Последняя битва #1 - Данияр Саматович Сугралинов

Сидя на шее Ночи, я обернулся. Мои бойцы, еще недавно полные боевого задора, теперь с ужасом смотрели на поле битвы: лицо Агаты побледнело, в глазах Кродиса, Рубина, Жега, Дара и Ницала читалось неверие, а Славикус нервно заливался трофейным пойлом.

В дороге, общаясь с Тарзаком, я узнал, что демоны не нужны Люцию. Их вырезали, используя хао убитых для усиления Пустотного легиона. Тех же, кто соглашался преклонить колено, ждала участь еще хуже — рабство или так называемое искажение. Никто толком не знал, в чем именно оно заключалось, но одно было ясно: искаженные не просто становились демониаками, менялась сама их личность. Миллионы обычных демонов бежали из городов в надежде, что легионы трех доминионов, объединившись, разобьют Люция.

Сегодня их надежда умерла.

Хуже всего то, что даже я с моими силами помочь им не мог. Какой-то Вер’Корвант, центурион захудалой когорты демониаков, выбил меня из Ясности. Здесь, под присмотром самого Астарота, у врага наверняка найдутся методы остановить меня, а уж если появится сам Люций…

Да, сейчас я очень силен, но Барон Самеди, не самый сильный Новый бог, оказался выше миллионного уровня. С новым Демоническим пактом Люций, избавившись от потолка развития в одну черную звезду, мог достигнуть еще более высокого уровня.

И все же…

Есть ли у меня выбор? Драться придется, и все, что в моих силах, — попытаться сохранить хотя бы своих демонов и забрать их с собой на Игры. Лишними они точно не станут, учитывая, как мало осталось в живых легионеров.

Я глубоко вдохнул, собираясь с мыслями, и хрипло произнес:

— Когорта, слушай мою команду! Всем оставаться на месте! Не высовываться ни при каких обстоятельствах! Не двигаться без моего приказа! Если враг начнет приближаться к вам, немедленно отступать!

Когорта угрюмо промолчала, и я повысил голос:

— Не слышу ответа!

— Есть не двигаться без приказа… — хмуро ответил за всех Горвал.

Посмотрев на княжеских детей, я сказал:

— Командовать вами я не могу, поэтому решайте сами.

Сильва хмыкнула, Деспот переглянулся с Тарзаком и ухмыльнулся:

— Решим.

— Ну… тогда больше огня под ногами ваших врагов, — сказал я и, пожав плечами, соскочил со спины Ночи. Земля, пропитанная кровью, чавкнула под ногами.

— Куда ты, собрат Ааз? — окликнул Деспот.

— Попробую совершить чудо, — ответил я и, взлетев, активировал Ясность.

Мир вокруг замедлился, но не успел я пролететь и пары сотен метров, как, обернувшись, увидел, что вся когорта, вопреки приказу, уже спрыгнула с инрауга и бежит следом. Идиоты! Теперь мне придется защищать не только князей, но и свою неугомонную когорту!

На секунду отключив убыстрение, я проревел:

— Назад, сволочи! Бошки поотрубаю за нарушение приказа!

— За центуриона! — раздался в ответ рык Рубина, и когорта хором повторила: — За центуриона!

— Не ссы, центурион! — совсем забыв о субординации, заорал Славикус.

— Грог-хр! — прогремел Деспот, вырываясь вперед. Тарзак и Сильва молча следовали за ним, на ходу усиливая себя и когорту бафами.

— Р-р-ра-а-а! — заревела Ночь и одним прыжком догнала меня.

«Древняя мать инраугов поможет юному Аазу!» — раздалось в моей голове, и прозвучало это так, что не допускало никаких возражений.

Проклиная их безрассудство и понимая, что выбора у меня нет, не связывать же их, я заорал:

— Держаться за мной, черти драные! Ночь, не следуй за мной, просто защити моих демонов!

«Ночь подчиняется желанию Ааза», — нехотя ответила она.

Черт Кродис, приняв мое обращение на свой счет, начал что-то оскорбленно отвечать, но я не разобрал его слов — снова ушел в Ясность.

Тем временем ближние демониаки-мародеры недоуменно повернулись в нашу сторону, потому что мои идиоты своими воплями их всполошили, а так и до внимания Астарота недалеко!

Стремительным ураганом я ворвался в ряды демониаков, рассекая врагов направо и налево. Мой гнев взлетел на новую высоту, когда я осознал, что они тут делали — эти твари пожирали трупы демонов!

Кровь лилась фонтанами во все стороны, забрызгивая меня с головы до ног, и ее едкий запах смешивался с кислым привкусом во рту. Воздух был настолько густым от смрада смерти, что, казалось, его можно резать ножом.

Я метался от группы к группе, не оставляя живых и прорубая широкую просеку, через которую намеревался вытащить выживших. Паникующие демониаки не понимали, что их убивает, и били наудачу по воздуху, а я умышленно подставлялся под их оружие, чтобы активировать Путь времени и ускориться еще больше, но даже без него, когда в реальности проходила лишь секунда, для меня — целых двадцать!

За это время я успевал уничтожить до полусотни демониаков, и никакого лимита на двойное убыстрение не осталось: Касание Хаоса жонглировало моими ресурсами так, чтобы духа всегда хватало, и когда-то слишком дорогая в использовании Стремительность урагана могла теперь всегда применяться вместе с Ясностью.

Временами я поглядывал наверх, но пока мне везло: все внимание Астарот сосредоточил на великих князьях. Судя по всему, он не просто наблюдал, а пытался подавить их.

Когда я добрался до места, где выжившие отбивались от демониаков, моя когорта с отпрысками князей только достигла трупов первых убитых мною мародеров. Ночь рвалась ко мне, я чувствовал это, но оставалась рядом с когортой.

К этому моменту наконец включился Путь времени, и тогда мир почти совсем остановился. Мои враги, которые и так еле двигались, еще больше замедлились, и я начал вырезать непосредственно тех, кто бился с остатками легионов.

В памяти всплыла картинка с Демонических игр, когда Деспот, вырвавшись наружу, адским комбайном прошелся по моим врагам. Сейчас в такой комбайн превратился я сам: сделав полный оборот вокруг последних демонов, выкосил несколько сотен или тысяч врагов, но был так быстр, что они пока еще даже не осознали, что вот-вот развалятся на части.

Пользуясь возможностью, я остановился и оценил состояние союзников. Диабло, Белиал и Азмодан были изранены, потеряли много не только крови, но и резервов хао, из-за чего их могучие тела в боевой форме стали намного меньше.

Решив выйти из Ясности, чтобы быстро объяснить князьям, что происходит, и помочь отступить, я сделал к ним шаг, но передумал. Стоит появиться, и Астарот обратит на меня внимание. Что он предпримет, оставалось гадать, но ничем хорошим это для меня не обернется: либо подавит каким-нибудь божественным умением или артефактом, либо, что намного хуже, доложит о странном демоне своему Владыке.

Сделав еще один круг, чтобы выкосить