За далью волн - Роберт Линн Асприн

Но даже целое являлось всего лишь частицей, мельчайшей частицей. «Мир содержит меня, но и я содержу мир. Он внутри моего разума. Макрокосм отражает микрокосм. Что вверху, то и внизу. Богиня Анлодда, как я могу описать это, не говоря устами Мирддина, старого притворщика?» Корс Кант вздрогнул, поежился и не смог удержаться от смеха. Каменный пол содрогнулся, закачался под его босыми ступнями, загремел — словно где-то рядом проснулся Таранис-Громовержец.

Юноша чихнул и постарался овладеть собой. Пошатываясь и не переставая тихонько смеяться, он тронулся в путь по зловеще подрагивающему коридору.

То он казался ему самым обычным туннелем, прорубленным в скальной породе, то вдруг ни с того ни с сего превращался в устланный коврами коридор Каэр Камланна, где стены были обиты дубовыми панелями, а в нишах прятались злорадно смеющиеся маски. И снова каменный туннель. Но пол все время угрожающе дрожал, словно его раскачивали высокие волны Харлекского Залива.

«Да, да, да, теперь я все понимаю. Это все твое зелье, богиня-принцесса, это все равно, что выпить все цвета радуги, и чувствовать, как остатки питья стекают струйками по подбородку».

Голова кружилась, Корсу Канту никак не удавалось мыслить ясно. Он взглянул на свои руки. Разве они всегда были зелеными? Он оглянулся — туда, где коридор изгибался дугой, подобно луку Ириды (еще одной радуге). Бард прошел какое-то расстояние, но все время оказывался внизу — там, где находилось самое глубокое место дуги. Кожу покалывало. Казалось, вот-вот разразится гроза.

Корс Кант протер глаза. Что-то в этом зелье было такое… Но в каком зелье? Из-за темных занавесов выглядывали зеленые черепашки, хохотали какие-то зеленокожие мальчишки, показывали Корсу Канту свои обутые в сандалии ноги. «Видишь? Видишь, — казалось, кричали они. — Крепко сидят, как мудрость!» А Корс Кант был бос.

Какой-то остроухий карлик уставился на Корса Канта. Юноша успел разглядеть его краешком глаза. На карлике были башмаки с загнутыми кверху носами. «Он не из тех ли, кого зовут „Туата де Дананн?“ „Фэйри, рожденные богиней Дану.“ — подумал юноша.

— Это тебе так кажется, презренный, — взвизгнул карлик.

Корс Кант вдруг оказался на полу. Он сидел, скрестив ноги и вытягивал через ноздри свой мозг.

«О Господи, я что — взбесился? Какой отравы я напился?» Куга сплюнул за борт, звякнул его фонарь. Сакс развернулся к юноше.

— Какой-какой! Да той самой, что тебе твоя шлюха преподнесла! — злорадно проговорил он. — Никому не говори, что ты меня здесь видел!

Зеленые черепашки навострили ушки и запели:

— А это испытание, а это угощение, а это развлечение — ну, просто заглядение!

— Кто вы такие? — дрожащим голосом спросил Корс Кант, напуганный появлением рядом с ним каких-то высоких темных силуэтов.

«Мы — смеющиеся шибболы, — скрипнули голоса, похожие на звук, когда проводишь пальцем по мокрому стеклу. — В доме проклятья всем места хватит! Глаза открой — увидишь, что будет с тобой!»

— Я не понимаю!

«Да мы у тебя на ладошке!» Корс Кант прищурился. Зеленый глаз удалился, зрачок сузился, превратился в черную точку. «Ах, ходить по храму тяжко! Заблудился ты, бедняжка! А ведь сам его построил. Может, рушить все пора? Вместо золота ищи-ка яблоко из серебра!» — Хватит! — вскрикнул юноша, втянул голову в плечи, обхватил себя руками.

— Ступай смелей!

— Вот докумекал наконец! — взвизгнули шибболы — один слева, другой справа.

— Ступай смелей в объятия тьмы!

— Твои друзья отныне — мы!