На чужих условиях - Крис Карвер

Проговорив это, Алви потупила взгляд. Килана не хватало просто безбожно. После его отъезда в Рим Алви приезжала в Лабридж всего пару раз. Времени было все меньше, и если оно появлялось, то она старалась занять его книгами, прогулками с Тайлером, Мэйси и Джейденом, разговорами с родителями по телефону.

— Тебе не стоит грустить, у тебя будет много дел на каникулах. Чем займешься в первую очередь?

Алви села, скрестив ноги. Она немного отвыкла от своей кровати, так что пришлось поерзать и наклонить экран ноутбука, чтобы Килану было видно ее лицо.

— Мы с Сиенной и Джейденом поедем в маленький тур на велосипедах. Воссоединение «Клуба людей». По крайней мере, если Уилл не будет задницей и отпустит ее с нами. Но это всего на день. В остальное время буду помогать родителям с ремонтом на кухне, да и твоим явно не помешают лишние руки.

— У мамы на тебя планы на ближайшие несколько недель, готовься.

Килан улыбнулся в камеру, и Алви стало нечем дышать. Вот так было всегда. Даже на расстоянии в десять тысяч километров он заставлял ее чувствовать себя девчонкой, которая отдала душу другому человеку. Навсегда.

— Ладно, — прошептала она, улыбнувшись.

Килан подмигнул ей и повторил:

— Ладно, — они, должно быть, собирались смотреть друг на друга и молчать следующий час, но Том прервал их, заглядывая в комнату.

— Алвилда, обед будет готов через двадцать минут, — сказал отец, появившись за ее спиной. Честное слово, только папа мог безнаказанно называть ее полным именем. — Килан, привет.

Рейн поздоровался в ответ. Несколько минут Алви чувствовала себя лишней, потому что они обсуждали какие-то там свои дела. Он успела выложить часть вещей на стол, открыть настежь окно и сбегать вниз за стаканом воды.

Когда отец попрощался с Киланом, Алви снова припала к экрану.

— На чем мы остановились?

Ей нравилось говорить вот так, просто тратя на это часы своей жизни. За все время они с Киланом говорили так мало, что сейчас она сполна восполняла пробелы. И Рейн не жаловался.

Он посмотрел на нее с нежностью.

— Алви. Открой, пожалуйста, ящик своего стола.

Он сказал это таким тоном, что она снова почувствовала себя ребенком. И любопытство не заставило себя ждать. Вскочив с кровати, она подлетела к столу, выдвинула ящик и схватила чистый белый конверт, скромно лежащий на стопке ее старых тетрадей. Затем вернулась на место.

— Что это? Ты написал мне письмо?

Килан помотал головой.

— Это подарок.

— Подарок? До моего Дня рождения еще далеко.

— Тогда пусть это будет подарок в честь окончания первого года в колледже. Открой.

Алви замешкалась.

Она… Не верила, что они дожили до момента, когда Килан дарит ей подарки. Просто так. Даже будучи на расстоянии, он дарит их и желает видеть ее реакцию.

У нее пересохло в горле.

Открыв дрожащими руками конверт, она уставился на его содержимое, и почувствовала, как краска заливает щеки.

— Это… — проговорила она, не веря своим глазам. — Постой, это билеты на Комик-Кон?

Она была уверена, что лицо ее раскраснелось и пошло пятнами, но улыбка Килана, глядящего на нее с экрана, сметала напрочь всю неловкость.

— Да.

— Господи, Килан!

— Я был ужасен в выборе подарков в прошлые годы, прости меня, Алви, — проговорила она, когда девушка села и попыталась восстановить дыхание. — Мне стоило вытащить голову из задницы и быть тем, кого ты заслуживаешь, но я не понял этого вовремя. Я попытаюсь все исправить, знаешь. Попытаюсь.

Его слова были теплыми и слишком интимными, они словно были сотканы из тоненьких золотых нитей, который страшно было трогать, чтобы не порвать. Алви осторожно выдохнула.

— Это… Это просто невероятно, — она подняла конверт к своему лицу. — Это моя мечта, знаешь?

— Я так волновался, что ты переросла это.

— Как можно перерасти сериалы и комиксы?! С ума сошел! Ладно, когда ты приезжаешь? Я позвоню организаторам и уточню все детали, потом забронирую нам отель, куплю атрибутику для автографов, ну, знаешь, книги, футболки. Ты хочешь футболку с Человеком-Пауком или с Железным человеком? Господи, я увижу Тома Холланда!

— Алви…

— И нам обязательно нужно будет выделить день, чтобы рассмотреть Сан-Диего как следует.

— Алви, это билеты для тебя и Тайлера.

Она застыла. Радость угасла в одном мгновение. Так было всегда. Килан дарил ей надежду и тут же отбирал ее. Он делал ее счастливой, но это счастье постоянно чем-то омрачалось.

— Ты не приедешь? — тихо спросила она.

— Я не могу. Слишком большая нагрузка, ты должна понять.

Алви кивнула.

— Все нормально, Килан, — сердце защемило от тоски. — Я просто, знаешь… Так соскучилась, что больше не могу.

Она закрыла лицо ладонями. Меньше всего на свете она хотела показывать Килану свою слабость и то, что она без него умирает. Они вроде бы все решили, расставили точки, определили степень их привязанности друг к другу и поняли, что жизнь — далеко не так сказочна и проста. И одних чувств мало. Но все равно каждый раз она надеялась, что все изменится, словно по волшебству.

Она просто дура. У нее есть парень, ей пора прекращать страдать.

— Посмотри на меня, — попросил Килан. Алви подняла на него взгляд.

— Я знаю, — сказала она и постаралась улыбнуться. — Я слишком многого хочу.

— Нет. Ты заслуживаешь гораздо больше, это я никак не могу научиться быть достойным тебя.

Они ходили по кругу. Килан извинялся, хотя, по сути, ему было не за что просить прощения, а Алви чувствовала себя избитой до полусмерти. Ей нужно было выбираться из этих чувств и чем быстрее, тем лучше, но как-то не выходило.

— И когда я увижу тебя? — спросила она, чувствуя себя самой большой эгоисткой на свете.

— Я постараюсь выбраться на недельку в конце лета, хорошо?

— Хорошо, — Алви шмыгнула носом. — Я буду тебя ждать.

* * *

— Как зовут твою невесту?

Килан закрыл ноутбук и встал, повернувшись к окну. Квартира, которую для него нашел друг отца, была просто огромной, и первые месяцы он отчаянно пытался не чувствовать себя в ней, как рыба, плавающая в одиночестве в целом океане. А потом дал объявление о поиске сожителя.

— Алви, — ответил он и потянулся за сигаретой.

Скверное ощущение того, что он оставил на другом континенте свое сердце, и оно там медленно перестает биться, не исчезало. Его душила тоска по дому, по Алви, но осознание того, что им обоим нужно сделать передышку, было сильнее.