Запретная магия - Энгус Уэллс

— А почему бы тебе самому туда не пойти? — спросил наконец Брахт. — Почему бы Альдарину не поднять войско и не отправиться за книгой?

Варент коротко усмехнулся.

— Ты соображаешь так же быстро, как и орудуешь мечом мой друг, но этого я сделать не могу. Как и ты, домм Альдарина не верит в существование «Заветной книги», а стоит мне попытаться убедить его, как это сразу станет известно Азумандиасу. К тому же армия — штука громадная. Пока ее поднимешь, враг мой сто раз успеет применить свои чары. А если он захватит карты? Нет, на такой риск я пойти не могу. Скрытность — мое главное оружие. «Заветную книгу» необходимо уничтожить, а с твоей помощью Каландрилл может отыскать Тезин-Дар и принести мне книгу прежде, чем у Азумандиаса появится возможность помешать нам.

— Зачем? — спросил Брахт с подозрением в голосе.

— Зачем? Не понимаю, — сказал Варент.

— Зачем нести тебе эту книгу? Почему не уничтожить ее там же?

— Если бы все было так просто, — с сожалением пробормотал Варент. — «Заветная книга» — сама по себе штука волшебная. Обычным путем ее не уничтожишь. Она заколдована. Ее можно уничтожить только волшебством.

— И ты знаешь, как это сделать?

Варент кивнул:

— Да.

Брахт откинулся на стуле, протягивая вперед ноги, с задумчивым выражением на лице.

— Ты хочешь слишком многого, — сказал он. — Ты хочешь, чтобы я сопровождал сына домма Секки в Гессиф — уже само по себе это место очень опасно. Но ты также хочешь, чтобы он отыскал тебе город, который люди называют сказкой, и принес тебе книгу, которая, как ты сам говоришь, может пробудить Безумного бога. На нас уже напали демоны, посланные — как ты говоришь — сумасшедшим колдуном, который тоже хочет завладеть книгой. Какие еще опасности поджидают нас на этом пути?

— Этого я не могу тебе сказать. — Варент, хмурясь, смотрел на наемника. — Все, что я могу, — попросить тебя сделать это. Взамен обещаю тебе свою вечную благодарность. И пять тысяч варров.

Каландрилл не смог сдержать удивления — целое состояние! Брахт хранил спокойствие. Затем сказал:

— Очень высокая плата.

Варент кивнул.

— Но достаточная ли, чтобы убедить тебя пойти на риск?

Брахт невесело ухмыльнулся.

— Ты предлагаешь хорошую цену, Варент.

— На карту поставлена судьба мира, — ответил посол. — Так ты согласен?

Брахт резко опустил голову.

— Половину в Альдарине, остальное — по возвращении. Независимо от того, добудем мы эту книгу или нет.

Варент задумался, и на какое-то мгновенье Каландриллу показалось, что он вот-вот откажет, но посол пожал плечами и, улыбнувшись, сказал:

— Договорились. Даешь слово?

— Даю.

— Отлично! — Варент опять стал приветлив. — Очень рад, что нам удалось преодолеть это… недопонимание.

— Я тоже, — Брахт встал. — Пойду-ка спать. И надеюсь, что ночью меня не побеспокоят.

— Сомневаюсь, чтобы Азумандиас опять попытался на вас напасть, — успокоил его Варент. — По крайней мере на несколько дней вы в безопасности. Для того чтобы произвести на свет существа, подобные тем, о которых вы мне рассказывали, нужно большое усилие. Думаю, что на какое-то время он ослаб. К тому же я изменю маршрут, чтобы сбить его с толку. А в Альдарине вам бояться нечего.

— Отлично.

Брахт направился к двери. Каландрилл встал, намереваясь отправиться за ним, но в последний момент посмотрел на Варента. Посол жестом отпустил его, и вслед за кернийцем он вышел в темный коридор.

У них были смежные комнаты, и, когда они уже поравнялись с дверями, Каландрилл, нахмурившись, спросил:

— Неужели ты мог бы отказаться?

Брахт стоял в тени, и Каландрилл не разглядел выражения его лица.

— Демонов я не ожидал, — пробормотал он. — Но, кстати говоря, я не ожидал и того, что моим подопечным кажется сын домма Секки.

— Какое это имеет значение? — поинтересовался Каландрилл.

— А ты не понимаешь? — Ему показалось, что Брахт ухмыляется. — Если бы я отказался, как ты думаешь, что предпринял бы Варент? Ему нужно только дать знать твоему отцу, что я помог тебе бежать, и в Секке я вне закона. А поскольку он посол Альдарина, то, скорее всего, меня поставили бы вне закона и там. Два города назначают выкуп за мою голову, не слишком ли это много, а? Могущественные враги. А так по крайней мере в Альдарине у меня есть союзник. — Каландрилл уже не сомневался в том, что он ухмыляется. — К тому же мне обещано пять тысяч варров.

— Неужели деньги имеют для тебя такое значение? — Каландрилл пытался разглядеть в темноте лицо Брахта. — Неужели само по себе приключение не интересует тебя?

— Деньги делают меня сговорчивее, — заметил Брахт. И добавил: — Варент мне что-то не очень нравится.

Каландрилл вздохнул. Ему и в голову не приходило, что два его друга, о которых говорила ему Реба, не будут связаны между собой дружескими узами. В тоне кернийца он услышал металлические нотки. Брахт, видимо, уже успел оценить Варента. Хорошо уж и то, что наемник принял его. К своему удивлению, Каландрилл был ему за это благодарен. У них было мало общего, но он вдруг сообразил, что дорожит дружбой кернийца. Он зевнул, больше не в состоянии скрывать усталость.

— Иди спать, — посоветовал ему Брахт неожиданно дружеским тоном.

Каландрилл сонно кивнул и толкнул дверь своей комнаты, отчасти ожидая увидеть там какое-нибудь чудище. Но за дверью он обнаружил самую обыкновенную комнату и страшно привлекательную, освещенную лунным светом кровать. Он вошел, чувствуя, что Брахт стоит сзади с рукой на эфесе меча, и благодарно улыбнулся.

Брахт кивнул и сказал:

— Завтра надо будет раздобыть тебе клинок.

— Да.

Наемник отправился к себе и закрыл дверь.

В комнате, скромно обставленной, Каландрилл слегка расслабился. Это было место для отдыха, а не для борьбы с колдовством; к тому же Варент говорит, что Азумандиас не скоро оправится от последней атаки. А Каландрилл доверял Варенту; раз Варент сказал, значит, нового нападения не будет. Он прошел по скрипящим половицам, тяжело сел на кровать, развязал и скинул ботинки. В небольшом гардеробе было достаточно места для его одежды; здесь же он нашел и укромное местечко для карты. Затем забрался меж прохладных простыней. Полная луна загадочно улыбалась ему с усыпанного звездами вельветово-черного неба. Эта же луна освещала и амбар, когда на них напали демоны Азумандиаса…

Неожиданно в голову ему пришла мысль, от которой сон его как рукой сняло: материализовываясь у него на балконе, Варент сказал, что для этого необходимо знать место, где будешь материализовываться. Значит, Азумандиас знает этот постоялый двор?