Праймашина - Вадим Панов

– Заброшенная, говоришь, дорога? – Карлос хлопнул себя по лбу, прикончив очередного комара, нахально возжелавшего испить благородной крови, и негромко выругался. – С живностью здесь точно все в порядке.

Чем дальше в Пущу, тем крупнее становились кровопийцы, и напоминали они теперь не насекомых, а маленьких летучих тварей, порожденных загадочной Чудью.

Впрочем, возможно, так оно и было.

– Когда вернусь в Гридвальд, заставлю ученых придумать отгоняющую комаров прайм-смазку. Хоть какой-то прок будет от этих дармоедов.

– В Пуще много заброшенных дорог, – негромко произнесла Егоза.

Замечание насчет смазки Шахмана проигнорировала – нытье Карлоса, с большим трудом переносящего трудности похода, ей давно приелось. Слово «Гридвальд» пропустила мимо ушей, потому что душу травить не хотела: вернутся они домой или нет – большой вопрос. Вот и поддержала замечание насчет дорог, исключительно для того, чтобы хоть что-то сказать, чтобы не покачиваться на медленно бредущих лошадях в полной тишине.

– И куда они ведут? – немедленно поинтересовался Карлос.

– Никуда.

– Почему?

– Потому что заброшенные.

Ответ Шахманы прозвучал весомо и законченно. С точки зрения Героя, конечно, не привыкшего забивать голову всякой ерундой. Натыкаясь на мощенные камнем, но давно разбитые и поросшие травой тракты, внезапно начинающиеся и столь же внезапно заканчивающиеся, Герои не утруждали себя разведкой – зачем? Если дороги были расположены удобно – пользовались ими, если нет – просто проезжали мимо.

– Но они не могут никуда не вести!

Егоза неопределенно пожала плечами, всем своим видом показывая, что вопрос ее не особенно волнует, но юноша не унимался:

– Не знаешь или не хочешь говорить?

– По большей части эти тракты никуда не ведут, в болото утыкаются или чащу глухую. – Героиня помолчала. – Ураган как-то говорил, что все заброшенные дороги сходятся в центре Пущи, но так это или нет, никто не знает.

– Никто не ездил?

– Из наших – никто.

– Из Героев?

– Да.

Отвечая, Шахмана подумала, что Карлос, как ни странно, сумел почувствовать ее фразу и сразу определил, что под «нашими» девушка имела в виду не гридийцев, а гридийских Героев. Они были для нее своими в первую очередь, и только они.

«На то он и лорд, чтобы все понимать».

«Он слишком молод!»

«Но он уже лорд, иначе я ни за что не отправилась бы с ним в это безнадежное путешествие».

– А люди по заброшенным дорогам ездили?

– Рассказывают, что да.

– И?

– Люди врут, – усмехнулась Егоза.

– Почему?

– Что им еще остается?

Маленьким, хрупким и слабым, неспособным противостоять опасностям, что подстерегают в огромной Пуще.

– Искать правду. Проявлять любопытство. Просто – искать, – неожиданно резко ответил Карлос. – Врать? Да, иногда они врут, но вранье тех, кто побоялся дойти до конца дороги, лишь раззадоривает остальных. Раз дошли эти, значит, и у меня получится! Вот так думают люди, слушая лживые рассказы, а потом пускаются в путь и достигают цели. Да! Достигают цели благодаря вракам, понимаешь? Узнают правду, потому что в какой-то момент им стало интересно пойти вперед. Потому что захотелось узнать, куда ведут неведомые дороги. Люди врут, Шахмана, это так, но потом поднимаются и отправляются в путь.

А вы, Герои, убаюканы своей силой.

Последнюю фразу юноша не произнес, но она прозвучала. И резанула Шахману острым клинком истины.