Проект «Оборотень» - Андрей Земляной

А вот старичок, так занятно перебиравший лапками в своем поношенном чемоданчике – просто самый настоящий колдун, или маг, или волшебник. Тут уж кому как нравится. Самое интересное, что у него отсутствовали все опознавательные знаки клана. Ни пульсирующего красного столба Ахурмазды, ни бледно-зеленой звезды клана Риго – вообще ничего.

И весьма вероятно, именно ему и предстояло быть скорой жертвой «несчастного случая». Например инфаркта. Защититься от той акулы, которая села сейчас ему на хвост, у него не было никаких шансов. Старик, скорее всего, Лекарь или Визионер. Конечно, пара-тройка фокусов защитного плана у него найдется. Но сегодня все они мимо кассы. Слишком все серьезно. Такой кадр мог даже мне доставить проблемы. При неосторожном обращении, разумеется.

Лихорадочно размышляя, что и, главное, как делать, я аккуратно прокачивал все вероятностные линии в поисках подходящего варианта. И тут, словно яхта по фьорду, короткими галсами вдоль прохода заскользила хорошенькая стюардесса. Недаром говорят, что лучшие трюки – старые трюки. Когда она, оглядывая пассажиров, наткнулась взглядом на киллера, все ее тело пронзила такая острая волна вожделения, что у нее даже дыхание сбилось.

Весь последующий спектакль я вел, словно кукловод, дергая в нужный момент за веревочки.

Наклонившись над убийцей так, что ему, наверное, сквозь вырез в блузке стали видны ее трусики, она о чем-то его спросила и, получив ответ, удалилась дальше по проходу, так призывно качая бедрами, что увлекла бы за собой и восьмидесятилетнего скопца. Естественно, внимание убийцы, пусть на краткий миг, но ослабло, переключившись на такой привлекательный объект.

Я привстал, поправляя багаж в отсеке у себя над головой, и моя верная авторучка расписалась на его шее тонкой пластиковой иглой с высокотоксичным композитом. Можно гордиться. Восемь метров, неудачный угол, вибрация, качка, плохое освещение… И глаза человека, в последний момент понявшего, что его уже убили.

Голова киллера расслабленно откинулась. Весь он как-то осел. Даже не глядя в его сторону, я мог с абсолютной точностью выписать свидетельство о смерти. Инсульт. С кем не бывает. Особенно при такой вредной профессии. Строго говоря, он еще не умер. Просто в глубокой коме. Смерть придет к нему позже. Примерно через три часа.

Я дождался, пока самолет наберет высоту, и вдавил кнопочку вызова стюардессы у себя над головой.

Через полминуты ко мне подошла та самая, над которой я так нехорошо пошутил, вызвав у нее приступ сексуальной агрессии.

Несколько удивленно и раздосадованно она поглядывала на безмятежно спящего, по ее мнению, человека.

На карточке, приколотой к белоснежной форменной блузке, на западный манер значилось только имя. Вера. Максимально тихо, но четко и внятно, я спросил:

– Вера, я бы хотел узнать, на борту есть салон первого класса?

– Да, но он сейчас занят…

– Верочка, – я перешел на доверительно-хамский тон и вложил в ее пухлую ладошку заранее подготовленный пакетик. – Здесь доллары. Если их не хватит, чтобы решить нашу маленькую проблему, то вы скажите мне. Хорошо?

Я усмехнулся про себя, глядя боковым зрением, как она осторожно проминает конверт, пытаясь понять, сколько там денег.

Честно говоря, наличных с собой у меня было немного. Я ведь не в Монте-Карло летел. Но возможность поговорить с незарегистрированным и не принадлежащим ни одному клану магом была способна перевесить любые финансовые соображения.

Озадаченная стюардесса уплыла пересчитывать зелень, и через три минуты у моего кресла с выражением лица любимой наложницы султана стояла старшая их смены. Высокая, скуластая смуглокожая красавица с явной примесью туркменской крови.

Я изобразил на лице вопросительный знак, а она в ответ, также на лице, изобразила восклицательный, проскочив при этом целую гамму эмоций – от восхищения моей крутизной до желания отдаться прямо тут, на неудобном кресле, под восторженные рукоплескания зрителей. Нет, все-таки это, наверное, любовь с первого взгляда. Ну и в самом деле, не может же она отдаться первому встречному за каких-то жалких полтысячи зеленых?