Эон. Возвращение заклинателя - Элисон Гудман

В памяти всплыл нечеткий образ женщины, выводящей палочкой какие-то символы на песке. Она обнимала меня за плечи. Моя мать? Я отпустила воспоминание и села ровно. Лорд-заклинатель не имеет ничего общего с женским письмом. Или женскими мыслями и страхами.

– Расскажи мне о лорде Чионе, – попросила я.

Леди Дела взяла свиток и спрятала в рукав, ни капли не удивившись резкой смене темы.

– За ним следует присматривать. Дракон-змея – покровитель проницательности, и сам лорд Чион на редкость умен.

Я посмотрела в его сторону. Со своего места я видела лишь длинную руку, баюкающую чашу вина. Если лорд Чион умеет распознавать ложь, мне лучше держаться от него подальше.

– И кому принадлежит его верность?

Леди Дела кивнула в сторону лорда Идо.

Дальше сидел лорд Драм, заклинатель Лошади. Леди Дела открыла веер и с преувеличенным рвением помахала им перед лицом. Дракон-лошадь считался покровителем страсти, поведала она с придыханием, и лорд Драм весьма серьезно относился к своему делу. Я мельком увидела его оживленное лицо, когда он откинулся на своем стуле и рассмеялся. Лорд Драм выглядел энергичнее других, хотя ему недоставало мощи лорда Идо.

– Человек императора, – прибавила леди Дела, – но толку от него особого нет, так как он не пользуется уважением прочих заклинателей.

Подали следующую перемену: приготовленную всеми мыслимыми способами курицу и большие чаши дикого риса. Я ковырнула куриную ножку, обжаренную в кляре. Желудок был уже так переполнен, что тошнота превратилась в боль. Диллон тоже перестал есть, но продолжал пить вино каждый раз, как слуга подливал напиток в его кубок.

– Знаешь, я никогда прежде не ел гребешков, – сказал он. – Или омаров. Мне не понравился омар. А тебе? Мне вот ни чуточки. – Диллон явно с трудом фокусировал взгляд на моем лице.

– Его вкус очень насыщенный и богатый, – ответила я.

Диллон обрадовано закивал:

– Богатый. Точно. Все богатое. – Внезапно он хихикнул. – Мы богаты.

Леди Дела постучала веером по моей руке:

– Посмотри. Вон там.

Четверо музыкантов, согнувшись, выбежали в центр зала в сопровождении двенадцати мужчин, одетых в костюмы двенадцати небесных животных. Знаменитые драконьи танцоры – я слышала о них, но они никогда не выступали за пределами дворца. Изображавший Зеркального дракона танцор поклонился мне; его тщательно продуманный наряд был усыпан серебряными бусинами, имитировавшими драконью чешую, и заканчивался длинным хвостом.

Первые звуки флейты затрепетали в воздухе, и все разговоры разом смолкли. Танцоры принялись двигаться, принимая позы и копируя поведение своих животных. Они изображали весь двенадцатилетний цикл, пытались танцем рассказать о священном долге заклинателя, который клянется защищать и кормить страну и ее народ. Я ахнула, когда танцоры с помощью серебряных лент изобразили дождь, а потом принялись менять течение «рек», встряхивая полосы синего шелка, и останавливать «ветер» из прозрачного муслина. Затем артисты по очереди принялись подскакивать, показывая в воздухе охраняемые драконами добродетели. Когда настал черед танцора в красном, к нему присоединился еще один в похожем костюме. Артисты схватили друг друга за руки и подпрыгнули вверх, идеально копируя позу партнера. Истина. Мой дракон являлся хранителем истины. Какая ирония. Я неловко поерзала.

Когда представление закончилось, публика разразилась криками и аплодисментами. Я вместе со всеми топала ногами – таким нехитрым образом мы выражали свое восхищение. Пол под танцорами трясся. Они поклонились и выбежали прочь, а слуги принялись тихо разносить первую перемену сладостей. Булочки в тростниковом сиропе, сладкие орехи, сливы в сахаре, медовые соты, свежие ягоды, небольшие кексы и круглые сладкие пирожки.

– Мед! – завопил Диллон, схватил капающие соты прямо с подноса и помахал ими передо мной: – Смотри, Эон! Мед!

Раздался громкий треск – кость ударилась о кость. Голова Диллона резко запрокинулась.

– Ты забыл свое место, адепт, – прошипел лорд Идо со все еще поднятой рукой. Толстая голубая вена пульсировала в центре его лба.

Диллон скрючился на стуле:

– Простите, мой лорд, Простите. Прошу, простите.

– Не извиняйся передо мной. Проси прощения у лорда Эона.

Диллон повернулся ко мне и низко поклонился:

– Мой лорд, простите меня.

Я уставилась на его бледную шею и маленькие уши. Со склоненной головы на пол капала кровь, смешанная с медом, он по-прежнему держал в руках соты. Леди Дела подтолкнула меня в спину.

– Ничего страшного, – поспешно заверила я.

– Принесите тряпки, вытрите здесь, – приказал лорд Идо одному из слуг. – А ты, – ткнул он пальцем в плечо Диллона, – сиди смирно и не позорь меня больше.

Лорд размял пальцы, смягчая боль в костяшках. К нему поспешно подошел евнух и подал влажное полотенце.

– Мальчишке! – рявкнул лорд Идо, отпихивая полотенце к Диллону. – Дайте его мальчишке. – Затем прижал ладонь ко лбу и подал знак евнуху, отвечавшему за этикет. – Мне нужно на воздух, – произнес он сквозь сжатые зубы.

Евнух поклонился и принялся расчищать лорду путь.

Лорд Идо встал, кивнул мне и леди Деле, а потом низко поклонился императору. Он попятился из зала, не обращая внимания на попытки других заклинателей заговорить с ним.

– А он все легче и легче взрывается, – задумчиво произнесла леди Дела.

Совсем юный евнух из гарема упал рядом с ней на колени, ожидая разрешения вручить послание. Леди Дела вздохнула:

– Дай угадаю. Леди Джила хочет поговорить со мной перед тем, как я представлю ее поэму.

Евнух кивнул, безуспешно пытаясь скрыть улыбку.

– С вашего позволения, лорд Эон, – сказала леди Дела, подбирая одной рукой подол и собираясь встать.

– Конечно.

Я повернулась обратно к Диллону и коснулась его плеча:

– Давай, вытрись.

Он прижал полотенце к ссадине над глазом.

– Я забыл, – признался он, словно про себя.

– Столько вина никому на пользу не пойдет. – Я отвела его руку в сторону и осмотрела рану. – Кровотечение остановилось.

– Все это… Это все не так… – Он осекся и бросил испуганный взгляд в сторону места, где сидел лорд Идо, но тот уже покинул зал.

– Просто? – подсказала я. – Но это лучше, чем остаться за бортом, правда?

Диллон печально улыбнулся:

– Когда я коснулся жемчужины Дракона-крысы и почувствовал эту силу… я словно держал весь мир на ладони. – Он посмотрел на меня с прояснившимся от восхищения лицом. – Ты знаешь, как это.

Я улыбнулась в ответ:

– Знаю.