Планета, которой нет - Сергей Лукьяненко

— Нет. Это же сверхтекучее вещество. Оно перетечет навнутренний слой обшивки, если сбросить внешнюю броню.

— Нагрев, — неожиданно сказал Клэн. — При нагреванииантигелий испарится.

Я снисходительно взглянул на Клэна.

— Учти, у них не работают мощные источники энергии. Аразогреть всю обшивку с помощью примитивных…

— Всю поверхность не обязательно, капитан. Это жесверхтекучий гелий.

Несколько секунд я не понимал, в чем дело. Потом до менядошло.

Инфракрасный экран расположен чуть в стороне от основныхэкранов, потому, наверное, что никто им в бою не пользуется. На нем очень легкозасечь вражеские лазеры и деструкторы — излучающие экраны последних нагреваютсяпри работе порядочно. Но это же сделают компьютеры, причем гораздо быстрее, ивыдадут отметки-цели на главный экран…

Вот только горячее пятнышко на обшивке вражеского корабляавтоматы обойдут своим вниманием. Мало ли что могло случиться! Пожар в отсеке,перегревшийся генератор…

С замершим сердцем я смотрел на голубоватый фон экрана, гдеярко-алой точкой проступала подогреваемая изнутри поверхность Рейдера. Потомнад красной точкой возник маленький оранжевый гейзер. Это испарялся,улетучивался в космос антигелий. А на его место стекался отовсюду новый,холодный и сверхтекучий.

Моя «гениальная» идея обернулась не полной победой, асекундной передышкой.

— Уходим, капитан? — Редрак стянул пилотажный шлем, словнопоказывая, что драться с Рейдером он больше не собирается.

Я кивнул. Говорить не было ни сил, ни желания. Уходим.Прячемся. Оставляем Рейдер в покое. Оставляем Землю на произвол судьбы.

— Вся энергия на генераторах гиперперехода, — скороговоркойпробормотал Редрак. — Навигатор, расчет по маякам…

Я поудобнее устроился в кресле. Несколько мгновений, Эрнадовыдаст цифры гиперпространственных координат — и накатит наркотический бредгиперперехода. Сознание, разделившееся с телом, вытворяет забавные штуки…

— Координаты маяков не фиксируются. — Голос Эрнадо дрожал.

Клэн издал нечленораздельный звук и склонился над своимпультом. Редрак закричал — я впервые услышал от него такой фальцет:

— Это невозможно! Сигналы всегда стабильны!

— Но сейчас они плывут. — Клэн явно оставался самымспокойным из нас. Я, например, впал в какое-то оцепенение. И Данька с Лансомтоже…

— Я беру прямой пеленг на планету Клэн, — продолжил нашпилотажный тактик. — Никто не против?

С трудом преодолевая неожиданный дурман, я прошептал:

— Быстрее, Клэн. Они сейчас вырвутся из капкана…

Еще несколько мгновений расчетов — и все уменьшающийсявенчик антигаза над корпусом Рейдера. Нам осталось не более минуты для бегства.

— Маяк… не… фиксируется… плывет… — Голос Клэна превратился всдавленный шепот. Он обхватил руками голову, скорчился в кресле. На коже,ставшей снежно-белой, проступили черные и зеленые пятна. Волосы на головезашевелились, лицо задергалось, словно к каждой мышце подключили электрическийразрядник. Из-под вставших дыбом волос проступил невысокий костяной гребень,тянущийся ото лба к затылку.

— Что с тобой? — Редрак принялся выбираться из кресла.

— Нет! Нет! — Клэн вскочил, полосуя свое лицо тонкимикогтями, высунувшимися из пальцев. Брызнула темная кровь.

— Нет… — Клэн медленно осел обратно в кресло. — Не дамся…

— Что случилось? — Кажется, я утратил всякую способностьудивляться. — Клэн!

— Психоатака.

— Чья? — глупо спросил я.

И услышал голос Ланса — тихий, лишенный всякой интонации.

— Неважно. Ответа не будет.