Пламя Победы - Тимур Туров

Посредине этого коридора, справа у стены, стоял плохо одетый альв со скрипкой. Перед ним на полу был раскрыт скрипичный футляр, в котором высились горкой монеты, бумажные «десятки», местами – доллары. Музыкант наяривал что-то бравурное, ужасно знакомое, но благополучно забытое. Играл очень хорошо, с чувством, далеко оттопыривая локоть и страстно, почти яростно, прижимая нервными пальцами струны.

Он был уже далеко не молод, худощав и явно утомлен – видимо, стоял здесь не первый час. Глаза альва были полуприкрыты, и Карима он не замечал, он вообще ничего не видел вокруг.

Сатин полез в карман за кошельком, достал пару десятирублевых бумажек и бросил в общую кучу. И заторопился дальше.

Народ все прибывал: в этот час многие спешили на электрички, поскольку ехали с работы по домам, в пригороды, а иногда и в соседние области. Карима выплеснуло на улицу хлынувшей из дверей метро людской волной. Часть толпы потекла направо, к Ярославскому вокзалу, Карим с остальными отправился прямо, к Ленинградскому.

Спохватившись, что не договорился с Ильей, где именно будет ждать его, он остановился у касс, полез за мобильником и только тут сообразил, что именно играл альв. «Вихри враждебные веют над нами» – вот что это было. «Варшавянка», песня времен революции пятого года. Карим даже застыл на несколько секунд, удивляясь своему открытию. Революционных песен он не слышал, наверное, со школы. А в исполнении утонченного альва это казалось вообще сверхъестественным явлением.

Но факт оставался фактом, Танцор играл именно «Варшавянку», и не без успеха: в футляре было гораздо больше бумажных денег, чем мелочи.

Пока Карим, медитируя над телефоном, обдумывал этот факт, на него как коршун налетел Скоробогатов. В руке у него была сумка с ноутбуком.

– Ты здесь, серый! А я звонить собирался. Погнали, там сейчас клинская отойдет!

Карим глянул на часы, потом на расписание, висевшее перед входом в зал пригородных касс.

– Ух ты, не успеваем на клинскую. Следующая в девятнадцать пятьдесят четыре, через восемнадцать минут, крюковская. Пошли билеты брать.

– Это зачем еще? – физиономия Ильи вытянулась. – Да чтобы я платил дорогому РЖД…

– И ты готов прыгать через турникеты, да? – усмехнулся Карим.

– Ну нет, почему? Глаза отведем…

– Да ну, брось. Пошли.

Как честные граждане, они купили в кассе два билета. Правда, Карим взял до Химок, что было чуть ближе и чуть дешевле. Но Илья, похоже, слегка раздосадованный тем, что ему не дали возможности попрактиковаться на «контрах» в мастерстве иллюзий, заявил, что он не жмот, что это дело принципа, а не денег, и приобрел полный до станции Крюково. Гордо пробил его в турникете и через распахнувшиеся с готовностью пластиковые дверцы вышел к платформе вслед за Каримом.

Электричка с табличкой «Крюково» стояла с открытыми дверями.

Карим с Ильей сели в первый вагон, расположившись на ближайшей к входу скамейке.

– Ну, теперь ты мне не запретишь! – заявил Скоробогатов и что-то такое зашептал, прикрыв рот ладонью.

Мгновением позже Карим увидел рядом с собой и на скамейке напротив призрачные силуэты людей в военной форме и голубых беретах с огромными… рюкзаками? Баулами? Сатин даже не знал, как называются эти вместилища для вещей. Несмотря на то что иллюзии были бесплотными, они шевелились и даже, кажется, разговаривали.

– Ну ты дал! – восхищенно протянул Карим. – Я понятия не имел, что ты так умеешь. Остальные, надо понимать, видят их настоящими?

– Угу, – ответил Илья. Его губы непроизвольно расползлись в довольной улыбке. – Я полгода тренировался, чтоб вот так научиться. Почитал кое-что, потом практика… Первым, кого я удивил, был Инаков. Приходит он на работу, а на моем месте какой-то му… чудак призрачный сидит.

– Ну и что, ругался? – поинтересовался Сатин.

– Кто, Антон? Да ты что! Сказал: «Ну ты, Илюха, меня до инфаркта доведешь» – и все. Доводить его до инфаркта, как ты понимаешь, мне совершенно не улыбается, поэтому на работе я перестал «иллюзить». Начал дома, – Скоробогатов фыркнул. – Но это уже другая история. Зато к нам никто не сядет, можно спокойно разговаривать.

Люди между тем заходили в вагон, рассаживались, но к друзьям действительно никто не пытался подсесть. Все видели там четверых десантников и двух молодых людей с ноутбуком, и никто не мог отличить настоящих от иллюзорных.

– Я вот что подумал, – вполголоса произнес Илья, когда они с Каримом склонились над включенным ноутбуком. – Провидица – это хорошо. Но не потрясти ли нам еще кого-нибудь на предмет случившейся катастрофы?

– Кого, например? – оживился Карим.

– Давай рассуждать логически. Кто в нашей песочнице самый осведомленный?

– Не знаю, что ты имеешь в виду под «нашей песочницей», – резонно заметил Карим. – Но вообще – Наблюдатели.

– Ага, стоп!

В это время на экране засветилось: «Приветствие». После чего открылся рабочий стол с изображением длинноногой красотки в красном купальнике, облокотившейся на такую же красную тачку «Хендай Атос» с черным капотом и черными тонированными стеклами.

– Фу, как пошло и банально, – поморщился Карим.

– Да, именно. Пошло, банально и поэтому мне нравится! – заявил Илья. – Так вот…

Он открыл «OpenOffice.org Writer» и написал:

«Предлагаю общаться здесь. Иллюзии иллюзиями, но мало ли кого принесет».

Карим шевельнул левой бровью и, придвинувшись ближе, ответил:

«Понял, согласен. Так что насчет «бесцветных»?»

«Они наверняка что-то знают о колодцах. Ваше руководство к ним не обращалось?»

«Думаю, обращалось. Меня в известность не поставили, естественно. Но Наблюдатели, как я понял, сидят в такой же яме, как все. Если они что-то узнают, они не будут держать это в тайне – невыгодно».

«Ты сам как думаешь: колодцы загнулись без посторонней помощи или кто-то поспособствовал?»

«Я думал, что сами. Не представляю мага такой силы. Но мать клана хотела, чтобы я нашел того, кто это сделал. Значит, она считает иначе».

«Я тоже не верю в апокалипсис. Не могли источники сами погаснуть. Тут кто-то очень хорошо помог. Возможно, их было много».

«Тогда это кто-то не из местных. Нашим это зачем? Все завязаны на колодцах».

«А Игроки?»

Карим откинулся на спинку сиденья, тупо разглядывая последнюю строчку Ильи.

– Ух ты, – сказал он, поворачиваясь к Скоробогатову. – Веришь, мне это даже в голову не пришло.

Илья так и расплылся в улыбке.

– Слушай меня, будешь счастливым, – произнес он и вновь забарабанил по клавиатуре:

«Значит, в Зелике Игроки есть?»

«Есть. Как раз на днях слышал разговоры: недавно в городе появился Игрок. Подробностей не знаю никаких».