Право истинной пары - Диана Эванс

Амалия

Кажется, я начала уже привыкать к неожиданностям в наших жизнях. Как только начинаешь привыкать к одному, моментально за этим следует другая ситуация, которая повергает в шок каждого из нас.

Хотела как можно скорее поговорить с Арабеллой и узнать то, чего я так боялась. Да, она не белая овечка, но она не может быть настолько плохой! Я не могу в это просто поверить или даже не так. В моей голове не может уложиться то, что она все эти годы играла роль пострадавшей матери, потерявшей ребенка. Столько лет притворяться….

В воздухе пахло горелым. Похоже, помощница в доме почувствовала атмосферу, накаленную в доме, и теперь не могла сосредоточиться на готовке завтрака.

— Доброе утро, Амалия, — доброжелательно поприветствовал меня Разиль. Арабелла же даже не подняла на меня глаза.

Их спокойствие меня просто нервировало. Арабелла сделала глоток чая и поставила чашку на кофейный столик.

— Я тебя не ждала, Амалия. Разве не было сказано, что утром будет проходить семейное собрание?

Знаете что! Даже заявление о том, что я должна выйти замуж за Тагира не вызвало такого возмущение, как то, что я не являюсь частью этой семьи. Да как она вообще может произносить эти слова? Да, я твердо убеждала себя в том, что я не могу перечить матери своего мужа, она перенесла утрату, но сейчас… Видя все это своими глазами… Она ведь и не был жертвой, а просто пользовалась случаем, моим пониманием и добротой.

— Семейное собрание? — постаралась я не выдавать своих истинных эмоций. — А я разве не являюсь супругой вашего сына?

Разиль начал отрицать, но по его лицу я поняла, что попала в точку. Я не собиралась отступать… Не сейчас, только не сейчас.

— Арабелла, уж извините меня, но я не намерена больше молчать и глотать все язвительные речи, которые вы бросаете в мою сторону, — начала я и теперь меня никто не сможет остановить. — Разве не вы были главным инициатором нашего брака с Тагиром? Или же я ошибаюсь? Вы прекрасно знали, что мы с вашим сыном дружили и не питали никаких романтических чувств друг к другу, но вы же нас не о чем не спрашивали! Мы поженились и спустя столько лет вы заявляете, что я не являюсь частью вашей семьи? Я правильно все поняла?

Пока Разиль продолжал клятвенно убеждать меня в том, что Арабелла не желала говорить этих слов, я пыталась успокоиться, но то, что сама Арабелла молчала, бесило еще больше.

— Амалия, ты переходишь границы дозволенного, — спокойно проговорила Арабелла.

— Вы давно их перешли, — не желала уступать я ей. — В этой ситуации я не желаю оставаться в стороне, ведь не я виновата в том, что именно вы похоронили вашего сына живьем!

От негодования ее идеально светлая кожа пошла красными пятнами. Она дико закричала и набросилась на меня, вытянув перед собой руки. Арабелла вцепилась в мою шею руками и начала душить.

Разиль рывком бросился в нашу сторону и с трудом оттащил свою супругу от моей скромной персоны. Я не желала нервировать ее настолько сильно, но если бы я промолчала, просто взорвалась бы на этом же самом месте.

— Да как ты смеешь такое говорить! Ты думаешь, у меня был выбор? Я сделала это ради своего ребенка! Я могла потерять их обоих, но сделав выбор. Я смогла уберечь одного из них!

Ее искреннее оправдание практически повергло меня в шок. Она призналась в том, что практически сама и закопала своего сына в могилу! Но об этом не должен был узнать Тигран… ни в коем случае….

— Всегда есть выбор! Вы не имели право делать этого!

По понятным причинам я не двинулась с места, а только выразительно на нее посмотрела. По щекам пробежала одинокая слеза, которую я постаралась как можно скорее вытереть тыльной стороной ладони.

Спустя несколько мгновений, за моей спиной появились братья. От увиденного, по телу пробежали мурашки. На их лице застыл ужас, а Тигран медленно осел на пол и обхватил руками голову. Он задыхался.

— Тигран, Тигран, — начала обнимать его и целовать макушку. — Пожалуйста….

— Сынок? — попыталась произнести спокойно Арабелла. Она подошла к нам и тронула Тиграна за плечо.

— Не смей меня трогать! — отбросил он ее руку в сторону, и резко встав на ноги, закричал: У тебя не было меня до сих пор, и ты как-нибудь проживешь без меня оставшиеся дни! Не смей со мной разговаривать и приближаться! Он развернулся и, протянув свою руку мне, спросил:

— Ты со мной?

Я кивнула и последовала за ним. Всем сердцем я не желала такого исхода событий. Все же нужно было постараться, чтобы Тигран не услышал этого. Но с другой стороны, Арабелла рассказала бы правду, дабы предостеречь себя от потери еще одного сына, хотя и Тагир, уже кажется, отвернулся от нее после сказанных ею слов.

— Ты не смеешь переступить порог этого дома, Амалия. Ты все еще супруга Тагира.

На провокацию не поддалась и с ходу произнесла:

— А мы с ним скоро разведемся, и тогда все ваши злобные замыслы будут разрушены.

— Ребят, а я с вами, — поддержал нас Тагир, нагнав нас.

— Ты не можешь оставить меня одну, Тагир! — перешла на визг Арабелла. — Ты не оставишь меня! Она была в ярости. Если Тигран с Тагиром не стоял рядом со мной, я бы просто испугалась и побежала бы прочь от нее и этого дома. Благо я была под защитой братьев и мне ничего не угрожало.

Тагир изучил мать долгим и внимательным взглядом:

— Если ты смогла отказаться от Тиграна, какова гарантия того, что завтра ты не откажешься от меня?

Эта фраза заставила Арабеллу закричать еще громче. Разиль попытался сдержать ее порыв, но Арабелла с визгами приближалась ко мне с неумолимой быстротой:

— Это ты во всем виновата! Ты и твоя семья!

Тигран заслонил меня собой. Арабеллу это все же остановило, но ненадолго.

— Уйди прочь, — зло прошипела она. — Она заплатит за все, что сделала с нами.

— Она ничего не сделала. Виновницей всего этого являешься именно ты, мама, — последнюю фразу Тигран произнес холодно и отстраненно, показывая всем своим естеством, что через него она переступить, не сможет.

— Вы пожалеете о том, что встали на ее сторону. Пожалеете!

И я до сих пор не могла понять, почему виновницей во всех смертных грехах, Арабелла считала именно меня.

Тагир

— Я все еще не понимаю, как мама могла с нами так поступить? — шел я в раздумьях, когда мы сменили маршрут и направились в отель.