Дочь полуночи - Карен Ченс

Когда Драко произнес имя брата, на его лице наконец-то появилось определенное выражение. Ненависть! Сила этой эмоции волнами разошлась по всей комнате. Моя голова загудела, словно в предчувствии надвигающейся бури. Я внезапно поняла, что, видимо, ошибалась насчет того, кто является главной целью Дракулы.

— Да, — медленно согласилась я. — Можно подумать, что у него имеется ангел-хранитель.

Физиономия Драко исказилась.

— Никакой ангел ему не нужен. Мирча всегда умел убедить других броситься ради него на мечи. Отец отослал к туркам нас с Раду, а его драгоценный наследник остался при нем, дома. Мирча жил князем, пока Раду, словно шлюха, отдавался мусульманам, выкупая себе путь на свободу, а меня пытали изо дня в день на протяжении долгих лет!

Теперь я не могла пожаловаться на его бесстрастность. Глаза Драко полыхали от нахлынувших чувств.

— Даже смерть была на руку Мирче, — выплюнул он. — Когда предатели-бояре прикончили его, он спасся благодаря тому самому проклятию, которое должно было его уничтожить!

Я посмотрела в полыхающие зеленые глаза и наконец-то поняла. То, что я принимала за безумие, больше всего походило на неукротимую, безудержную зависть. Но самое странное состояло в том, что я ощущала нечто похожее. Мирча, кажется, никогда не сомневался в том, что по праву занимал свое место в жизни. Он был потомком знатного рода и правителем сверхъестественного мира. Уверенность в себе окутывала папашу словно плащ, тогда как его незаконнорожденный отпрыск дрожал от холода.

— Он всегда падает на лапы, как кошка, — произнесла я, и далеко не вся горечь в моем голосе была наигранной.

— Только не в этот раз. — За долю секунды лицо Драко снова превратилось в непроницаемую маску.

Он смотрел на меня, сощурив глаза.

— Как это ни парадоксально, но у нас с тобой имеется кое-что общее, Дорина. Один и тот же человек слишком долго мешал нам жить. Тебя, презираемую и отверженную, он унизил, обрек на вечное одиночество, а меня из-за одной-единственной ошибки приговорил к жизни в вечных муках.

Мне ужасно хотелось спросить, о чем он говорил, но я закусила губу и сумела промолчать. Задавать Драко вопросы — рискованное дело. Нельзя угадать, когда ему наскучит отвечать и он начнет развлекаться иным способом.

— Я вовсе не жду, что ты рискнешь сразиться с ним, — сказал он. — Лишь прошу тебя свести обоих моих братьев в каком-то одном месте. Где-нибудь подальше от Сената и защиты этого их объединения. Остальное я сделаю сам. — Он на секунду задумался, переплетя пальцы, словно в плохой пародии на Шерлока Холмса. — Лучше всего подойдут частные владения, какое-нибудь уединенное место. Дом Мирчи в штате Вашингтон был бы в самый раз, просто идеально. Вокруг лес — очень похоже на нашу древнюю родину.

Разговор все больше приобретал сюрреалистический характер. Нас с Мирчей едва ли можно было назвать близкими людьми. Я неоднократно, вслух и при свидетелях, угрожала убить его, но первый раз за все это время кто-то воспринял мои слова всерьез.

«Неужели Драко думает, что я ненавижу Мирчу так же сильно, как он сам? Неужели дядюшка действительно позабыл Лондон или думает, что за прошедший век моя память так притупилась?»

Я подавила судорожную дрожь. Подобное вряд ли можно забыть. Хоть за век, хоть за вечность.

— Сомневаюсь, что это получится, — заметила я вежливо.

— Существуют какие-то затруднения? — поинтересовался Драко почти галантно.

— Именно так. Мирчи сейчас в Вашингтоне нет. Последний раз я видела его в Нью-Йорке несколько дней назад, но у меня сложилось впечатление, что задерживаться там он не собирался. В Вегасе его тоже нет. Он выполняет какое-то поручение Сената, не знаю, какое точно, но сомневаюсь, что папенька планирует оказаться дома в ближайшее время, поскольку идет война.

— Складно. — Драко на мгновение задумался. — А Раду?

Тут я не стала колебаться. Раду с компанией получил часа четыре форы, к тому же у него имелся эскорт, предоставленный Сенатом. Сказать правду означало бы, что проблема, как донести новость до Драко, была бы решена.

— Здесь тебе, вероятно, больше повезет. Раду как раз сейчас возвращается в свое поместье. Он предложил мне присоединиться к его отряду в качестве телохранителя, пока не наберет новых охранников вместо тех, которых ты уничтожил.

— Почему это он покидает гостеприимные объятия МОППМ именно теперь, зная, что я объявил на него охоту? — Драко проницательно посмотрел на меня. — Неужели ты думаешь, что я пошел бы за ним лично?

— Да, эта мысль приходила мне в голову.

«Этого отрицать нельзя. Всякое другое объяснение будет бессмысленным».

— Где находится это самое поместье Раду?

— Он ни разу не приглашал меня на обед, так что точно я не знаю. Но это где-то в Калифорнии. Там имеется старый винный завод, который Раду купил за бесценок в шестидесятые.

— Почему он думает, что будет там в безопасности?

«Здесь я тоже не могу сделать вид, будто не знаю причины. Если я телохранитель Раду, то не имею права избрать для него это убежище, не исследовав его и не убедившись в том, что оно выдержит нападение».

— Мирча — член Сената. У него множество врагов, а Раду всегда считался его слабым местом. Поэтому дом Раду защищают мощнейшие заклинания, почти такие же надежные, как в МОППМ, на тот случай, если кто-нибудь захочет навредить Мирче, используя его брата.

Драко не откинулся на спинку кресла, как сделал бы, расслабляясь, нормальный человек, однако он каким-то образом сумел выразить свое удовлетворение.

— Хорошо. Значит, Раду уверен в своей безопасности. Ты его охраняешь, поэтому запросто можешь выяснить особенности защитных заклинаний, затем сообщишь мне все, что удалось узнать, и устроишь так, чтобы оба моих брата оказались в доме одновременно.

Я заволновалась.

— Возможно ли это? Говорю же тебе, я понятия не имею, где сейчас Мирча. К тому же вряд ли он примчится туда по первому моему зову. Выяснить особенности заклинаний, наверное, можно, однако...

— Дорина, я могу найти другой способ миновать защитный барьер, — произнес Драко.

Он не представил мне своих друзей-магов, однако мы оба знали, что имелось в виду.

— Твои сведения всего лишь упростят процесс, но одними только заклинаниями ты не купишь свою жизнь. Легкую смерть — вероятно, но не более того. Мне нужен Мирча.

Я тяжело глотнула.

— Но какую причину я ему назову, если предположить, что мне удастся его разыскать? Он не вполне мне доверяет.

— Разумеется. Мой брат — далеко не дурак.

— Так ты же должен понимать, что это затруднит...

Движения я не заметила, даже не видела самого удара. До меня начало доходить, что я, наверное, задавала слишком много вопросов, когда мое тело с болезненным стуком врезалось в стену. Я соскользнула на пол по красивым бежевым обоям, и перед помутневшим взором возникла темная фигура.