Инферно. Армия ночи - Скотт Вестерфельд

Пока мы шли по Лерой, я посматривал на погрузочные платформыбольших промышленных зданий, спрашивая себя, сумела ли какая-нибудь «семья»пробиться на уровень улицы. На груде блестящих мешков с мусором сидели двекрысы, но, судя по меху, они походили на жителей улиц, а не на бледных, жирныхкрыс из подвала.

И потом я заметил в тени еще одно создание, тощее, сблестящей шерсткой. У него были движения хищника… кот.

Никаких деталей я разглядеть не сумел, только темный силуэти короткий блестящий мех. Кот в подвале тоже был черный, но то же самоеотносится к миллиону котов в мире.

Внезапно он замер, глядя прямо на меня. Его глаза вспыхнули,отражая свет уличных фонарей. Я замедлил шаг, а потом и вовсе остановился.

— Что такое? — спросила Ласи в нескольких ярдахвпереди.

Услышав звук ее голоса, кот мигнул и растворился во мраке.

— Кэл? Что случилось?

— М-м-м… Я просто вспомнил, что забыл еще кое о чемрассказать тебе. О другом переносчике этого заболевания.

— Только этого мне и не хватало. Еще один повод длябеспокойства.

— Ну, это маловероятно, но будь поосторожнее с кошкамив этой округе.

— С кошками? — Ее взгляд вслед за моим устремилсяво тьму. — Они тоже могут разносить это?

— Может быть. Я пока не уверен.

— Хорошо. — Она поплотнее запахнула куртку. —Парни, которые живут наверху, говорили, что у Морганы был кот. Громогласныйтакой.

Меня пробрала дрожь — еще одно воспоминание о той роковойночи. В квартире Морганы был кот. Он встречал нас, когда мы возникли на пороге,и утром смотрел, как я одеваюсь перед уходом. Но был ли это тот самый, что вподвале?

Или тот, который сейчас наблюдал за нами из темноты?

— Это еще кое-что напомнило мне, Ласи. У тебя неталлергии на котов?

— Нет.

— Хорошо. Корнелиус тебе понравится.

— У тебя есть кот? Несмотря на то, что они разносят этозаболевание?

— Только не мой. Крысы боятся его. Ну, пошли.

Корнелиус ждал нас, завывая с того самого мгновения, какключи зазвенели в замке. Он требовал еды и внимания. Едва дверь открылась, онвыскользнул в коридор, описал восьмерку вокруг моих ног и метнулся обратно. Мывошли следом.

— Привет, малыш. — Я поднял Корнелиуса и погладил его.

«Спасите меня от этого зверя!» — завизжала из сумки ВНШ.

Выпустив когти, Корнелиус вскарабкался по моей курткенаверх, сполз по спине, соскочил на пол, потрогал сумку лапой и взвыл.

— Кэл? Тут не может появиться новый переносчикзаболевания?

— Что? Ох!

Я схватил сумку и бросился к чулану. Отодвинул в сторонугруду грязного белья, положил узилище ВНШ на пол и плотно закрыл дверь.

— По-твоему, этого достаточно? — спросилаЛаси. — Всего лишь чулан?

— Как я уже говорил, паразит распространяется черезукусы, — объяснил я. — Это тебе не грипп, он не передается повоздуху.

— Мя-я-я-у-у-у! — пожаловался Корнелиус. В ответиз чулана послышались звуки, свидетельствующие о панике, охватившей крысу.

— Мы что, будем слушать этот концерт всю ночь?

— Нет. Смотри. — Я достал банку кошачьей еды ипорылся в ящике со столовыми приборами в поисках открывалки. — Времяням-ням!

Едва открывашка надрезала банку, кота как хищника выдулозапахом тунца из сознания Корнелиуса во мгновение ока. Он побежал на кухню иуселся на задние лапы, устремив на меня восторженный взгляд.

— Видишь? У Корнелиуса есть свои приоритеты, —сказал я, накладывая тунца в миску.

— Время ням-ням? — спросила Ласи.

Я сглотнул, осознав, что даже в ее присутствии остался вереннашей с котом лексике. До сих пор в этой квартире до нее гостей не было. Охотана инфернов и учебники по паразитологии оставляли мало времени для общения. Вособенности с женщинами.

Вся эта ситуация заставила меня снова занервничать. Однако янапомнил себе, что ни за что больше не потеряю контроль над собой, как это едване произошло на балконе. Тогда момент страха и возбуждения застал меня вограниченном пространстве.

Тем не менее я задумался, не стоит ли повязать на запястьееще одну резиновую ленту.

— Ну, просто мы так с Корнелиусом объясняемся. — Япоставил миску на пол.

Ласи не отвечала. Она обходила квартиру, состоящую всего изодной комнаты, от маленькой кухоньки до скатанного футона в углу. Вполнеобычного размера квартирка, но я внезапно почувствовал неловкость. Попав послесвоей роскошной квартиры в трущобы, Ласи, возможно, утратит весь свойэнтузиазм.

Она между тем принялась изучать стопку моих CD.

— Эшли Симпсон?

— Ох нет. Это страсть моей бывшей подружки.

На самом деле в последнее время это стало ее проклятием.Когда я отследил Марлу — невезучую девушку, с которой обнимался на новогоднейвечеринке, — до заброшенной станции подземки под 18-й стрит, то в порядкесамозащиты прихватил с собой стерео с записями Эшли.

— Я предпочитаю Kill Fee.

— Kill Fee? Они, типа, металлический рок?

— Извини, но они альтернативный рок. Она округлилаглаза.

— Все равно. Интересно, ты понимаешь, что, если твояподружка вдарена в Эшли Симпсона, это не намного лучше, чем увлекаться имсамому?

— Бывшая подружка. — Я пошел по комнате, убираякниги из библиотеки Ночного Дозора. — Да и не настоящая подружка… так,краткое знакомство.

— И все же ты хранишь ее любимые записи? Очень мило.

Я застонал.

— Послушай, можешь оставаться здесь, но не надо ничеговынюхивать.

Ласи бросила взгляд на футболку на полу.

— Да, ну… по крайней мере, я не прихватила с собойультрафиолетовый фонарик.

— Эй, это было нужно для работы. Обычно я не разыскиваютелесные жидкости. — Я подошел к футону и раскатал его. — Кстати, япостелю сюда чистое белье. Можешь спать здесь.

— Послушай, я вовсе не хочу выгонять тебя изпостели. — Она перевела взгляд на ветхую кушетку. — Вот это менявполне устроит. Вряд ли я когда-нибудь снова буду спать близко к полу. Вособенности с зараженной крысой всего в десяти футах.

Я посмотрел на чулан, но на этот раз у ВНШ комментариев небыло.

— Я и сам могу лечь на кушетке. Она покачала головой.

— Ты слишком длинный. И проснешься весьскрюченный. — Она села, все еще не снимая куртки, — А мне все равно.Я слишком устала. Я так устала, что мне плевать даже на твоих голубиных клещей.Будешь спать где всегда, ладно?