Последняя Арена 3 - Сергей Греков

Вскоре заметил, как по воздуху, не встречая никакого сопротивления, несется фигура, объятая огнем, электричеством и морозом. Узнал в ней Марта, который свободно прошел сквозь портал. Он пересек черту и отправился дальше, устремляясь в небесную высь. Когда сознание человека взяло верх, было уже поздно. Строенный электрический разряд превратил тело в горсть праха.

Увидел в десяти метрах ещё одного игрока. Котов, действуя, как и я, обходил ветренные препятствия, а после воспользовался прорубленной мной тропой. Буря тут же стихла.

— Молодец.

— Фрол? — Василий удивленно вскинул брови. — Ты как тут оказался раньше меня?

— Случайно, — я оглядывался, разыскивая признаки опасностей, но пока что всё было тихо.

— Стихиалием воспользовался? — предположил Котов, задумчива почесывая затылок.

— Нет. А Март — да.

— Его, значит, мы больше не увидим, — констатировал Василий. — Сурена тоже. Я видел, как он пролетел мимо меня и упал на камни. Его тело будто лазером перерезало.

— А Март под молнию попал.

— Понятно. Задание простое было, оттого и награда такая слабая.

— Очко характеристик лишним не бывает, — сказал я.

— Это да. Мне интересно, сколько бы человек тут выжило, если бы это задание было самым первым. Ну и, если бы нам не выдали это, — он покрутил боевой косой.

— Никто, скорее всего, — я мимолетно представил, как нас моментально поджаривают электрические разряды. А тех, кто умудрился бы выжить, прошивает шрапнель. Хотя доспехи, наверно, спасали бы на первых порах, вот только какой от этого толк, если бы мы не знали, в какую сторону бежать?

— Тоже так думаю. Так что за способность ты получил на прошлом этапе?

— Нужную для меня.

— Она связана как-нибудь с этим расколом? — Василий подобрал острый камень и прислонил его к мизинцу. Из рассеченного пальца сразу же хлынула кровь.

— Нет, — что-то меня начала напрягать излишняя разговорчивость молодого военного. И куда подевался весь его пофигизм?

— Жаль. Могли бы действовать вместе.

— А сейчас что мешает? — я поспешил с выводом. Похоже, что парень что-то знает. Пусть и дальше рассказывает.

— Да ничего, — Котов внимательно наблюдал, как зарастает его кожа, подстегнутая зельем регенерации. — Просто у тебя мало шансов пережить следующий этап, а рисковать ради тебя я не буду. И давай только без всяких там глупых обид?

— Аналогично, — я хмыкнул. — У тебя какая школа?

— Ченнелинг.

— Это ещё что за хрень? — что-то подобное я видел, когда рассматривал магические древа, но за что отвечает это направление, не запомнил.

— Я же рассказывал, когда мы в квадратах стояли. Перед гротом, — пояснил Котов.

— Спал, — односложно пояснил я, разводя руками.

— А, ну да. Считай, что периодически интуитивно получаю информацию, которая имеет хотя бы какую-то значимую ценность. Точнее там не совсем интуитивно… Это сложно объяснить… — он задумался, пытаясь подобрать слова. — Вот как ты чувствуешь, где находится ближайшие моб?

— Без понятия. Я это просто знаю, — посмотрел наверх. В затянутом небе пронесся огненный росчерк гигантской птицы. Тонкости и механизмы магии меня не интересовали. Для меня главным было, чтобы всё работало.

— Вот у меня также. Только тебе информация сразу в мозг вбивается, а мне система помогает видеть закономерности, которые я и сам понять не могу. Вот, например, я знаю, что если подкину этот камень в воздух, то и минуты не переживу. Почему так — без понятия. И проверять точно не буду. Или знаю, что твой класс не морозный элементалист, а что-то другое.

— А чего тогда тебя Столыпин при себе не держит? — спросил я, раздумывая, что мне делать с этим парнем. Убивать его сейчас бессмысленно. Но и оставлять в живых опасно. Его артефакт фиксации находится сейчас на территории Авалона. Мой же — у разрушенной охотничьей вышки. Добраться до лагеря, если мы одновременно покинем раскол я не успею. Плохо дело.

— Так я ему не подчиняюсь. У меня другой командир. И нашу школу другие игроки не могут использовать в своих интересах. Поэтому меня посылают на задания, где высок риск провала. А школа в плане прокачки ущербная. У нас даже ячеек для камней силы толком-то и нет. И заклинания на аукционе не продаются. И про твой класс не беспокойся. Никому не расскажу, — Котов поймал мой взгляд. — Я знаю, что, если сделаю это, ты обнулишь меня. Веришь-нет, но мне нравится жить.

— Всем нравится.

— А с тобой всё непонятно, — продолжил Василий, не обращая внимания на мою реплику. — Когда мы общаемся, мои умения начинают сбоить. Я был уверен, что ты не переживешь первую волну. А потом и вторую, и третью. И из грота ты не должен был выбраться. И атаку орды тоже должен был провалить. Но вот мы остались одни из двухсот тридцати двух человек. И это странно.

— Мне повезло, — беззаботно сказал я. Видимо, это хаос изменяет способности этого парня.

— Пусть будет так. Идём, — Котов, не дожидаясь меня, начал спускаться с холма.

— Куда?

— К горам. Скоро там откроется портал.

— Вон щит от Марта лежит. Возьми. Второй пригодится, — порекомендовал я, снова изображая из себя прикрытую с двух сторон черепаху.

— Мне — нет. И ты можешь второй выкинуть.

Совету я не последовал. Мы пробирались через белую долину. Ветер и молнии стихли, но ямы с магмой никуда не делись. Пришлось перепрыгивать, а иногда и попросту обходить глубокие расселины. Дважды нам попадались широкие пропасти, через которые мы смогли перемахнуть с помощью характеристик. Парень, когда я спросил, что именно он взял, наотрез отказался называть параметры. Давить не стал — у всех свои секреты.

Через полчаса мы приблизились к огромным обрывистым скалам, вершины которых терялись во мраке густых туч.

Развернул интерфейс и собрался вложить свободный балл в арканум. Потом вспомнил, что проблема побега из лагеря решена, так что можно развивать перцепцию, мощь и целостность, а после этого поднимать и хаотического гриндера. Пока что придержал свободное очко параметров, так как усиление некоторых характеристик занимает продолжительное время, а новое задание может появиться в любую секунду.

Каменная стена засветилась. Её сияние было столь ярким, что мне пришлось зажмуриваться, чтобы не ослепнуть. В следующий миг ощутил, как нечто склизкое обволакивает моё тело и утягивает в неизвестность.

Глава 15

Мир прояснялся. Постепенно появлялись звуки и запахи. Дышать было тяжело. Воздух то обжигал, то промораживал лёгкие. Слабый ветерок, сотканный из потоков пламени и льда, заставлял тело покрываться гусиной кожей. Я ощущал, как волоски скукоживаются, а следом ломаются из-за перепада температур.

Открыл