Автономный режим - Андрей Ливадный

Пахомов полез внутрь, внешней командой отключил противоперегрузочные системы и инерционные компенсаторы.

– Сергей, слышишь меня? – Он расстегнул страховочные ремни, приподнял Зотова, чувствуя, что тот не сопротивляется, его тело обмякло, сервоусилители скафандра не получали сигналов ни от мышц, ни от рассудка галактлейтенанта.

– Радек, что у тебя? Как обстановка?

– Пока тихо.

– Зотова достали телепатическим воздействием! Не знаю, насколько все плохо… – Павел вызвал сервов, которых отправил к нему в помощь командир. Четыре механизма быстро приникли внутрь спасательного сегмента.

– Эвакуировать! – коротко приказал Пахомов, одновременно передавая кибермеханизмам маршрут следования к точке сбора.

Прошло всего две минуты с момента аварийной посадки «Стилетто».

– Радек, уходим! Командир, я закончил! Зотов пострадал, его транспортируют сервы. Что у тебя? Нужна помощь?

– Сам справлюсь. – Дитрих к этому времени уже распечатал герметичное убежище. – Энтони без сознания. Отправил модуль к месту сбора. Илья, ты как?

– Нормально… – ответ Тернова прозвучал глухо.

– Принимай данные по дальнейшему маршруту. В твоем распоряжении четыре кибермеханизма. Эвакуируешь Зотова и Хоука. Идти придется по внешней обшивке «Танаиса». Сбор в техническом секторе. Как понял?

– Сделаю. – Тернов отвечал скупо, без эмоций.

– В эфир не выходи. С этой минуты используем только лазерную связь. Следуй вдоль технических коммуникаций, крупные надстройки, где могут находиться «Мыслящие», обходи стороной.

Через минуту они встретились подле неповрежденной постройки чужих.

– Радек, как все произошло?

– Попал под телепатический удар в точке выхода из гиперсферы, – коротко доложил Хорватов. – Потерял сознание, момент взрыва не помню, очнулся уже в спасательной капсуле.

– Сколько чужих кораблей на подходе к «Танаису»?

– Около двадцати тысяч, – ответил Хорватов. – Точнее сказать не могу. Комета Мальцева полностью реконструирована. Они двигались в ее гравитационном поле, с выключенными энергосистемами.

– Дистанция, с которой на тебя воздействовали?

– Порядка трех тысяч километров. – Радек непроизвольно сглотнул. – Мнемонический блокиратор не держит удара. Основное устройство сгорело сразу же. Резервное помогло продержаться, но работало нестабильно, со сбоями.

– Скверно. – Дитриха неприятно поразил доклад Хорватова. – Телепатическое поле Семьи не распространяется так далеко. Максимум, зафиксированный на одной из планет, – сто пятьдесят километров.

– Мне непонятно, если армада движется под прикрытием кометы, кто атаковал «Танаис»? – спросил Пахомов.

– Диверсионные группы, – ответил Дитрих. – Судя по количеству чужих, они накапливали силы и вели разведку, находясь на борту станции не один день!

– Они бы не прошли через сферу сканирования незамеченными! – возразил Радек. – Датчики контролируют каждую метеорную частицу.

– Тогда надо искать их схроны на борту кораблей, доставленных с последними конвоями! – предположил Павел.

– Мы исследовали их дважды. – Дитрих при помощи лазерного резака принялся вскрывать чужеродную постройку. – Ясно одно – акция тщательно спланирована, а мы пропустили удар, не распознали врага! Комете потребовалось пять лет, чтобы преодолеть расстояние от ближайшей звезды до точки апогея орбиты! Понятна мысль? Армада отправилась в путь пять лет назад! Уже тогда они знали точное местоположение «Танаиса», а мы что-то пропустили при исследовании звездной системы! Там, по всей видимости, существует портал древней транспортной сети инсектов!

– Не думаю, – хмуро откликнулся Хорватов. – Я принимал участие в исследовании системы. Мы провели тотальное сканирование. Двадцать мнемоников отслеживали и анализировали сигнатуры. Пространство «подсвечивали» энергетическими выбросами, настроенными на резонанс с известными нам устройствами, в том числе и древними. Портала среди астероидов нет!

– А соображения есть?

Хорватов задумался.

– Пять лет назад, когда комета проходила поблизости от звезды, мы осуществляли только дистанционное сканирование, – ответил он. – Прохождение кометы вызвало вспышку солнечной активности. Инсекты могли воспользоваться этим, проложить временный гиперпространственный тоннель, вывести корабли под прикрытием увеличившегося в сотни раз газопылевого шлейфа кометы и затем уничтожить устройство портала.

– Возможно. – Дитрих принял к сведению мнение Хорватова. – Строить гипотезы, разбираться, где допустили ошибку, что именно недосмотрели, будем позже. Сейчас главное – в точности понять, с кем имеем дело, найти возможность установить связь со штабом Флота.

Он вскрыл бугристую поверхность купола и, используя сервомускулатуру скафандра, раздвинул края.

Внутри обнаружилась ячеистая структура тесно пригнанных друг к другу коконов. В каждом находился зародыш боевой особи.

– Прошло всего три с половиной часа с момента вторжения! – Пахомов с отвращением заглянул внутрь. – Когда они успели возвести инкубаторы?! Взгляните – бойцы наполовину сформированы!

– Против нас действует не Дикая Семья, – мрачно ответил Дитрих. – Ни у одной планетной цивилизации нет такой огромного флота. Но численный состав армады невольно подталкивает к аналогии – мы обнаружили двадцать четыре тысячи семьсот тридцать две планеты, колонизированные инсектами, в рамках звездного скопления О’Хара.

– Объединенный флот?!

– Да. Объединенный флот плюс древние знания Единой Семьи в области генной инженерии. Три часа на рост инкубатора с одновременным развитием генетически усовершенствованных особей – это одна из утерянных боевых технологий общественного разума! У меня нет других объяснений! Паша, возьми образцы ДНК: один – из стены инкубатора, второй – из тела чужого. Радек, пошли со мной.

Хорватов решил, что они идут в резервный командный центр, расположенный неподалеку, но полковник остановился подле раскрытых сегментов небольшого отсека.

Подобные герметичные убежища располагались не только в парке, они являлись неотъемлемой частью большинства обитаемых помещений «Танаиса».

– Прикрывай, пока буду работать. – Дитрих перешел на мнемоническое управление автоматикой.

Радек занял позицию.

Тяжелые мысли роились в голове галакткапитана. Он провалил боевую задачу, подставил под удар подчиненных, короче, расслабился, уверовав в неуязвимость «Танаиса», обеспеченную абсолютной секретностью важнейшего стратегического объекта современности.

«Нам нанесли сокрушительный удар… Мы даже не представляем всех его последствий…» – думал он.

Хорватов еще не допустил мысли о полном поражении, но перспективы рисовались мрачные.