Когда придёт весна - Татьяна Серганова

— Она очень мало видела, большую часть пряталась и боялась, ожидая, что за ней придут. Но кое-что рассмотреть смогла. Это были люди. Существа, похожие на людей.

Мне совершенно не понравилась эта оговорка, было в ней что-то жуткое. Я передёрнула плечами. Дарен, который сидел рядом, тут же приобнял за плечи, пытаясь согреть. И ни от кого из присутствующих не укрылось это движение, но комментировать не стали.

— Они очень высокие и худощавые, словно скелеты, обтянутые кожей, — продолжил Обсидиан. — Гибкие и светлокожие. Волосы длинные и русые с зеленоватым отливом. Глаза впалые и почти белые. Я никогда таких не видел, даже упоминания нигде не встречал.

— Но тогда кто это может быть? — это Хват. Было видно, что и Зверолову, как и нам, не по себе от рассказа мужчины.

— У меня только один вариант — новый вид, племя или род. Те, кто пришли из-за заболоченных земель. И это ещё не всё. Кто бы это ни был, они практически не реагируют на магию. Точнее реагируют, но не на всю.

— В каком смысле? — удивился Тайфун.

— В воспоминаниях беглянки был такой момент. Один из жителей, мальчишка лет тринадцати, еще не инициированный, но уже обладающий небольшой силой, выйдя вместе с остальными за контур, очнулся и пытался остановить этих существ, бросая проклятья. Простенькие, но действенные. Так вот они не сработали. Совсем. Те твари даже не остановились.

— Но разве такое возможно? Проклятьям подвержены все, даже Перевёртыши, — заметил Солод.

— Получается не все.

— Может у них какие-то щиты есть или блокировки? — спросил Хват.

— Может быть.

— Но тогда как с ними бороться? — это Дарен.

Ему, наверное, сейчас было тяжело. Мы с Тарком уйдём, а боевику придётся лично сражаться с этими тварями.

— Мечом, топором и арбалетом, — ответил Красный, доставая тесак. — То есть в рукопашную. Что скажешь, студент, готов пустить кишки белым?

Дарен промолчал.

— Зачем они забрали людей, что с ними стало? — я повернулась к куратору. — Они их убили?

— Я думаю, что угнали в рабство. Поэтому наши стандартные магические ловушки могут не сработать. Я даже не уверен, что они вообще сюда вернутся. Что хотели, болотники получили.

— Значит, пойдём искать их сами, — оскалился лысый Зверолов. — Сколько тут до болот, километра три-четыре?

— Около того. Но для начала отправим ребят домой. Готовьте артефакт.

— Но ведь они не смогли пройти через защитный контур? Значит, он их остановил, а это тоже магия, — я нахмурилась, пытаясь поймать ускользающую догадку, но не смогла.

— Поэтому я и сказал, что они выборочно реагируют на неё. Но разбираться, в чём именно причина, сейчас нет времени. Скоро закат. Собирайтесь, Серая.

Через десять минут к отправке всё было готово.

— Будь осторожен, — я крепко обняла Дарена и застыла на мгновение, чувствуя исходящее от него тепло.

— Я вернусь. Обязательно вернусь. Ты только жди, — прошептал он едва слышно и поцеловал в макушку.

— Я буду ждать.

— Хорош обниматься, голубки, портал почти готов, — прокомментировал Солод проходя мимо. — Пора убираться из этой дыры, Серая.

Я разорвала объятья и отступила на шаг, бросая взгляд в сторону куратора. Мужчина смотрел прямо на меня, в глазах была решимость и странная мольба.

— Иди, Серая, иди, — приказал мужчина, словно боялся, что я могу передумать.

— Да прибудут с вами Боги, — тихо произнесла в ответ, обвела взглядом их небольшой отряд и шагнула к Тарку, в руке которого уже был амулет.

— Активируй, Солод, — велел Обсидиан.

Я застыла, ожидая возникновения знакомых ощущений, и обвела взглядом пустую деревеньку. Вон там по краю магическая стена, величайшее изобретение, берущее свою основу из древней магии. Тот редкий случай, когда сырая магия подчинилась магам и стала служить добру.

Вокруг нас затрещал воздух, но я ничего не замечала, сосредоточившись на догадке, что пронеслась в голове.

Сырая магия, сырая сила… вот в чём отличие!

Рука сама нащупала кулон, что продолжал висеть на шее.

Решение было принято в одно мгновение, и я резко дернулась вперёд, вырываясь из вихря, который уже окружил нашу четвёрку.

Вспышка света и перенос сработал, а я осталась в деревне.

— Лика! — вскричал Дарен, подбегая ко мне. — Ты что делаешь?

— Остаюсь здесь, — отдышавшись, ответила ему и взглянула на куратора.

Удивительно, но злости в его взгляде не было, лишь непонятная обреченность и грусть. Словно он знал всё с самого начала, но надеялся на чудо. Да, этот поступок был глупым и безрассудным. Пусть студентке Серой не место среди них, но у меня есть то, что может спасти нас всех.