Клинок выковывается - Дмитрий Распопов

– И что же герцог вам поручил?

Мой голос остался спокойным, хотя внутренне я возликовал. «Ага, крысы бегут с тонущего корабля, видимо, сегодняшняя казнь и постоянные проверки заставили их задуматься, – внутренне улыбнулся я. – Герцог где-то далеко, а смерть – вот она, совсем рядом. Нужно воспользоваться его услугами, с их помощью остальных разоблачить получится быстрее, чем искать самим».

– Разное, в основном передаем информацию о состоянии дел и вашем поведении. – Мужик, видимо, почувствовал свою нужность и слегка расслабился.

Придется его снова напрячь.

– Ну, раз ничего серьезного, тогда мне в ваших услугах нужды нет. – Я встал. – Герцог – один из вкладчиков и вправе знать все о состоянии дел.

– Значит, вы не тронете тех, кто работает на него? – в голосе было облегчение.

– Чего ради? – я искренне удивился. – Думаете, у меня будет время отделять друзей от врагов? Шутить изволите, любезный. Всех, кого поймаем на шпионаже, сначала повесим, а разбираться будем потом.

Я даже в темноте увидел, как мужика пробрала дрожь.

– Понимаете, господин барон, – его голос стал снова умоляющим, – Тайная канцелярия – это такое учреждение, из которого путь на волю может быть только вперед ногами.

– Это уж точно не мои проблемы. – Я сделал вид, что мне его излияния более не интересны.

– Арин, руководитель группы, имеет восьмой ранг, – заторопился мужичок, он вдруг понял, что пришло время заходить с козырей. – У нас их всего двенадцать, рангов этих, так что вы представляете, насколько он ценный сотрудник?

«И много знающий, – сделал я себе в уме отметку. – Это уже действительно интересно». Узнать побольше о самом таинственном аппарате государства, чтобы представлять себе реальные силы герцога, – это было весьма и весьма…

– Ваши условия. – Я снова сел на место.

– Пятьдесят кесариев в неделю, – быстро заговорил заморыш, – плюс гарантии, что меня не будут отправлять на тяжелые работы. Кроме того, – и это главное – полная неприкосновенность.

«Заморыш точно белены объелся, – мелькнула у меня мысль. – Ну и аппетит у него, столько бабла и главный советник официально не зарабатывает».

– Вы наняты, – сказал я противоположное своим мыслям, собственный шпион был мне необходим, а раз так, пока можно было ему и заплатить. – Завтра в это же время жду у себя. Я выдам вам деньги, а вы мне – информацию.

– Хотелось бы получить задаток, – даже в темноте было заметно, как алчно сверкнули его глаза.

«Мужик, здесь-то тебе деньги зачем?» – удивился я.

– Вот двадцать пять золотых, – я невозмутимо достал из кошеля золото и отдал ему. Монеты быстро исчезли у него за поясом. – Жду завтра в это же время.

Выждав на всякий случай час после ухода своего первого перевербованного соглядатая, я незаметно вышел из дома и отправился к шаману и орку, захватив по пути Дарина. Поступившей информацией следовало незамедлительно поделиться с ними.

О существовании третьей группы у себя в тылах я узнал от гномов. Все оказалось достаточно банально: часть гномов, которых предавшие меня старейшины не забрали с собой, специально оставили собирать информацию и гадить по мелочам. Из тех, кто ушли, а потом вернулись назад, двое оказались засланными старейшин гномов, контролировавших поставки продовольствия вниз.

Особо не веря в успех моего начинания, они тем не менее озаботились необходимой разведкой. Вычислить эту группу удалось довольно просто: поскольку голуби под землю не летали, орк принялся следить за теми, кто постоянно был в дальних дозорах, особенно в местах входа на тайные пути. Гномы почти не конспирировались, отправляя с посланиями, оставляемыми рядом с пещерами, одних и тех же информаторов.

Перевербовка прошла быстро и без особых заморочек, многие гномы, жившие и работавшие бок о бок со своими товарищами, работать на далеких старейшин и предавать своих соратников желанием не горели, стучали только из боязни наказания в случае разоблачения. Когда я объявил таким полную амнистию, эти подневольные с радостью сдали тех, кто действовал по убеждению и был предан старейшинам.

Получив от шпиона Валенсы информацию об устройстве Тайной канцелярии, ее отделах и взаимоотношениях между ними, я все больше склонялся к мысли, что агента с восьмым рангом следует немедленно нейтрализовать. Мой осведомитель был всего третьего ранга и болтался на служебной лестнице чуть выше обычных дознавателей, потому и мало что мог сообщить. Представляя себе возможности и способности сотрудника рангом много выше, я считал, что брать его следует осторожно и лучше всего сонным, чтобы не было таких забавных шуток, как ампулы с ядом, – агент мне нужен был живым.

«Похоже, в этом деле без Загияла не обойтись, – понял я после долгих раздумий. – Даже если брать агента во сне, да еще и подсыпав ему в еду или питье сонного зелья, все равно небольшая подстраховка на момент его пробуждения не помешает».

– Сидит тут, мечтает, а люди лазают по горам, как бараны, – раздался над ухом знакомый ехидный голос.

Я настолько погрузился в свои мысли, что не заметил, как ко мне подошли.

Увидев говорившего, я бросился к нему и стиснул в объятиях. Рон! В последние дни я уже так начал о нем волноваться, что хотел послать поисковую партию, только Совет старейшин был против, а мне не удавалось найти такие аргументы, которые бы их убедили. Волевого же решения я пока принимать не хотел, чтобы до поры до времени не показывать, что их власть – пшик на ровном месте. Поэтому все, что мне оставалось, – это молча переживать.

– Рон, живой! – я тискал нубийца, проверяя его на наличие новых дырок.

– Что ты меня, как девку, щупаешь, – притворно стал возмущаться он, – нету у меня ран, нету.

Я отпустил его и, улыбаясь во весь рот, еще раз осмотрел со всех сторон. Несмотря на то что лицо его стало еще более темным и сильно обветрилось, а одежда просто покрылась коркой грязи, сам он был невредим.

– Я рад, что ты вернулся, тут столько всего случилось, – мне хотелось быстрее рассказать ему обо всем, что произошло.

– И ты даже не посмотришь, кого я привел? – хитро улыбнулся нубиец.

– Ну пошли, похвастайся, – я не мог согнать с лица радостную улыбку.

Едва мы приблизились к поселку, я увидел, что там царил настоящий бедлам – люди бегали от дома к дому, отовсюду слышались галдеж, споры и ругань.

– Мало привели? – поинтересовался я у Рона, видя такую нервозность крестьян.

– Нормально, – ухмыльнулся он, – двести голов молодых яков, как ты сам их назвал.

– Но ты ведь не про них говорил? – поинтересовался я, пытаясь понять, кого он там привел.

– Нет, конечно. Сейчас сам увидишь.

Пригнанное стадо разместили рядом с поселком, и яки многоголосо мычали, пыхтели и всячески выражали свое отношение к происходящему. Вокруг них толпилось столько народу, что я понял – надо вмешаться, пока крестьяне не начали драться за животных.