Элирм III - Владимир Посмыгаев

— Только там, где воспользоваться «базукой» будет проблематично.

— Лжец.

* * *

Следующий день начался еще до рассвета.

Мы поднялись ровно в пять утра, затем плотно позавтракали, оперативно собрали вещи и занырнули в бронированную утробу скучающего в гараже Вела.

Лично я планировал подремать еще как минимум полчаса по дороге, но не сложилось. Ибо с каждым из нас за ночь случилось то, что в простонародье называется «проснуться знаменитым». После вчерашнего эфира мою личку атаковали буквально тысячи писем. Одни молчаливо пытались добавиться в друзья, другие писали восторженные отзывы, третьи сыпали оскорблениями и проклятиями, а четвёртые несли какую-то несусветную чушь, что разом заносило их в категорию неадекватов.

Кроме того, нам густо насыпали донатов. Кто-то перечислял по пять золотых, кто-то по десять. А были и те, кто с лёгкой руки расставался с гигантскими суммами свыше пятисот золотых. Щедро, ничего не скажешь. Правда, не совсем понятно, что в данном случае послужило мотивом: наш мировой рекорд или скоропостижные похороны рейтинга бригады Небесного Доминиона?

— «Ты и мизинца Белара не стоишь» — зачитывал письма шаман — «Умри, пьяная мразь!»… «Вот именно из-за таких как ты, «двадцать первых» и ненавидят!»… «Фройлин Белар — единственный лучик света в этом проклятом мире! И я не позволю тебе забрать его у меня!»… Мда-а-а. Мать, тебе бы к психиатру. «Клянусь Пантеоном, ты сдохнешь!»… «Поздравляю приятель. Ты — труп. Небесный Доминион так просто это не оставит»… «Боги! Это лучшее, что я видел за последние двадцать лет! Глас Эстир, отныне и вовек, ты — мой кумир!»… «Я хочу от тебя детей!!!»… О! А это приятно.

— «Господин Мозес, вынуждена заявить, что еще никогда в своей жизни я не встречала настолько милого толстячка!»… «Твои пухленькие щёчки сделали мой день!»… «Бро! Ты тоже с Земли? Так вот, ты похож на евнуха из Игры Престолов! Привет тебе из Великобритании!»… Вот сука — рассмеялся Антон.

— «Герман Велор, я весь вечер только и мечтаю о том, чтобы ощутить тепло твоих мозолистых ладоней, грубо сжимающих мои упругие ягодицы…». Господи, какая гадость! — поморщился танк.

— Почему сразу гадость?

— Потому что это написал мужик! Огр по имени Ратаг. Плюс отправил во вложении фото… сами знаете чего.

— Фу-у-у!

— Энквиэ тхон… — ошарашено прогудел Гундахар — Судя по всему, за время моего заточения в темнице этот мир насквозь прогнил! Вайоми! Мне срочно нужны деньги на криолитовый кол!

Я молча перевёл генералу пятьсот золотых.

— Прошу. Купи сразу штук двадцать.

— Благодарю.

— Господа, через пять минут мы прибудем на Площадь Порталов — послышался голос Атласа — Напоминаю, отправления в «психбольницу Белфалас» осуществляются через портал под номером девятнадцать.

— Спасибо, Вел.

— Не за что, господин Эо.

— Эх, жаль, Полковника с нами нет — сказал Герман — Нам бы его новые способности ой как пригодились.

— Новые? — переспросил я.

— Угу. Он вчера ходил в местное здание гильдии. Выучил «Путь Пустоты» и «Печать Цепей». Благодаря первому заклинанию он на несколько секунд становится невосприимчив к урону, плюс существенно возрастает его скорость передвижения, что для старика является практически идеальным решением. Особенно в тех случаях, когда необходимо оперативно установить ловушку, а затем поскорее убраться подальше.

— А второе?

— Второе еще лучше. Размещает на любой плоской поверхности магическую печать, которая срабатывает с небольшой задержкой. И после активации выбрасывает во все четыре стороны цепи, стягивающие всех пораженных печатью противников в одну точку. Думаю, с твоим «карманом» из вас получился бы неплохой дуэт.

— Меня и твоя «провокация» вполне устраивает.

— Кстати, я её прокачал. И теперь мне вовсе не обязательно кричать. Плюс я могу помечать противников специальным «маркером» и «подзывать» их к себе поодиночке.

— Да, ты говорил.

Я повернулся к окну.

Так уж сложилось, что из всей нашей троицы я остался последним человеком без класса. Герман, как и планировалось изначально, взял себе класс воина со специализацией «защита», и в виде бонуса за правильный выбор получил одноименный параметр, что с каждой вложенной единичкой создавал вокруг его тела дополнительный энергетический барьер. Эстир, в свою очередь, стал шаманом со специализацией «совершенствование» и разжился сразу тремя новыми способностями: тотемом «Ветряного Порыва», тотемом «Магмы» и «Щитом Земли». А я тем временем продолжал пускать слюни и воображать на тему мифического класса «Стихиалиевый страж», параллельно мучаясь с новыми способностями. Потому как, если с обычной «молнией» всё было предельно ясно, то «элементарная трансмутация» и «аберрация» вызывали у меня массу вопросов. Особенно последнее. Формально аберрация — это отклонение от нормы. Способность, завязанная на удачу и некий баф, влияющий на нескончаемые потоки вероятностей. Вот только насколько он хорош в практическом применении? — неизвестно. Вполне возможно, что это мусор. А может быть и наоборот. Скоро узнаем.

— … морозник, чилибуха, клещевина, олеандр, бледная поганка, абрус, белладонна, волчий корень, аконит… — медленно зачитывал Герман.

— О чем речь? — поинтересовался я.

— Список покупок. Братья друиды прислали. Хотят создать на участке «уголок ядов», чтобы потом самостоятельно варить всевозможные зелья.

— А чего сами не купят? — спросил шаман.

— Так у них денег нет.

— А-а-а, ясно.

— Глас, раз уж мы планируем основать собственный клан, то в ближайшее время нам необходимо создать общий фонд — сказал я — Плюс выделить отдельное помещение под склад, где будут храниться оружие, броня, расходники, артефакты и прочее. А то мы с вами молодцы конечно. Получаем по пятьдесят тысяч золотых за пари, в то время как остальные живут исключительно за счёт квестов.

— Да, сегодня же этим займусь — кивнул Эстир.

— Я помогу — подключился Мозес.

— Приехали.

Атлас остановился перед высоким светонепроницаемым барьером, полностью окольцовывающим всю Площадь Порталов.

— Наконец-то! — Герман первым выскочил из машины и направился к багажнику — Все последние недели только и мечтал о том, как бы поскорее попасть в психбольницу!

— Признаюсь, из ваших уст это прозвучало не настолько двусмысленно, как могло показаться, многоуважаемый танк, ибо разделить вашу любовь к боли и страданиям я не в состоянии.

— Тут дело не в этом, а в победе и следующим за ней триумфом. Представь, что ты ланиста, наблюдающий с трибуны за тем, как твои могучие гладиаторы одерживают верх над многократно превосходящим по численности противником.