Ледяное небо - Евгений Артёмович Алексеев

— А тебя как зовут, парень?

Я вздрогнул, обнаружив рядом пожилого мужчину, седого, морщины прорезали лицо и шею. Он опирался на палочку, но всё равно чувствовалась в нем сильная энергетика, которую не смогло разрушить время.

— Алан. Алан Тарханов.

— Хочешь лётчиком стать?

— Хочу, но вряд ли смогу.

— Это ещё почему? Отставить пессимизм!

— Батя хочет, чтобы я инженером стал.

— Ну, это дело хорошее. Но одно другому не мешает. Пойдёшь в лётное училище. А потом инженерную академию окончишь.

Я вздохнул — мечты, мечты.

— В общем так. Вот мой адрес, держи, — он вытащил блокнот, ручку и черкнул несколько слов. — Как решишь поступать в лётное училище, напиши мне. Я тебе рекомендательное письмо дам…

Голос вдруг завибрировал, стал то замедляться, то ускоряться. Картинка побледнела, расползлась лохмотьями — обнаружил, что сижу устола в итальянском ресторанчике. Рядом хрупкая Николетта, напряжённо вглядывается в меня, и нежная складочка залегла на переносице.

— Как вы себя чувствуете?

Боль в плече ушла, оставив лишь приятные покалывания. Подвигал рукой, поднял, опустил, замахнулся.

— Потрясающе, — я легко вскочил на ноги, застегнул рубашку. — Сколько я провалялся без сознания?

— Минуту, не больше, — ответила Николетта.

Ничего себе! За одну минуту я увидел такой яркий, реалистичный сон из моего детства.

— Спасибо, — подошёл итальянец и представился: — Адамо Анжелини. А это моя жена Николетта.

— Алан Тар… Макнайт, — я ощутил, какие у него крепкие пальцы, хотя на первый взгляд и не скажешь.

В зале бродили парни в синей форме, разбирали завалы из раздолбанных столов и стульев. Заметил колоритного персонажа — рослого бугая в чёрных брюках и чёрной футболке, обнажавшей толстые, как канаты бицепсы. Как пушинку он подхватывал тела, относил куда-то за лестницу. Очередной труп оказался на плече — безвольно свешенная голова мотнулась, слетела маска и словно холодная змейка проскользнула вдоль моего позвоночника — мёртвый Питер Броуди. Он вернулся и решил стать бандитом?

— Ну что, Алан, выпьем? — спросил Адамо.

— Да нет, пойду я. В следующий раз.

Люк вскочил мне на плечо, юркнул внутрь куртки. Только мордочка с умными глазками-бусинками осталась видна.

— Извини за хорька. Его пугать нельзя, — мерзкий запашок ещё витал в воздухе, и я чувствовал себя неловко.

— Да ладно, — Анжелини расплылся в дружелюбной ухмылке. — Я думаю, такого же завести. Отличное оружие.

— Ну, бывай!

Я вышел из заведения совсем в другом расположении духа, чем раньше. Заработал очередные баллы, убил Броуди и даже умудрился не погибнуть, хотя рану получил смертельную. Может быть, этот наркотик «Арктик Кисс» так подействовал? Надо бы познакомиться с его свойствами.

Глава 11. Самая обычная миссия

— Где вы были, майор? — по лицу Дресслера гуляли хмурые тучи, брови сошлись в глубокую складку, я приготовился к очередной выволочке.

— Отдыхал после учений, господин полковник.

— Ясно, — кажется, он даже не расслышал, что я ответил, погруженный в собственные невесёлые мысли. — Случилось ЧП. В паре сотен миль у геодезического купола отказал генератор. Надо отвезти туда новый.

И что? Ну, отказал генератор, почему интересно этим должен заниматься именно я?

— Генератор? Но его только на транспортнике можно доставить.

— Верно. Сейчас как раз готовится С-46.

Система радостно отозвалась:

«Вы открыли новый летательный аппарат: Curtiss C-46 Commando

Тип: военно-транспортный самолёт.

Максимальная скорость: 325 узлов

Крейсерская скорость: 150 узлов

Максимальная дальность: 2739 миль

Практический потолок: 24500 футов

Экипаж: два пилота, штурман, бортинженер

Примечание: С-46 используется в качестве надёжного транспортного самолёта в Арктике и труднодоступной местности»

Ну вот, теперь придётся осваивать пилотирование ещё одного транспортника. Или генералу надоело ждать, и он решил лететь на другом самолёте? Более простом? Интересно, сколько баллов надо потратить на получения навыков пилотирования. Я пошуровал в системе и обнаружил, что для этого будет нужно потратить всего сто баллов. Не то, что на «Геркулес».

Я отнёс Люка домой, а затем через воздушный шлюз вышел на аэродром, решив пройтись до ангара пешком, посмотреть на самолёт.

Колючая ледяная пыль хлестнула в лицо, перекрыв на мгновенье дыхание. Морозец дай бог. Градусов сорок — не меньше. Я давно без термометра научился определять температуру. Я натянул поглубже шапку на уши, запахнулся. Ноги вязли в глубоких сугробах, за висящей снежной кисеей едва проступали приземистые силуэты ангаров, складов и диспетчерская вышка. Ввинчиваясь в плотный ледяной поток, я с трудом преодолел пару сотен шагов до ангара, где на карте был отмечен С-46.

Внутри оказалось значительно теплее и уютней. Задрав нос, гордо высилась громада транспортника с двумя пропеллерами на крыльях. Рядом суетились техники в синих комбинезонах. Елозил туда-сюда выкрашенный краской цыплячьего цвета автопогрузчик, на его платформе — здоровенная махина, укрытая брезентом.

Я обошёл самолёт, придирчиво осмотрел — на первый взгляд он выглядел так, словно только что сошёл со стапелей. Металл пропеллеров блестит, краска на фюзеляже лежит идеально, корды шасси новенькие. Я забрался внутрь через вход в салон и дошёл до кабины. И неприятно поразился — в левом кресле уже восседал какой-то чувак.

— А тебе чего? — он повернул ко мне заросшую рыжей щетиной физиономию с таким кислым выражением, словно увидел бомжа.

Я ощутил себя уязвлённым — не думал, что меня ещё кто-то здесь не знает.

— Майор Алан Макнайт, — я представился, собираясь сесть в правое кресло второго пилота — рассмотреть приборы, оценить ход штурвала.

—