Украденный свет - Джулия Холл

Я легко теряюсь в шквале ощущений. Мои губы касаются его в такт моему бешеному сердцебиению.

Стил издает глубокий, гортанный звук. Обвив рукой мою талию, он притягивает меня ближе. В этот миг в моем мире существует только он, его объятия, его вкус у меня на языке, его прикосновения, от которых я таю.

Та моя малая часть, что претендовала на него, когда он лежат без сознания, берет надо мной верх и торжествует.

– Мой.

Слово срывается с губ легким шепотом, но этого достаточно, чтобы разрушить сковавшие его чары. Грудь Стила под моими ладонями напрягается. Хватка на моей талии ослабевает, и его рука соскальзывает с моего лица.

Я медленно открываю глаза – недовольная таким поворотом – и вижу на лице Стила панику. Его глаза распахнуты так широко, что я вижу белки вокруг радужки. Он морщит нос и лоб, будто от неприятного запаха.

Оторвавшись от меня, он на несколько шагов отступает – его обычной грации как не бывало.

Он поворачивает голову и оглядывается вокруг. Как будто только сейчас осознает, где он.

– Ч-что мы тут делаем?

Щеки заливает жаром. Разве не очевидно? Ни за что не буду ему все это объяснять.

Стил запускает руку в волосы, все сильнее нервничая.

– Что произошло?

Он же не серьезно. У меня в животе скручивается змеей болезненный узел беспокойства.

– Ну… Отрекшиеся? – скорее спрашиваю, чем отвечаю я.

Проведя рукой по лицу, он переводит на меня растерянный взгляд.

– Это был не сон, – бормочет он. Страдание на его лице подчеркивает ладонь, которой он все крепче сжимает волосы. – Я думал…

Что он думал?

Я все еще плохо соображаю после потрясающего поцелуя и сумасшедшего боя с Отрекшимися.

Одно из этих происшествий определенно важнее другого, но разум цепляется за первое, хоть и пытается сосредоточиться на втором.

Мы со Стилом стоим в переулке друг напротив друга и пялимся друг другу в глаза.

Он поднимает руку и вытирает рот – от этого простого жеста у меня разрывается сердце. Не думала, что Стил может меня ранить – но я ошиблась.

Собрав себя по частям, я расправляю плечи, чтобы вернуться в реальный мир.

– Мне такого и не надо. Особенно от тебя.

Высоко подняв голову с притворным безразличием, я ухожу прочь. По крайней мере, так это выглядело в моей голове – но не успеваю я сделать и шага, как тело заваливается назад.

Я поворачиваюсь и хватаюсь за стену. Вытягивая шею влево, я наконец замечаю, что меня что-то тянет вниз. Глаза болят от золотой вспышки.

– Какого?..

Моргая, я осматриваю огромные сверкающие крылья у себя за спиной. Ряды блестящих золотых перьев ниспадают сзади, как накидка, кончики касаются земли. Размах каждого крыла примерно два метра.

Глубоко вдохнув и положившись на инстинкт, я разминаю новые конечности, чтобы проверить, насколько они подвижные. Крылья распрямляются слева и справа от меня – подчиняясь моим мысленным командам, они расправляются и складываются, как и любая другая часть тела. Но как и любая конечность, которой пользуются редко, они протестуют. В конце концов обжигающая боль уступает место удовлетворению и облегчению.

Обвивая ими свое тело, я с удивлением осматриваю перья. Их шлейф будто покрыт блестящим золотом, но последние несколько сантиметров – та часть, что касается земли, – выглядят так, будто он и правда сделан из золота.

До конца я эту мысль не отметаю точно. Они достаточно тяжелые, чтобы хоть частично состоять из металла. Я чувствую участки вдоль позвоночника, к которым они крепятся. Странно, как я раньше не замечала их веса.

– У меня выросли крылья?

– И это, кажется, еще не все.

Голос Стила бьет как пощечина. Я на мгновение забыла, что он здесь. Вслед за его словами приходит и жалящая боль – он отверг меня. Я бросаю свирепый взгляд в его сторону и осматриваю себя. Нанесенные Отрекшимися раны полностью зажили. И тут…

…Так. Много. Золота.

Мое тело пропитано им. Вместо свитера и пальто на мне золотой нагрудник. Он обхватывает торс и стягивается сзади, как корсет. Я стучу по нему, и он лязгает, как металлические ножны.

На левом запястье надет золотой браслет. Когда я сжимаю руку в кулак, из браслета появляются шипы. Манжета, тоже золотая, обхватывает правый бицепс. К ней наконечниками вниз прикреплены четыре позолоченных арбалетных стрелы.

Ноги обтягивают золотистые кожаные штаны. Эластичные, легкие и мягкие, как масло.

Еще вокруг бедер закреплены прокручивающиеся манжеты. К левой ноге прикреплен маленький арбалет, а к правой – тридцатисантиметровый клинок.