Точка заката - Эдуард Катлас

Сейчас лишь один из столов окружили трое. Вряд ли они ели — скорее уж пили, и что-то явно согревающее в такую непогоду. Тактический компьютер тут же аккуратно обвел контуры всех троих тонкими бледными линиями и выделил красными пятнами неестественные выпуклости. Как только он это показал, даже мне стало очевидно, что у всех троих оружие в наплечных кобурах, у одного еще кобура на поясе. Скорее всего, у второго граната в кармане куртки, это компьютер вычислил по неестественно оттянутому вниз карману. Конечно, можно предположить, что в кармане и не граната вовсе, а, например, бильярдный шар. Но компьютер в таких случаях показывал худший из возможных вариантов.

Раньше я видел такое только в игрушках, но никак не в реальной жизни. Указатели, прямо на линзах, аккуратно, как на хорошем чертеже, отступали в сторону от красных отметок, и компьютер давал графическое перечисление наиболее возможных вариантов оружия, что могло быть спрятано под одеждой. По полсекунды на вариант, а потом все эти предположения постепенно исчезали, развеивались, чтобы не мешать мне смотреть.

— Все вооружены, — сказал Богослов. Видимо, просто для протокола.

Это отходило от плана. По плану мне нужно подойти к кафе, что-нибудь заказать, начать есть, возможно, заказать и выпить. Налить соседям, завязать разговор, узнать, что к чему в округе.

Понятно, что трое вооруженных выпивох вряд ли могут быть хорошими осведомителями. Выглядели они не как гражданские. А как боевики из банд, которые либо отошли выпить-перекусить, либо, что еще хуже, изначально стояли здесь на импровизированном посту наблюдения.

Но и отступать назад вроде как было поздно. Подозрительно.

Я пошел вперед, надеясь по-тихому взять что-нибудь поесть с собой, словно так и предполагал с самого начала, и скрыться где-нибудь в следующей подворотне.

— Тогда деньги не свети, — сказал Богослов, верно поняв мое намерение. В нашем изначальном плане я также должен был махнуть перед окружающими пачкой потолще, чтобы привлечь их внимание к возможному спонсору.

Деньги светить не пришлось.

— О, — разулыбался один из парней, стоящих у стола, — ты кто?

Это при том, что я еще даже не подошел к забегаловке, оставаясь от нее метрах в двадцати. Нет, точно не вариант «выпить-закусить». Эти стояли здесь по делу. И я — как раз и был их делом.

— Поесть хотел взять, — ответил я. — Можно?

Я приостановился, словно ожидая разрешения, а на самом деле — просто оставляя между собой и противником расстояние побольше. Хоть и все равно слишком маленькое для того, чтобы успеть укрыться, если они начнут стрелять.

— Конечно, можно, — ответил второй. — Сумку опусти на землю. И курточку расстегни. Карманы выверни. Расскажи, кто ты есть, откуда, из какого дома, под кем ходишь. Кто разрешил тебе гулять по району.

— Вы чего? — испуганно ответил я. В принципе наигрывать испуг мне даже не пришлось, оставалось только его чуть-чуть видоизменить. Потому что боялся я сейчас больше не именно их, а срыва своего задания. Для них же мне нужно было разыграть, что именно ужас перед ними заставляет меня отступать назад, вместо того чтобы исполнить все их требования.

Конечно же курточку я расстегнуть не мог. Под ней они бы сразу вычислили и легкий кевлар и уж тем более не пропустили бы ремней кобуры и пистолета под мышкой.

Я отступил назад, всего на шаг. Шаг погоды не делал, но шайка поняла, то добыча может от них и уйти. И, наверное, впервые пожалели, что слишком рано меня остановили.

— На месте стой, — сказал тот же, самый разговорчивый. Он пошел в мою сторону. Вслед за ним сразу двинулся второй. Потом, выдержав паузу, третий. Даже по тому, как они пошли, сразу стало ясно, что это не простая уличная банда. Может, и не профессионалы, но кое-чему их явно учили. Второй шел за первым чуть левее от него и сзади, чтобы прикрывать, но при этом не попадать под гильзы, если начнется стрельба. Третий отстал метров на пять и, наоборот, начал забирать вправо, чтобы суметь прикрыть первых двоих и не оказаться с ними на одной линии огня. Шайки так не ходят.

— Да чего вы? — Я решил косить под дурачка до последнего.

На сей раз об отступлении аккуратно по дороге и речи не шло. Газон у опустевшего дома превратился в непролазную грязь, лишь слегка подмерзшую на холодном воздухе. Я ступил прямо на него. Мне нужно было успеть отступить за угол, прежде чем они потянутся за оружием. Пока не тянулись — значит, бежать было рано. Поторопишься — лишь спровоцируешь их на активные действия.

Отступить за угол. И еще мне нужно было увести их вслед за собой. С высокой вероятностью за этими наблюдателями могли следить откуда-то еще. Хоть какой-нибудь снайпер с крыши, хоть автоматическая камера на любом из домов, не столь важно. Улочка, из которой я вышел, была хотя бы узкой и не такой просматриваемой, чем та, на которой расположилась закусочная.

И еще там меня ждало прикрытие. Думаю, они уже сообразили, что к чему, и приближались к углу с другой стороны, рассредоточивались, готовились встретить эту тройку.

— Стоять, придурок! — повторил, как заводной, парень. После чего наконец-то потянулся за оружием. Я сделал еще шаг назад, обогнув низко, прямо по стволу, обрезанный тополь. Как «гражданский», я мог и не догадаться, за чем он тянется, поэтому бежать было рано. Еще совсем чуть-чуть.

— Пристрелю ведь, заморыш, лучше остановись, — крикнул он, вытащив наконец пистолет из кобуры. А вот теперь моя совесть могла быть чиста. Любой мог бы побежать в этой ситуации.

— Не убивайте, — воскликнул я, надеюсь, что достаточно жалко, и побежал.

До угла мне оставалось всего-то десяток шагов, так что они даже не начали стрелять. Что тоже было хорошо.

Завернув за угол, я не остановился, побежал дальше, вытаскивая на ходу пистолет. Как бы мне ни хотелось встретить их тепленькими прямо за углом, нужно было, чтобы в проулок втянулись все трое, включая последнего, прежде чем начинать шум.

Так что я добежал до первого подъезда, давно оставшегося без входной двери, и нырнул внутрь.

— На позиции, — услышал я негромкий отчет Богослова.

— На позиции, — эхом откликнулся Бронза.

— И мы, — сказал Ыть.

— Постараемся без шума, — попросил Оператор. — Рано нам еще здесь шуметь.

Я чертыхнулся. Засунул пистолет, на котором не было глушителя, обратно в кобуру и достал нож. Будем надеяться, что ребята возьмут их раньше, чем кто-то из них решит заскочить в подъезд. Я был полностью согласен с Богословом относительно моих способностей в рукопашной или ножевом бою. Тем более если придется переть с ножом против пистолета.

Два хлопка я услышал одновременно с тем, как проем в подъезд загородила чья-то тень. Наверное, хлопки случились даже попозже. Точно, попозже, потому что вошедший в подъезд улыбчивый произнес:

— Где ты, малек? Да не бойся, мы тебя, может, и трогать не будем. Ответишь все правильно, да и иди себе дальше…