Ледяное небо - Евгений Артёмович Алексеев

под злыми ударами штормового ветра, я начал медленно обходить купол и обнаружил проход. Пробрался внутрь — тут было теплее, чем снаружи, безветренно и тихо. Лишь хруст снега под ногами, да завывания ветра в разбитых рамах. Под снежным покрывалом спали деревья, кустарники, на которых беззащитно проглядывали сморщенные потерявшие всякий вид плоды.

— Макнайт, Макнайт, — ожила рация, свисавшая на кожаном ремешке у меня на груди. — Где ты там застрял? Где автопогрузчик? Когда будем выгружать этот гребанный генератор?

Голос Джеба звучал раздражённо — конечно, он хотел убраться восвояси, как можно скорей. Но я понимал, если скажу, что купол разрушен, они просто бросят меня здесь и улетят.

— Бумаги оформляю, — быстро соврал я. — Сейчас снегоуборочную машину заправят и пригонят вместе с автопогрузчиком. Ждите.

— Какие бумаги? — удивился Джеб. — Там же все на электронике…

— У них пока техника не работает без генератора.

— Ладно, — пробурчал Джеб. — Давай быстрей, а то двигатели заморозим, ни хрена взлететь не сможем.

Это верно — полчаса на таком морозе и двигатели придётся прогревать, чтобы масло стало вновь жидким, иначе — холодный старт и поршни разлетятся на куски.

Странный звук, то ли стон, то ли плач, то ли стук. Подобрался ближе — звук шёл откуда-то снизу из-под слежавшихся пластов снега. Может быть, от этой жуткой смертельной тишины у меня начало звенеть в ушах?

Побродив вокруг в поисках лопаты, я наткнулся на вход в помещение. С трудом отодвинул дверь, покрытую толстой коркой льда, обнаружил сваленные кучей сломанные лопаты, ржавые кирки и ломики. А в следующей комнатушке на стеллаже увидел выкрашенный защитной краской ранец с баллонами и двумя трубами, одна над другой.

Огнемёт? То, что нужно, если он работает, конечно. Нацепив ранец, я вышел наружу и открыл заслонку — труба выплюнула залп огня. Вернувшись к тому месту, откуда шли звуки, я быстро растопил лёд и снег, а под ними обнаружил квадратный люк. Когда приподнял крышку и заглянул в зияющую темноту, в лицо пахнуло промозглой сыростью:

— Есть кто живой?

И откуда-то издалека услышал нарастающий шум. Скрип лестницы, из дыры показалась драная шапка-ушанка, потом появилось бледное лицо — вылез мужчина в длинной темно-синей парке и толстых брюках со здоровенной дырой на колене. Глаза затуманенные, отсутствующий взгляд. Я даже на миг испугался, что он под кайфом.

— Там другие есть?

— Да, да, — он устало помахал головой, тяжело вздохнул.

Из люка начали появляться люди: женщины, мужчины. Все такие же бледные и слабые, как и первый. Столпились вокруг меня, кутаясь, кто во что горазд — в одеяло, плед. Кто одет в добротную тёплую куртку, или шубу, а кто-то лишь в брюках и рубашке. Эти стали мёрзнуть первыми. Застучали зубами, начали подпрыгивать на месте. Всего пятнадцать человек. Прикинул в уме, сколько они будут весить и поместятся ли в салоне.

— Что там у вас произошло? — поинтересовался я. — Метеоритный дождь или что?

— На нас Красные волки напали, — просипел долговязый парень в джинсах и щегольской кожаной куртке с белым меховым воротником, зашёлся в сильном кашле, прикрыв рот кулаком. — А вы как здесь оказались?

— Мы в гарнизоне получили ваш вызов на новый генератор, вот и прилетели с ним.

— Генератор? — удивилась полная немолодая женщина с круглым добродушным лицом, закутанная в драный шерстяной плед. — Зачем нам генератор? Разве вы не видите? Нам совсем другое нужно было, — она махнула безнадёжно рукой, маленькие круглые глаза стали ещё печальней, всхлипнула и сильнее укуталась в дряхлый плед, сквозь дыры просвечивал халат в ярко-красных маках.

Кажется, несчастье захватило их врасплох — спрятались в том, в чем были.

— Ладно, значит так. Автопогрузчик есть у вас?

— А на что вам автопогрузчик? — прохрипел немолодой мужчина.

На его замызганной в застарелых потёках масла парке я заметил полустёртый ярлычок: «Техобслуживание».

— Мы привезли на транспортнике генератор, он много места занимает в салоне. Его надо выгрузить. Ну, а затем все улетим. Понятно?

Мужик поскрёб морщинистую дряблую шею, сдвинул шапку-ушанку на затылок.

— Погрузчик есть, конечно. Но вот заведётся ли?

У меня зашипела рация, и я услышал жутко злой, явно взбешённый голос Джеба:

— Макнайт, сволочь, куда ты провалился? У нас двигатели замерзают!

Когда матерные излияния закончились, как можно подобострастней я ответил:

— Сейчас уже едем, командир. Тут небольшая проблемка возникла.

— Ладно, — Джебу явно понравился мой тон. — Ждём тебя.

— Ну, это… — обратился ко мне мужик из техобслуживания. — Пошли, покажу погрузчик.

У купола примостился длинный узкий ангар, или скорее сарай, засыпанный снегом. Вместе с мужиком мы отодвинули ворота, пролезли в щель. Внутри я обнаружил автопогрузчик, выкрашенный в ядовито-зелёный цвет, несколько снегоходов, аэробот, снегоуборочные машины: большой трактор с ковшом и несколько ручных. В углу были свалены сломанные санки, доски. По стенам — длинные стеллажи с канистрами и разным барахлом: узлы, завёрнутые в промасленную бумагу, металлически и картонные коробки с жёлтыми наклейками.

— А тебя как, парень зовут? — поинтересовался мужик.

— Алан Макнайт.

— А я — Васил Николов. Я тут старшим техником работал, пока не получилось вот это.

— А что у вас никакого оружия против бандитов не было?

— Оружие было, но они ночью напали. Неожиданно. Мы, как могли, отбивались, а потом когда купол не выдержал, стал обваливаться, мы спрятались.

Не нравился мне рассказ Васила, что-то он не договаривал. И зачем это Красным волкам нападать на обычную оранжерею?

— А если не секрет, чего вы тут выращиваете, а?

Я рассматривал канистры, раздумывая, стоило ли прихватить с собой. Из-за того, что правый двигатель жрал больше топлива, нам могло не хватить на обратный путь.

— Ну, разное там… — Васил замялся, отвёл глаза.

— «Арктик Кисс»? — понял я. — Да?

Васил только усмехнулся, кивнул. Залез в кабину автопогрузчика, попытался завести. Мотор громко скрипнул, чихнул, но через минуту к моей радости затарахтел.

— Ну вот, отлично. Знаешь, надо бы машину взять. Вот эту, думаю. Загрузим туда людей. А ты