Последняя битва - Роберт Энтони Сальваторе

— И что за дело?

Король, как ему показалось, хотел было ответить, но внезапно махнул рукой.

— Думаю, все уладится, и достаточно скоро, — сказал он. — Если аббату Олину потребуется моя помощь, что же… Я прибуду к нему.

— Даже на твоем замечательном коне потребуется больше месяца, чтобы добраться до Энтела.

— Существуют способы заставить скакуна двигаться намного быстрее, — ответил Эйдриан. — С помощью магических камней можно влить в Дара энергию других лошадей. Он уже доказал свою восприимчивость к этому.

— Ну хорошо — пару недель.

— Никуда не денешься, если мое присутствие там будет необходимо. Хотя, надеюсь, до этого не дойдет.

— По крайней мере, ты можешь не волноваться из-за того, что оставляешь здесь, — сказал монах. — Два самых больших города уже в наших руках. Вскоре Калас выступит на запад и закрепит за нами большую часть страны.

Эйдриан кивнул, и Де'Уннеро встал, собираясь уйти. Ему еще предстояло много возни с захваченными в плен братьями аббатства Сент-Прешес. Некоторые из них вроде бы склонялись к сотрудничеству, но большинство, как и следовало ожидать, проявляли упрямство.

— Если я отправлюсь в Хасинту, то без тебя, — сказал Эйдриан ему в спину. Де'Уннеро повернулся и посмотрел на молодого короля, снова удивившись его тону. — Я не могу оставить герцога Каласа одного, без присмотра.

Это прозвучало логично, но… не слишком убедительно.

— Лично меня интересует только одно путешествие — на восток, — заверил Эйдриана монах. — К вратам Санта-Мер-Абель, где я смогу начать наконец необходимые реформы абеликанской церкви.

Он повернулся, собираясь уйти, но король снова заставил его остановиться, добавив:

— Вот что еще… Я хочу, чтобы Садья отправилась со мной.

Де'Уннеро застыл на месте. Ему припомнились все взгляды, которые Садья бросала на Эйдриана на протяжении последних нескольких дней — нет, что там, последних нескольких недель! По возрасту она была гораздо ближе к молодому королю. И монах понимал, что именно привлекало певицу и вызывало ее восхищение. Она любила силу, любила опасность. Она оказалась в объятиях Де'Уннеро только потому, что ее возбуждала сама мысль иметь дело с таким опасным созданием, как тигр-оборотень. Именно это подогревало ее страсть, и разве могла такая женщина не потянуться к Эйдриану Будабрасу? Он молод, хорош собой, он непревзойденный воин. Он король, и скоро его влияние распространится на весь мир! И этот мальчик опасен, очень опасен. О да, Де'Уннеро теперь отчетливо понимал это. Эйдриан — невероятно опасный человек, чьи уверенность и могущество возрастают с каждым днем.

Монах медленно повернулся и посмотрел на того, кто совсем недавно был его учеником.

— Ты хочешь, чтобы Садья оставила меня и поехала с тобой?

— Вот именно.

Это прозвучало сухо, даже прозаично. Но у Де'Уннеро не было сейчас настроения ссориться с Эйдрианом.

— Ты же знаешь, я не могу обойтись без вас обоих, — медленно сказал он. — Существует еще одна маленькая проблема. Я оборотень.

— Я сделаю так, что ты сможешь полностью сдерживать тигра внутри себя, — пообещал король. Де'Уннеро прищурил глаза, не сводя с него взгляда. — Это в моих силах. Зверь утратит над тобой власть, потому что я объясню тебе, как обращаться к человеческой стороне собственной натуры. И научу с помощью магического камня сохранять нужный уровень самообладания.

Монах не отвечал. После долгой паузы Эйдриан заговорил снова.

— Я предлагаю тебе свободу. Предлагаю стать полностью независимым от меня.

Ошеломленный Де'Уннеро по-прежнему молчал.

— Рано или поздно это должно было случиться, тебе не кажется? В конце концов, я не смогу неотлучно сидеть при тебе в Санта-Мер-Абель, после того как аббатство станет нашим, а ведь ты наверняка захочешь править абеликанской церковью именно оттуда. К тому времени, когда мы победим, ты сам должен научиться держать хищника внутри себя в узде.

— И взамен я должен уступить тебе женщину, которую люблю?

Молодой король пожал плечами. Де'Уннеро понял, что в данный момент он не готов к схватке. Это было всего лишь прощупыванием почвы.

— В конце концов, она сама вправе выбирать путь, по которому идти, — уронил Эйдриан.

— Она уже сделала выбор, — ответил монах и снова повернулся к двери.

— И что за жизнь ты можешь предложить ей в Санта-Мер-Абель? — спросил Эйдриан, скорее всего, просто чтобы лишний раз причинить боль Де'Уннеро.

Потому что, в самом деле, что за жизнь ожидает Садью, запертую в мрачных стенах аббатства?

Ответа на этот вопрос монах не знал. Он уже вышел из комнаты, однако голос Эйдриана догнал его и за дверью.

— А я предложу ей весь мир, — дерзко крикнул вслед Де'Уннеро молодой король. — Весь мир!