Инферно. Армия ночи - Скотт Вестерфельд

— Я тоже, — ответила доктор Крыса, глядя на клеткус ВНШ.

Я вытащил из принтера форму ЗПНВ-47/74. Сегодня мне ещепредстояло заполнить множество других форм, от одной мысли об этом руканачинала болеть.

В дверях я остановился.

— Тем не менее сообщите мне свое мнение об этом видео.Выглядело все так, будто крысиная «семья» поклоняется своему коту-инферну. Врядли такой механизм мог развиться за время жизни одного поколения.

Доктор Крыса похлопала по видеопленке, которую я принес ей.

— Я просмотрю ее прямо сейчас, Малыш. — Онасделала жест в сторону центрифуги. — И сообщу тебе, есть ли у новогоштамма что-то общее с твоим. Но у меня вопрос.

— Да?

— Запах крыс похож на твой?

Я еще раз принюхался к ВНШ и почувствовал испускаемый крысойоттенок удовольствия, когда она поглощала салат, который доктор Крыса дала ей.Доктор Крыса много чего знает о запахах — какие химические вещества испускаеткаждый плод и цветок, создавая свой неповторимый аромат, — но у нееотсутствует обоняние хищника. В качестве замены она вынуждена использовать нашиносы, носы носителей.

— Да, — сказал я. — Очень похоже.

— Ну, твой нос вряд ли ошибается. Я свяжусь с тобойсразу же, как только получу результаты. А тем временем вот тебе то, что,возможно, стоит иметь под рукой. — Она бросила мне маленький пузырек сжелтоватой жидкостью. — Аромат Кэла Томпсона. Твой запах. Можетпригодиться, если выяснится, что эта «семья» в родстве с тобой. Только смотрииспользуй его осторожно. Ты ведь не хочешь, чтобы крысы подняли мятеж?

Жидкость выглядела как моча в бутылочке для духов и вызывалатакое же противное ощущение, когда я держал ее в руках.

— Здорово! Спасибо.

— И еще одна вещь, Малыш.

Я снова остановился на полпути к двери.

— Что?

— Почему ты использовал дуршлаг? Разве тебе не дали ссобой клеток?

— Это долгая история. Ладно, до встречи.

Шагая по коридорам Ночного Дозора, я начал испытыватьчувство вины.

Разговаривая с доктором Крысой, я не чувствовал себя так ужплохо из-за неразумного поведения ночью. Мы с ней сотоварищи, и я почти верил,что она поняла бы меня, расскажи я ей, что выболтал кое-что Ласи. Однакосейчас, в архиве, где с обеих сторон возвышались неумолимые шкафы, с каждымшагом ощущение тяжести моего проступка возрастало. Ночью он казался исполненнымсмысла, поскольку Ласи грозилась обратиться в газеты, но сейчас я чувствовалсебя предателем.

С другой стороны, умом я не считал, что поступилнеправильно. И по-прежнему не хотел, чтобы Ласи исчезла.

Когда я прибыл в офис Чипа, в его взгляде мне почудилсяоттенок укоризны.

— Доброе утро, Малыш.

— Привет, Чип. — Я постарался загнать подальшемысли о своей вине. — Я выяснил, что произошло. Они сверх проекта добавилиплавательный бассейн.

— Кто добавил, что?

Я кивнул на светокопии дома Ласи, все еще лежащие на егостоле, хотя и наполовину прикрытые бумагами и книгами.

— Плавательный бассейн в несколько ярдов глубиной, насамом нижнем уровне. Вот как крысы из подземелья проникают наверх.

Чип посмотрел сначала на светокопии, потом на желтоватыепланы туннеля метро и пальцем нашел место, где одно с другим пересекалось.

— Да. Если в бассейне есть водосток, так, наверное, ипроизошло.

— На глубоком краю есть большое отверстие, откуда оченьскверно пахнет. И еще как бы все… дрожало. Точно подо мной проходило что-тоочень большое.

— Поезд подземки?

Я вскинул брови. Надо же, это объяснение не приходило мне вголову.

— Может быть. Факт в том, что именно в дыре исчезли всекрысы, когда я включил на полную мощность фонарик.

— Фонарик, который ты потом разбил?

— Да, тот самый. Кто рассказал тебе об этом?

Он пожал плечами.

— У меня же есть уши. Ты?…

— Да заполню я, заполню УО-тридцать семь. — Явзмахнул рукой с зажатой в ней пачкой форм.

Он усмехнулся и покачал головой.

— Парень, вы же охотники. Знаешь, какой будет скандал,если я сломаю карандаш?

— Ужасно несправедливо, Чип, прекрасно понимаю. Вособенности если этот карандаш собирался убить тебя с помощью когтей и зубовили натравить на тебя свою «семью» из тысячи смертоносных скрепок для бумаг.

Чип снова усмехнулся и вскинул руки в знак капитуляции.

— Ладно, ладно. Нельзя уж против охотников и словасказать. Однако от архива тоже есть кое-какая польза. Сегодня утром мы получилиинтересные данные относительно жильцов с седьмого этажа. Думаю, они тебепригодятся.

— Выяснили, где они?

— Боюсь, нет. Они как сквозь землю провалились. —Он достал конверт и вынул из него пять фотографий. — Вот так они выгляделипо крайней мере год назад. Сейчас, скорее всего, похудели — те, кто еще жив.

Я узнал Моргану, ее темные волосы, бледную кожу, изогнутыедугой брови.

— Спасибо.

Сунул фотографии в карман куртки.

— И еще кое-что. — Чип приложил к груди футболку скартинкой. — Это для тебя.

Я смотрел на улыбающееся лицо, блестящую гитару, свисающийнад поясом живот: Гарт Брукс.

— М-м-м, Чип… я что-то не секу…

— Это проклятие, Малыш! — Он расплылся вулыбке. — Мы нашли кое-какие онлайновые послания твоей исчезнувшей пары —Патриции и Джозефа Мур. Оба большие фанаты Гарта Брукса.

— И ты пошел и купил футболку?

— Ничего подобного. Веришь или нет, но она оказаласьсреди снаряжения охотников.

Брови у меня взметнулись вверх.

— У нас есть футболка с Гартом Бруксом?

— Ага. Слышал о большой вспышке на Аппер Уэст-Сайдвосемь лет назад? Тогда двое парней были помешаны на кантри. — Чип бросилмне футболку. — Надень ее в следующий раз, когда будешь спускаться. Наслучай, если наши пропавшие ушли под землю.

— Замечательно. — Я сунул футболку врюкзак. — Что-нибудь еще?

— Ничего. Но не волнуйся, мы продолжаем искать.

— Ну-ну. И если выясните, что Моргана была помешана наЭшли Симпсоне, не трудитесь сообщать мне — я уже в курсе.

Доктор Крыса оказалась права насчет ЗПНВ-47/74 — эта формазаставила все колесики завертеться. К несчастью, не совсем так, как мнехотелось бы. Я-то думал, что в дом Ласи сегодня же направят командуистребителей со всем их убойным снаряжением, а послали меня.