Право истинной пары - Диана Эванс

На улице послышалось бряцанье доспехов, двое стражников, проходящих мимо нас, поклонились и пошли дальше.

— Значит вот оно что. Теперь ты большая шишка?

— Дочка, что ты так кричишь на всю улицу? Разговаривай нормально со своим старшим братом, не то по губам дам.

— Сразу заметно, что ты ее любимчик, — взяв меня за предплечье, произнесла сестра. — Но ты тоже мой любимчик, знаешь об этом?

— Я тебя тоже люблю, Айлин.

Тагир

На двери висел красный колокольчик. Дернул за него и за дверью послышались торопливые шаги.

— Минуточку! — крикнула Айдери.

Амалия задумала сегодня вечером кое-что, и пока я не пришел в гостиницу к Айдери и Элле, она не успокоилась. Ужин и так далее… что это все значит? Я же не посыльный, хотя не прочь был и увидеться с Айдери. Соскучился…

Дверь распахнулась и передо мной появилась Айдери. Вся раскрасневшаяся, с огромными зелеными глазами. Она была одета в простое вишневого цвета платье, оно ей так шло, подчеркивая фигуру. Некоторая часть волос собрана на затылке, а средней длины челка, свисает по двум бокам лица. Просто прекрасна. Такая естественная.

— Тагир, — Айдери умудрилась вложить в свое приветствие одновременно и радость, и усмешку.

Она не рада меня видеть?

— Да, это я, — улыбнулся я. — Как вы обживаетесь на новом месте? Все ли у вас есть?

Где-то за стеной послышались торопливые шаги, что-то упало на пол и разбилось на мелкие кусочки.

— Что-то произошло?

— Это Элла просто торопиться прибежать сюда. Она в ванной комнате, услышала твой голос вот и торопиться…, — улыбнулась она, отходя от двери. — Проходи, пожалуйста.

Я никак не отреагировал на эти слова, хотя в душе все пело. Я спокойно вошел внутрь и поплелся следом за Айдери.

— Тебе нравится отель? Если какие-то замечания?

Она немного призадумалась и ответила:

— Пожалуй, что да.

Внимательно на нее посмотрел, давая понять, что хочу выслушать все ее замечания.

— Очень шумно знаешь. Мы привыкли к гробовой тишине, а теперь даже заснуть, сразу не получается! Еще цвет занавесок немного не нравится, и стол этот какой-то странный, — указала она на стеклянный кофейный стол возле нас. — Вроде все.

— Я пришлю человека, он изменит все, что ты захочешь, договорились?

Она замерла в изумлении:

— Это твой отель?

— Почти. Отель принадлежит моей семье, — ответил и сразу попытался перейти на другую тему. — Понравился букет?

Очевидно, понравился, потому что он красовался практически возле меня на том самом столике, который не понравился Айдери.

Спустя несколько минут в гостиную запорхнула Элла. Она бегом бросилась ко мне.

— Тагир, почему ты нас на такое долгое время покинул?

Я был рад видеть такую любовь в глазах девочки. Это что-то необычное, особенное, когда практически ни за что тебя любит маленький человечек. Не смог бы ни на что это променять.

Элла отстранилась и, обхватив мое лицо руками, всмотрелась в глаза.

— Я вас не покидал. Были кое-какие дела, — попытался извертеться я.

— Но ты ведь не бросишь нас?

Она думала, что я их бросил? Да ни за что на свете! Я прикусил губы, замотал головой и ответил:

— Никогда, слышишь, никогда так не думай! Элла, я не брошу вас, ты веришь мне?

Ее маленькое личико просветлело. У входа в гостиную раздался звон разбитой посуды. Посмотрел в ту сторону и увидел Айдери, которая разбила стеклянную вазу, до этого стоявшую на небольшой тумбочке.

— Айдери, ты не поранилась? — подошел я к ней, осматривая ее руки.

Она не ответила.

— Элла, можешь пойти поиграть?

Девочка с негодованием посмотрела на старшую сестру:

— Но почему? Это же ты разбила вазу!

— Элла! В комнату, живо!

Как ни странно, но именно крик Айдери снял с меня некое оцепенение. Я отпрянул от нее и сел на диван, не понимая, с чего это вдруг Айдери набросилась с криками на сестру. Элла, размазывая набежавшие слезы, выбежала из гостиной.

Айдери, посмотрел на меня и замялась. Медленно подошла ко мне и, нависая надо мной, произнесла:

— Я очень благодарна тебе за заботу и за то, что разрешили нам поселиться здесь, но не стоит привязывать к себе Эллу. Ты все равно не сможешь нянчиться с нами вечно.

— Айдери, что ты такое говоришь? — я обомлел. Как, как из ее уст могут вырываться столь грубые слова?

— Я отдам тебе деньги за жилье до копейки, когда найду работу и встану на ноги, а пока не приходи больше, пожалуйста. Если тебе дорога Элла ты сделаешь именно так, как я сейчас сказала.

Мне нечего было добавить. Что за жестокость она проявляет по отношению ко мне, а тем более к своей сестре?

— Ты несправедлива, знаешь об этом? Я уйду, но ты должна обдумать сказанные только что слова. Подумай хорошенько, а потом мы с тобой серьезно поговорим, хорошо?

— Тагир, тут нечего обсуждать, — она села на диван, обхватит свою голову. — Прошу тебя, уходи.

И я ушел. Но причину я все же узнаю. Во что бы то ни стало.

***

Тигран

Когда мы зашли в отель, мама с сестрой выглядели немного взволнованными. Я решил взвалить на себя всю ответственность, ведь они уже достаточно натерпелись за эти годы.

— Номер двести сорок три в правой стороне, — подсказал я.

— А то я не поняла, — Айлин активно закивала и снова посмотрела на меня изумленными глазами.

Когда мама с сестрой зашли в номер, последняя ненадолго замолчала, но очнувшись, спросила:

— А тебе это точно по карману? Тебе не нужно будет отдавать долги?

Я поднял брови от удивления, на что сестра добавила:

— Просто не хочу, чтобы ты во что-то вляпался, как папа… — она стояла и смотрела на меня в упор, ожидая дальнейшей реакции.

— Айлин, твой брат разумный человек, я бы ни за что не подумала бы о таком! — мама стояла у окна и внимательно на меня смотрела, но этот взгляд был таким знакомым, полным доверия и надежды на светлое будущее.

— Это просто прекрасно! — воскликнула она, подпрыгивая на диван, ушитый белой тканью. — Мама, посмотри, тут так мягко. Ты в жизни, наверное, на таком не сидела! Я прямо здесь смогу уснуть!

— Айлин, вам с мамой не должно заботить наше финансовое положение. Я обеспечу вас по полной программе, поэтому, пожалуйста, располагайтесь. — Завтра вечером, я за вами заеду. Состоится ужин, на котором я все вам расскажу, почему я пропал, и откуда у меня теперь имеются деньги, хорошо? — спросил я, поочередно смотря то на маму, то на младшую сестру.