Танец демона - Светлана Зимина

Я усмехнулся:

– Позвольте считать это комплиментом, ваше величество.

– Позволяю. – Голос его был абсолютно невозмутим. – Как вам понравился наш гид?

– Как вы изволили заметить, я молод, ваше величество, – поклонился я. – А молодости присуще тянуться к столь же молодым. Я благодарен за такого гида.

Император чуть склонил голову, разглядывая меня:

– Мы были очень удивлены, когда в качестве посла прибыл именно повелитель Иллюзий. Насколько мне известно, вас назначили послом в самый последний момент. Неужели с предыдущим послом случилась какая-то неприятность?

Я покачал головой:

– Не совсем. Он жив и здоров, ваше величество. Но некоторые события в нашей империи заставили нас пересмотреть кандидатуру посла.

– Что же за события? – поинтересовался император. – Надеюсь, они никак не касаются Крина?

– Вынужден разочаровать, очень даже касаются. – Я извлек из-за пазухи конверт c печатью, наложенной самим императором Сураном. – Здесь содержатся некоторые пояснения, ваше величество.

Рубин принял послание, не приближаясь ко мне, – конверт легко спланировал ему на ладонь. Я неодобрительно качнул головой.

– Что-то не так?

Я снова поклонился:

– Ничего страшного, ваше величество. Просто некоторые различия в традициях. К императору Сурану письмо перешло бы через одного из телохранителей. Слишком велика опасность отравления посредством таких вот конвертов.

Рубин усмехнулся:

– Император Суран чересчур осторожен.

Я чуть наклонил голову, показывая, что мнение императора – это мнение императора. Но не думаю, что Рубину понравятся новости, изложенные в письме. Он ведь тоже когда-то был хранителем и стражем Стены, за которою запечатаны Изначальные.

Император Крина вскрыл конверт и погрузился в чтение. Читал он долго. Очень долго. Намного дольше, чем требовалось для чтения трех строк, что там были. Я эти строки помнил наизусть:

«Две утечки. Одна уничтожена. След второй ведет к тебе. Суран».

В зале царила почти мертвая тишина.

Рубин сжал кулак, сминая бумагу, которая вспыхнула между его пальцами и осыпалась пеплом на пол. Похолодевший голос императора вопросил:

– Лорд Янус, вы в курсе того, что написано в письме?

– Да, ваше величество, – спокойно отозвался я. – Второе предложение касается меня напрямую.

– Вы прямо напрашиваетесь на личную аудиенцию, – тихо заметил он.

Я молчал.

Император рассматривал меня как какой-то особый экземпляр редкого животного. Он отряхнул руку от остатков пепла:

– На сегодня все. Я сообщу вам, когда мы увидимся вновь.

Рубин задумчиво смотрел на закрывшиеся за лордом Янусом створки дверей. Из-за спинки трона выступила гибкая фигура.

– Что скажет моя герцогиня?

Горгона коснулась своих идеальных губ длинным пальцем с черным ногтем, больше похожим на коготь:

– Очень опасен. И не только как фехтовальщик. Он как огромная змея. Кажется медлительным и ленивым. Но когда его стремительные кольца сомкнутся вокруг твоего тела, выжимая кровь и дробя кости, будет уже поздно исправлять свою ошибку. Что было в письме, мой господин?

Император прикрыл глаза и промолчал, словно не услышав последнего вопроса. Придворные напряженно ждали вердикта. Наконец алые глаза открылись и нашли в толпе нужную фигуру.

– Лорд Горечь.

– Да, мой повелитель, – выступил воин.

– Завтра вечером я хочу видеть Януса на аудиенции в моем кабинете. Проследи, чтобы этот нахал дожил до того времени.

Горечь, уже пожилой по меркам кринитов воин и аристократ, поклонился, пряча недовольный блеск глаз. Приглядывать за молокососом из враждебной империи, которая еще и умудрилась победить в последней почти бескровной битве... Воин полагал, что лучшим выходом было бы просто прибить этого ублюдка так же, как когда-то его родителей, и начать наконец войну.

– Знаю, о чем думаешь, – поднялся император. – Но сейчас еще не время. Это касается всех. – Его тяжелый взгляд пробежался по толпе придворных. Многие демоны отвели глаза. – Леди Горгона, – обратился Рубин к своей герцогине, – вы со мною?

– Как всегда, ваше величество, – поклонилась дама. – Вы можете во мне не сомневаться. Я ваша покорная слуга.

Рубин стремительным шагом пересек тронный зал. Чуть в шаге от него скользила герцогиня.

Лорд Горечь вышел буквально через мгновение после своего повелителя и его дамы, чтобы успеть избежать фальшивых сочувствующих замечаний и советов от остальных.

Он появился возле апартаментов посла Темной империи уже через два часа. На пороге его встретил низший со змеиными зрачками.

– Чем могу служить, высокий лорд? – Бес преградил ему путь.

Горечь окинул взглядом нахала, осмелившегося преступить ему дорогу. Подтянутый воин с плавными, о многом говорящими понимающему взгляду движениями. Холодные глаза, на дне которых видно нечто дикое. Этот низший, видимо, из диких бесов. И служит по своей воле. Интересный тип этот лорд Янус, если умудрился взять такого на службу...

– Я к твоему господину. От императора Рубина.

Бес окинул его оценивающим взглядом и отступил на шаг вправо, чтобы пропустить лорда.

Воин вошел в апартаменты и наткнулся на следующего беса. Судя по знакам различия, этот был личным адъютантом имперца.

– Лорд Горечь? – заинтересованно склонил голову низший.

Дождавшись утвердительного кивка от удивленного демона, который и не предполагал, что его здесь ждут и знают, кто он такой, приглашающе взмахнул рукой:

– Следуйте за мною. Повелитель вас ждет.

Демон, стоящий на пороге, оглядывал мой временный кабинет с любопытством. Наконец он посмотрел на меня:

– Откуда вы узнали, что император приставит к вам именно меня?

Я вздохнул:

– Вы, криниты, предсказуемы. Слишком придерживаетесь традиций, которые перенесли еще из времени до раскола. И из-за этой неудержимой тяги к старым временам становитесь предсказуемыми в простейших поступках в настоящем. Вы единственный демон-лорд, который знал обоих моих родителей и остался в живых. Если принимать во внимание жесткие иерархические рамки Крина, в которых воспитывается ваша молодежь, ничего удивительного, что император сделал поспешный вывод, будто у нас то же самое. И я, скорее всего, должен быть похож на моего отца или мою мать.

– Это не так? – Горечь смотрел на меня с плохо скрываемой иронией.

– Родители были убиты, когда я был мальчишкой. Меня просто некому было воспитывать на примерах и в определенных рамках. Но вы пришли не разбираться в загадках воспитания, насколько я понимаю. Вам ведь приказано помочь мне дожить до аудиенции у императора. То есть до завтра как минимум.