Академия Трёх Сил. Книга 2 - Анна Мичи

 – Если станешь частью нашего клана, мы защитим тебя.

Вот в чём дело. Им нужен не клан Сантерн. Им нужна я. Точнее – Хранитель, которым я обладаю.

Ну… они хотя бы предложили честно, а не устроили за мной охоту.

Я вспомнила Хена: как он звал меня идти вместе с ним, обещал “рассказать обо всём, если ты станешь нашей”. Вот почему он это делал – потому же, почему и Анс сейчас предлагает мне руку и сердце… и покровительство своего клана. Чтобы заполучить Хранителя, если не напрямую, то через меня.

Лишнее доказательство, что Хен не любил меня. Ему нужен был только Хранитель.

 – Сатьяна?

Анс ждал ответа. На миг я потерялась в непроницаемой чёрной бездне его глаз. Интересно, как он отреагирует, если я вдруг спрошу, не связан ли он с Имерией? Вернее, его клан… на самом ли деле он – Архалла?

Впрочем, пусть он хоть сто раз Архалла, это не основание выходить замуж. Даже ради защиты – хотя, конечно, в сильном клане мне было бы куда спокойнее. Но…

 – А как же чувства? – усмехнулась я.

Во взгляде Анса что-то переменилось. Словно под непроглядной чернотой, где-то глубоко проплыл опасный зверь. Это была не угроза, скорее неясное обещание – и у меня невольно захватило дух.

 – Ты мне нравишься.

Под его обжигающим взглядом усмешка сползла с губ. Анс подступил ко мне вплотную, твёрдые пальцы сжались на моих плечах. В лицо хлынул непрошеный жар. Я раньше не смотрела на Анса как на потенциального парня, но этот ясный язык тела, этот недвусмысленный призыв любую бы заставил смутиться.

 – Ты мне нравишься, – повторил он. – Ты мне вообще с первого взгляда понравилась. Ты же милашка, такую только брать в охапку и тащить к себе в нору. И при этом ты отлично дерёшься. Так что… в какой-то мере моё предложение – это попытка убить двух зайцев. Я буду очень рад, если смогу назвать тебя своей женой. Ну и тебе и правда нужна защита. Клянусь, я буду очень внимательным мужем. И нежным. Я тебе совсем не нравлюсь?

От его напора я совсем растерялась. А Анс всё держал меня за плечи, и его чёрные глаза теперь были совсем близко.

Хагос, да он же меня сейчас поцелует!

Но прежде чем я успела воспротивиться, по нервам хлестнул ледяной голос:

 – Я, кажется, просил меня дождаться.

Анс выпрямился, его пальцы соскользнули с моих плеч. По лицу прошла тень досады. Он развернулся – а я чуть не вскрикнула, когда увидела в коридоре Ярена.

Внешне он был совершенно спокоен, но создавалось впечатление, что внутри бушует настоящий шторм. Что ещё немного, и он сорвётся. Прозрачные голубые глаза сверкали яростью. В воздухе звенело напряжение.

Даже Анс не осмелился ничего сказать, хотя обычно за словом в карман не лез.

Ярен медленно, в хрустальной тишине, отпечатывая стуком каблуков каждый шаг, подошёл ко мне. Встал сзади, положил руки на плечи, привлёк к себе. Теперь я не видела его лица, но чувствовала спиной напряжённое тело.

Анс молча смотрел на нас, только недобро сощурил глаза и руку отвёл чуть в сторону, будто готовился призвать меч.

 – Ещё один охотник за приданым? – голос над моей головой прозвенел, как сталь. – Да я смотрю, они летят на тебя как пчёлы на нектар.

Я вспыхнула. Реплика явно предназначалась мне. Как удивительно точно! Ярен так запросто, походя, определил мою истинную ценность – Хранитель. Значит ли это, что и он…

 – О, – Анс улыбнулся, но от его улыбки стало жутко. – Так вот в чём дело. Я смотрю, ты тоже в курсе. Мы, значит, вдвойне соперники, ну что же.

У меня закружилась голова. Словно безудержный водный поток засасывал меня под землю, в чёрную тьму, откуда нет выхода, не спасения.

Ну конечно, вот в чём дело. Ярен тоже знает о Хранителе – вот почему он заботится обо мне: надеется затащить меня в свой клан или род. Спасибо, что не убить, конечно, но… Хагос и все его твари… неужели все вокруг готовы на всё ради одного из Пяти Оружий?

 – Предупреждаю тебя последний раз, ещё раз увижу рядом с ней – пожалеешь, - снова раздался голос Ярена над головой.

Анс осклабился. Я впервые видела такую неприятную ухмылку на его лице и малодушно порадовалась, что она предназначается не мне.

 – Я всегда рад хорошей драке. Можем вообще в любой момент выяснить отношения. Не впутывая в это Сатьяну.

 – Можем, – через короткую паузу согласился Ярен.

Я опомнилась.

 – Вы оба с ума сошли? Прекратите это немедленно, слушать противно! Как два пса вцепились в кость! И отпусти меня наконец! – вместе с последними словами я вырвалась из рук Ярена.

Остановилась поодаль, так, чтобы видеть обоих одновременно. Анс насмешливо улыбался, а Ярен смотрел на меня, пристально, неотрывно.

 – Не попадайтесь мне оба на глаза! Пожалуйста!

Не дожидаясь реакции, я развернулась и зашагала прочь. Внутри бурлила злость, кристально чистая, непримиримая. Злость на обоих – а больше всего на себя саму.

На полпути я заметила, что Ярен идёт следом. Сначала хотела прогнать, потом махнула рукой: как же, прогонишь такого. К тому же, он может сказать, что всего лишь выполняет приказ ректора не спускать с меня глаз. Или просто идёт к себе – живёт-то в том же общежитии.

Он, слава Нигосу, не проявлял желания приблизиться. Так мы и дошли до дверей – сохраняя неизменную дистанцию.

Зато потом, на втором этаже, Ярен не пошёл вверх, а свернул вслед за мной. Я стиснула зубы. Сделав вид, что его не замечаю, спокойно дошла до своей двери. Хотела юркнуть внутрь и захлопнуть её перед самым его носом, но он негромко позвал меня по имени, и от одного этого на меня вдруг накатило.

Я замерла перед дверью, судорожно, часто дыша. Я слишком слаба, я ни за что не справлюсь. Я не могу так, в одиночестве, одна против всех, загоняемая добыча. Накатывали слёзы, и мне казалось, какая-то малость, и я не удержу эту лавину. Толчком могло быть что угодно.

Но Ярен, словно почувствовав, ничего не сказал. Молча, не трогая меня, не пытаясь перехватить приоткрытую дверь, ждал за спиной.

Я наконец справилась с собой. Открыла дверь шире, бросила через плечо:

 – Хочешь зайти?

Сама не знала почему приглашаю, зачем мне вообще говорить с ним. Больше всего мне хотелось остаться одной.

Но одновременно я не могла оставаться сейчас в одиночестве. Казалось, я заледенею, покроюсь непроницаемой толстой коркой, которую ничто и никто не будет в состоянии разбить. Наверное, мне лихорадочно требовалось тепло – пусть даже самый тусклый, самый слабый огонёк.

Мы молча прошли в комнату. Лидайи не было – она уехала на весь день с Ларном и, кажется, собиралась провести с ним и ночь.

Я остановилась в центре комнаты. Показалось, будто на плечи обрушилась неизмеримая тяжесть, и я покачнулась. Выправилась, почувствовав тепло чужого тела за спиной.