Меня зовут Лис - Ли Виксен

– Их почти нет. Я видел десятки Уделов Мрака и лишь пару светлых. А я немало поездил по стране.

– А еще…

– Боги, у тебя когда-нибудь закончатся вопросы? – Атос метнул на меня гневный взгляд. Я, правда, уже привыкла к этому, и они меня не пугали. Я рассмеялась, а он хлопнул себя ладонью по лбу, признавая поражение.

– Ты ни разу не поправил Хиала. Он все время звал нас рыцарями.

– Для любого крестьянина с востока ты и будешь рыцарем, если у тебя меч. Списывай на недостаток образования. Спорить с ними нет смысла.

Я задумчиво потерла подбородок:

– А вообще в рыцари сейчас кто-нибудь посвящает? Я имею в виду, взаправду.

– Только Церковь Прощения. У них осталось это право еще от покойного короля. Раньше в рыцари посвящали еще при дворе, но теперь… Каждый претендент на престол в гражданской войне содержит свой двор и раздает титулы, в том числе и рыцарство, как пожелает. Взять хоть нашего Строгосса: чуть что, у него новые рыцари. Но никто к этим назначениям всерьез не относится, особенно сами получившие титул. Понимают, что их рыцарство растает, как только власть сменится.

– А храмовники?

– Тупые типы. Церковь никогда не примет в свое лоно бродяг вроде нас с тобой. Там звание покупают – в основном люди, которые не знаю какой стороной держать меч. А откуда такой интерес? Маленький Лис захотел получить титул?

– Нет. – Я все-таки почувствовала себя неловко. – Но ты был кое в чем прав. Я воспитана на книгах о рыцарстве и для меня это весьма доблестный символ. В легендах они всегда помогают невинным и слабым.

– То есть хочешь сказать, что спасать девушек ты вызвалась лишь ради благого дела? – Атос закатил глаза. – Зря я тебя послушал и ушел из легиона.

* * *

Уже темнело, и мы решили разбить лагерь. Дорога все еще была достаточно широка. Атос получил указания у старосты, как дойти до Крылатой пещеры. По его подсчетам мы должны были туда прибыть завтра к обеду. Место для привала нашлось отличное – словно сама природа отрезала кусок скалы и создала неглубокую выемку, куда не залетал ветер. Хворост я предусмотрительно собрала еще внизу, и теперь огонь разводила тоже я. Где-то вдалеке выли волки.

– Лис?

– Ммм? – я пыталась высечь искру, понимая, что даже с этим заданием справляюсь как-то паршиво.

– Ты расскажешь когда-нибудь свою историю? Откуда ты и как попала в легион.

Огниво выпало из рук, и я выругалась. В сгущающихся сумерках от Атоса как всегда оставались лишь сияющие белки глаз, да посверкивающие при разговоре белые зубы.

– Я знаю, что ты из замка, но не дворянка. Однако ты умеешь читать и похоже, прочла немало. Ты же понимаешь, что учеба – это роскошь в Королевстве. Я начинаю сомневаться, что твой отец в самом деле был оружейником. – Он немного помолчал. – Я бы не хотел, чтобы ты мне снова врала.

Солнце скрылось за горой, и в темноте раздался удар камня о камень. Отличнейшая искра подожгла сухой мох. Теперь уже с первого удара.

– Я на самом деле дочь оружейника. Я не врала тебе. И да – у меня есть образование, которое лучше, чем обычно получают люди моего сословия. Еще я играю на клавесине и умею вальсировать. И различаю до тридцати видов бальных платьев. Это все, что я могу тебе рассказать. Вопросы есть?

– Что такое клавесин?

Я тихо рассмеялась и начала распаковывать еду, что мы взяли с собой. Атос задумчиво протянул:

– Я серьезно. Если я найду его тебе – ты сыграешь?

* * *

Мы следили за этой нелепой сценой уже минут десять. С безопасного расстояния, разумеется. Все-таки волки.

Животные сидели полукругом и выжидающе смотрели на вершину чахлой сосенки, может метра три с половиной. Никто из них не пытался запрыгнуть на низкое дерево, поэтому хищники выглядели скорее скучающими. На верхушке сосны печально висел человек с копьем. И с такой же безысходностью, как и у волков, он смотрел на них сверху.

– Знаешь, пора уходить, Лис. Мы на это уже столько времени потратили.

– Да ты прав, пора потренироваться. У нас сегодня еще битва с чудовищами по расписанию.

Мы, посмеиваясь, направились в другую сторону, туда, где предположительно должна была находиться пещера. Дорога как раз раздваивалась: по левую руку оставался незадачливый путник и подстерегающие его волки, по правую – куда мы и направлялись – расстилалось ущелье. Где-то там среди олейника, репья и густой травы был скрыт путь в Крылатую пещеру. Не успели мы сделать и пары шагов, как до нас донесся жалобный крик:

– Господа, не могли бы вы помочь?

– У тебя же копье, дуралей. – Атос сложил ладони около рта, чтобы его крик долетел до человека на дереве. Но волков эта перекличка похоже не сильно волновала. – Если ты не знаешь, я тебе скажу – именно это оружие дает в бою преимущество за счет радиуса поражения. Просто ткни их острым концом.

– Я пытался. – Голос мужчины звучал жалобно и слезливо. – Один из них чуть не вырвал мое копье. Так что я предпочту отсидеться вместе с копьем наверху.

– Ну, тогда удачно оставаться. Мы спешим. – Атос развернулся и начал седлать коня, привязанного к дереву неподалеку.

– У нас мясо закончилось, – протянула я, просительно взглянув на своего товарища.

– Волчатина невкусная. Или ты про человечину? – Атос нахмурился. – Или ты опять пытаешься творить добро из чистых побуждений?

– Вроде того. – Я широко улыбнулась. Магические свойства моей улыбки не подкачали. Когда-то моя мать сказала, что это единственное, что делает меня из просто симпатичной девочки настоящей красавицей. На щеках выступают ямочки, а глаза начинают искриться. В те времена я и правда много улыбалась.

Сейчас же это было больше похоже на оружие. Я улыбалась Атосу – он хмурил густые брови, тихо ругался, потом смотрел на меня как на бездомного щенка, и делал то, о чем я просила. Я не улыбалась ему слишком часто, чтобы не выработать у него привычку не обращать на мою уловку внимания. Но человек на сосне мог сидеть там слишком долго.

– Проклятье забери твою душу! Чего ты зубоскалишь? – Атос отвел взгляд, но я нарочно улыбалась достаточно долго, чтобы, когда он поднял лицо, то снова увидел все мои тридцать два зуба. – О боги, ты издеваешься. А как же демоны?

– Они подождут, – сообщила я, доставая свой надтреснутый меч из ножен и направляясь к сосне. – Сейчас наделаем волчьих шапок.

Волков мы распугали в считанные минуты. Бо́льшая часть из них была хилыми и больными тварями, которых даже убивать-то было жалко. Парочка более сильных кинулась на нас, но даже я, с моим несовершенным стилем, легко расшвыряла зверей. Из чувства солидарности я дала Атосу пару минут погоняться за волками и удовлетворить свою обиду на неожиданную остановку, а сама между тем смотрела, как человек спускается с дерева.