн, — поспешно подсказал он. — Я пришел к тебе, а они про какую-то школу талдычат. Слов не хватает объяснять, что я про школу вообще ничего не знаю.

Краем глаза я увидела, как Эбби, взметнув длинную юбку, развернулась на пятках. В гулком холле раздался стук каблуков, зашуршали платья ее подружек.

— Не расстраивайся, кузина, — тихо уговаривала Люсиль. — Когда-нибудь и к тебе обязательно приведут учеников. Все равно школа для девочек, а в учебной башне ещё идет ремонт…

Расстояние заглушило и увещевания, и шепотки чародеек.

— И зачем ты здесь, товарищ проклятый? — спросила я, скрестив руки на груди и высокомерно задрав подбородок, чтобы он не думал, будто его встретили с радостью и распростертыми объятиями.