Планета, которой нет - Сергей Лукьяненко

— Редрак, а что ты делаешь? — с ленивым любопытствомпоинтересовался я.

Редрак ответил не сразу и с некоторым смущением:

— Да глупости, Серж… Эта трава — слабый наркотик… правда, такего употребляют редко.

— Вдыхают дым?

Редрак явно удивился.

— Вы слышали о трэбе, капитан?

— Ну… краем уха.

— Тогда садитесь поближе.

Я устроился плечом к плечу с Редраком. Тот продолжалпотряхивать над огнем импровизированную жаровню, досушивая траву. Затем ссыпалв ладонь сухую оранжевую пыль, настороженно понюхал.

— Нормально.

Он бросил в ладонь маленькую щепотку порошка, жадно вдохнулгорьковатый дым, поплывший над тлеющими углями.

— Хороший сорт, капитан.

Я нагнулся к огню так, что даже глаза непроизвольнозажмурились от нестерпимого жара, и глубоко вдохнул.

Жар в груди… в легких… Холодная дрожь, проносящаяся по коже…Лавина звуков — слух обострился не меньше, чем на порядок. Потрескиваниевалежника в костре стало походить на пушечную канонаду, сонное дыхание Данькиедва не перекрывало его, бормотание Редрака слышалось совершенно отчетливо иясно.

— Лучше всего мы делаем дурман, капитан… Наркотики, вина…Развлечения — это тот же дурман…

Дрожь схлынула, лишь в груди продолжал гореть огонь. Затосознание затянула пьянящая дымка эйфории.

— Еще мы умеем делать оружие, Редрак… И убивать…

— Это тот же дурман… те же развлечения, капитан… Ничем нелучше и не хуже секса… или трэба…

— Редрак… — Меня отчаянно потянуло на откровенность.Проклятая слабость моих пьянок! Неискоренимая слабость. И не важно, чем вызваноопьянение — бутылкой «Пшеничной» на молодежной тусовке или инопланетнымнаркотиком с неприятным названием трэб.

— Слушай, Редрак… Ты помнишь, что говорил Ланс в рубке передэвакуацией с корабля…

— Бред, капитан…

— Нет, Редрак. Послушай, они выходят на связь со мной втретий раз… И лишь недавно я понял, кто стоит за ширмой, кто в роли кукловода…

Я рассказывал Редраку все. Начиная с первого появления Голоса,когда они использовали Эрнадо. И про диалог с пэлийцем, и про услышанный вполубреду разговор Храмов…

Сизый дым плыл над костром. Мы с Редраком, раскрасневшиеся,с вьющимися от огня волосами, склонялись над пламенем. Наркотик принялся за насвсерьез — предметы вокруг изгибались, теряли четкие очертания. Как там этопо-медицинскому… метаморфопсия, кажется…

— Серж… — Редрак сыпанул в огонь последнюю горсть порошка. —Если против тебя действительно Сеятели… Храмы… то драться бесполезно. Ониспособны стереть в пыль все планеты в галактике… Ты даже не муха перед слоном…ты вирус.

— Вирус может прикончить любого слона, — с радостью поймал яРедрака на слове. Глупое умение из детских времен, когда удачно «проехать наметле» значило — победить.

— Сергей… Да брось ты храбриться… Ты не тот вирус…

«Откуда он знает мое полное имя?»

Я напрягся, пытаясь скинуть дурман. И не смог. Заорал — вушах заломило от крика. Обостренное восприятие — полезная вещь.

— Откуда ты знаешь мое полное имя?!

Редрак с недоумением посмотрел на меня. Пожал плечами.

— Данька говорил… Успокойтесь, капитан. Я не Сеятель, увы. Идаже не их кукла. Но могу посоветовать лишь то же самое. Хватит гоняться заРейдером. Если Сеятели… Храмы обещали, что они не найдут Землю — значит, таконо и есть. Их слову можно верить. Лучше возвращайтесь на Тар… к принцессе. Имальчишку с собой возьмите, я ведь вижу, как вы друг к другу привязались.

Редрак тоскливо взглянул на пустые ладони, словно надеялсянайти там еще немного наркотика. И с наигранной усмешкой продолжил:

— Можете и для меня найти местечко при дворе… Или подаритегражданство Тара…

— Прекрасная идея, Ред… — впервые я позволил себе сократитьего имя. — Ты что же, думаешь, что принцесса ждет меня?

— Разумеется.

— Может быть, ты еще скажешь, что я продолжаю ее любить?

— Конечно.

Я засмеялся злым, пьяным смехом. Данька зашевелился во сне ичто-то жалобно пробормотал.

Я замолчал. Пьяная дурь стремительно выползала из сознания.Голова слегка побаливала, но к мыслям вернулась ясность.

— Трэб действует очень кратковременно, — упавшим голосомсказал Редрак. — И быстро выводится из организма… Черт, и надышались же мы…

Кивнув, я с тревогой посмотрел на Даньку. Надеюсь, мальчишкунаркотические испарения не достали…

— В вашем рассказе, капитан, — официальным тоном заявилРедрак, — есть три ключевых момента. Они способны объяснить все. Первое: почемувас не трогают Храмы; второе: почему они так беспокоятся о Даньке; третье:почему вас не трогают… напрямую… сектанты.

— На последний вопрос ответ имеется.

Редрак кивнул. Глухо произнес:

— Я догадываюсь. Если Эрнадо с Лансом уцелели, то этовызовет проблемы.

— Да.

Костер догорал, потрескивали сучья. По-прежнему нестерпимогромко: трэб еще продолжал действовать. А далеко в небе родился слабый гул.Прямоточный двигатель, идущий на форсаже. Спящий Трофей дернул ушами, приподнялголову.

— Слышишь, Ред?

— Это Эрнадо с Лансом.

— Наверняка. — Я потянулся к Даньке и похлопал его по плечу.— Просыпайся, малыш, за нами пришли.