Сын Звездного Человека - Андрэ Нортон

– Я – Форс из клана Пумы из племени Айри в Горах, что Дымятся. Из-за того, что руки его были связаны, он не отдал честь свободного человека командиру всех этих палаток. Но он не повесил голову и показал, что считает себя абсолютно равным любому на этом собрании.

– Я об этом Айри никогда не слыхал. И только далеко скачущие разведчики видели когда-нибудь горы, что дымятся. Если ты не одной крови с темнокожим, то почему ты идешь с одним из них?

– Мы боевые товарищи – он и я. Мы вместе дрались с Чудищами и вместе пересекли Землю Взрыва...

При этих словах на лицах у всех троих появилось выражение недоверчивости, а тот, который был в белом плаще, рассмеялся. На его смех мгновение спустя откликнулся и Верховный Вождь, а затем этот смех подхватили все, и по всей палатке загрохотал насмешливый хохот.

– Теперь мы знаем, что язык, находящийся в твоем рту, крив. Потому что на памяти людей – наших отцов и отцов наших отцов, и их отцов до них, никто не пересек Землю Взрыва и не дожил до того мгновения, чтобы похвастаться этим. Та территория проклята, и страшная смерть ждет того, кто рискнет сунься туда. Теперь говори правду, лесной бродяга, или же мы будем считать тебя столь же отвратительным, как Чудище, и годным только для того, чтобы выпустить твою жизнь острием пики – и говори быстрее!

Форс зажал свой мятежный язык между зубами и держал его так, пока не спала горячка первого гнева. Потом он взял себя в руки и ровным тоном ответил:

– Называй меня, как тебе угодно, Вождь. Но, каким бы богам вы не поклонялись, я поклянусь ими говорить только правду. Наверное, за годы, прошедшие с тех пор, как отцы отцов наших отцов заходили на Землю Взрыва и гибли там, произошло уменьшение заражения и...

– Ты назвал себя горцем, – перебил его Белый Плащ. – Я слышал о людях с гор, что забираются в пустые земли, чтобы вновь обрести утерянные знания. Эти говорят правду и не рассказывают сказок. Если бы ты был из их породы, тогда ты должен показать звезду, которую они носят при себе как знак их признания. Тогда бы мы с радостью приняли тебя по обычаю и закону...

– Я с гор, – мрачно повторил Форс. – Но я не Звездный Человек.

– Только отверженные и скверно живущие забредают так далеко от своих собратьев по клану, – эти слова произнес Черный Плащ.

– И они находятся вне защиты закона и являются мясом для боевого топора любого человека. На этих людей не стоит зря тратить время...

«Сейчас... сейчас он должен испробовать свой единственный аргумент».

Форс посмотрел на вождя в упор и перебил его древней-предревней формулой, которой научил его отец много лет тому назад.

– По праву огня, воды, мяса и палатки, мы притязаем теперь на убежище под знаменем этого клана – мы ели ваше мясо и утолили жажду здесь в этот час!

В огромном шатре воцарилась внезапная тишина. Все гудение, перешептывание замерло, и когда один из часовых переступил с ноги на ногу так, что рукоять его меча ударилась о рукоять другого. Этот звук прозвучал громом.

Верховный Вождь засунул большие пальцы за свой широкий пояс, и теперь барабанил по коже кончиками пальцев, выбивая дробь нетерпения. Черный Плащ неохотно сделал шаг вперед и сделал знак часовому. Сверкнул нож, и кожаные ремни упали с их онемевших рук. Форс растер запястья. Он выиграл первый раунд, но...

– С того часа, как в эту ночь разожгут костры и до надлежащего часа вы – гости. – Вождь повторил эти слова так, словно они вызывали горечь, и его рот искривился. – Против обычая мы не идем, но, – заверил он, – когда кончится время милости, мы сведем с вами счеты...

Теперь Форс осмелился улыбнуться:

– Мы просим только того, что наше по праву обычая, Вождь и Капитан многих палаток, – и он, как положено, отдал честь обеими руками.

Глаза Верховного Вождя сузились, и он махнул рукой двум своим сородичам.

– По обычаю эти двое будут вашими опекунами, чужаки. Этой ночью они о вас позаботятся.

Таким образом, они вышли из шатра Совета свободными, пройдя сквозь толпу к другому, меньшего размера помещению со стенами из шкур. На темных шкурах, из которых был сделан шатер, были нарисованы разные символы. Форс в свете костров смог разглядеть их. Некоторые из них он хорошо знал. Две змеи, обвившиеся вокруг посоха – это был знак целителя. А эти весы – они обозначали правосудие, равное для всех. Жители Айри тоже пользовались этими эмблемами. Округлый шар с цветком пламени, вырывающимся из его вершины, был новым символом, но Эрскин издал удивленное восклицание, остановившись и показав на пару раскинувшихся крыльев, поддерживающих заостренный предмет между ними.

– Это... это же знак Древних, которые были летающими людьми. Это знак вождя моего родного клана!

При этих словах степняк в черном плаще быстро обернулся и с некоторой яростью спросил:

– Что ты знаешь о летающих людях, ты, ползающий в грязи?

Но Эрскин улыбался, его избитое лицо просветлело, и он гордо поднял голову.

– Мое племя пошло от летающих людей, пришедших отдохнуть в пустыни юга после великой битвы, сразившей большинство их машин в воздухе и спалившей на земле поле, с которого они взлетели. Это наш знак, – он почти любовно коснулся кончика вытянутого крыла. – Сейчас Нат Аль-Сал, наш Верховный Вождь, все еще носит на шее такой же знак, сделанный из сверкающего металла Древних, каким он перешел из рук его отца и отца его отца и так далее, вплоть до первого и самого великого из Летающих Людей, вышедших из чрева мертвой машины в день, когда они нашли убежище в долине нашей маленькой речки!

В то время, как он говорил, ярость исчезла с лица Черного Плаща.

Теперь это был печальный и озадаченный человек.

– Вот так достаются новые знания – кусочками и обрывками, – медленно проговорил он. – Входите.

Но Форсу показалось, что Хранитель Анналов степняков стал гораздо приветливее. Он даже придерживал руками откидную дверь, словно они и впрямь были почетными гостями, а не пленниками, получившими лишь временную передышку.

Оказавшись внутри шатра, они с любопытством огляделись вокруг. По центру тянулся длинный стол, сделанный из полированных досок и установленный на вбитых в землю кольях, а на нем упорядоченными кучками лежали вещи, которые Форс видел во время своих редких посещений Звездного Зала. Выдолбленный камень для хранения и растирания растений, используемых для приготовления лекарств. Поперек этого камня лежал пестик. Ряды ящиков и кувшинов – это были вещи целителя. Сушеные пучки листьев и прутьев, ровными рядами свисавшие со шнура, натянутого вдоль опорного шеста, тоже принадлежали ему.