Князь Сигасы - Николай Степанов

– Как уходить будем?

– Постараемся по-тихому, – ответил вор.

– Жаль, перед тем, как убить мага, дорогу у него спросить не догадались.

– Я бы все равно не сказал.

Мы разом обернулись на хриплый голос. Чародей поднялся. Но не так, как встают люди: будто невидимая сила ухватила его за голову и потянула наверх. Волосы мертвеца поднялись к макушке, образовав нечто вроде короны, глаза налились кровью, а из ушей повалил желтый дым. Стало не по себе. Неужели демон вселился? В мертвого? Других объяснений происходящему у меня не было.

Щапрун метнул в разумника пару ножей. Не промазал, однако это ничего не изменило, разве что из тела теперь торчали две рукоятки, да на физиономии мертвеца появилась леденящая кровь улыбка.

– Невозможно убить того, кто уже умер, – промолвил он.

– Ты нарушил правило вызова! – прогремело в комнате. – Колдун не успел коснуться медальона при жизни, но ты все равно решил объявиться в этом мире, Гурдухан?

Откуда раздавался голос, я так и не понял. Казалось, отовсюду. Он был знаком – такой же я слышал во время боя с Сахадом. И тогда тоже оказались нарушены какие-то правила.

– Ты знаешь мое истинное имя? Так умри же!

Ко мне устремились синие языки пламени, но замерли в воздухе, не долетев двух шагов.

«Собственный кинжал убивает владельца лучше любого другого оружия. – Теперь голос звучал в голове, наверное, чтобы никто другой не услышал. – Нельзя только разрывать контакт с клинком».

И рад бы воспользоваться подсказкой, да как подобраться к демону?

Заметив, что пламя не причиняет вреда, тот хлопнул в ладоши. Ударной волной меня отбросило к ближайшей колонне, других отшвырнуло гораздо дальше. Шмякнулся здорово, однако боли не ощущал, видимо, тело до сих пор пребывало в боевом трансе. Не стал показывать врагу, что живой. Как учил Гришал, лучше притвориться мертвым, чем быть им.

Гурдухан то ли не поверил в мою смерть, то ли решил подстраховаться. В мгновение ока он очутился рядом.

– Ну что, Сарин, пора и к демонам тьмы заглянуть. Там тебя давно заждались.

Он потянул к горлу клешню, которая еще недавно была рукой. Такой отхватить голову – раз плюнуть. А оно мне надо?

Резкий взмах клинком – и уродливая конечность отлетает в сторону. Зал наполняет жуткий вой, а в моей голове снова звучит чужой голос:

«Хочешь жить – беги!»

Перекатываюсь, вскакиваю, успеваю сделать несколько прыжков в сторону, прежде чем из обрубка руки вылетает и разрывается, врезавшись в стену, голубой шар. Коронованный чародей моментально рассыпается в прах, а в стене образуется большая дыра.

Однако радоваться рано. Пол под ногами дрожит, колонны ходят ходуном, того и гляди… Я побежал к приятелям. Мечник оклемался сразу, а вот толстяка пришлось нести на себе. Через пролом в стене мы выбирались уже под грохот падающих колонн. Здание рушилось на глазах, поднимая в воздух клубы пыли.

– Хватит меня тащить! – очнулся Щапрун.

Мы побежали быстрее.

Офицер пограничной службы Журавии был прав, когда говорил, что на юге и юго-востоке страны местность лесистая. Довольно скоро мы оказались в роще из лиственных деревьев. Решили перевести дух.

– Князь, это был демон? – спросил Гринкус.

– Наверное.

– И вы его убили? Никогда не думал, что такое возможно.

– Почему сразу «убил»? Просто отправил домой. Наверное…

– Домой они уходят без шума, а вот при уничтожении потусторонней твари в нашем мире происходит большой выброс энергии. Но как вам удалось?

– Кинжал волосатика. – Я показал оружие.

– Ух ты! – воскликнул Щапрун. – Я ведь точно такой видел у Серхера. Серокожий хвастался, что убил им трех демонов. И на белом лезвии было три зарубки. Как эта.

На клинке из белого металла действительно появилась треугольная зарубка. С черными, словно обуглившимися краями.

– Ценная вещица. Вам ее лучше оставить при себе, князь.

– Так и сделаю. А кто знает, где находится поместье господина Михада?