Аферисты поневоле - Елена Помазуева

— Куда собралась? — сонным голосом спросил Георг, почувствовав, что пытаюсь выскользнуть из его рук.

— В ванну, — попыталась отбиться, но меня не отпустили.

— Даже не думай, — так же сонно отозвался он, — Не позволю сбежать и нафантазировать, не пойми творцы что.

Я замерла, не в силах осознать чувства, переполнявшие меня. Георг прав, в душе поселился полный раздрай. Последние несколько часов мы упивались страстью. Безудержно, нежно. Я не могла отказать ему. Мое женское начало чихать хотело на доводы разума. Мистер совершенство оказался красив не только внешне, но и в постели оказался на высоте. Он смог преодолеть мою скромность и стыдливость, разбудить чувственность, и первый опыт любви навсегда для меня останется чем — то светлым и чистым. Воспоминанием, которое я буду хранить всю свою оставшуюся жизнь.

— Тем более в ванной мы уже были, — с этими словами он притянул ближе к себе, и мы встретились взглядами.

Где мы только сегодня не были! В ванной точно были, и вовсе не для прямого предназначения. Фантазия Георга поражала, а после покоряла изобретательностью. Я вообще забыла о реальном мире. Кто он, что он и где существует. Я знала, что сейчас есть мы двое — Георг и я. Этого знания казалось достаточно.

— Сейчас уже поздно что — либо объяснять, — произнес Георг, — Утром поговорим. Хорошо? — он прикоснулся губами к кончику моего носа, и неожиданно я успокоилась.

Поговорим. Звучало очень обнадеживающе.

Утро наступило неожиданно и совсем не так, как можно представить себе. Я все еще находилась в объятиях Георга, но нас разбудил восторженный вопль:

— Я так и знала! Свадьба будет!

От неожиданности подпрыгнула на месте и воззрилась на седовласую старушку. До меня с трудом доходил факт, что меня застали в постели виконта. И не кто — нибудь, а его ближайшая родственница графиня Ристоль.

— Юлиана, что тебе здесь надо? — простонал Георг.

— Сегодня мы вылетаем, — сообщили нам.

— Куда? Я не могу! — испуганно подскочила на месте.

— Ира, я разберусь, — снова сгреб меня в охапку любимый мужчина, — Что ты еще придумала?

— Ты познакомил меня с невестой, состоялось официальное обручение. Пора представить будущую графиню Ристоль, — радостно произнесла когда — то милая старушка.

— Стоп! — вырвалась из объятий Георга я и постаралась мыслить разумно, — Кто чья невеста?

Спросонья вообще трудно соображать, тем более до этого гоняясь больше суток по городу за котом.

— Ирина Симочкина? Я не ошибаюсь? — соловьем пропела старушка, по недоразумению принятая когда — то мной за милую женщину.

— Выйди, — грозно приказ Георг, обращаясь к родственнице, — Разговаривать будем в гостиной.

Графиня Ристоль недовольно поджала губы и с величественным видом покинула спальню внука, где на кровати испуганно сжалась под тонкой простыней я.

Едва стук каблуков по паркету затих, вскочила и принялась лихорадочно одеваться. Белье нашлось почти сразу, зато один носок где — то затерялся.

— Не спеши. У нас полно времени, — перехватил меня Георг в очередном забеге по просторной комнате, — Юлиана будет ждать хоть до возвращения творцов.

— Сам разговаривай с бабушкой, — зашипела на него, стараясь вырваться из крепкого захвата.

— Ира, все хорошо, — произнес он, тепло улыбнувшись.

— Ничего хорошего, — все — таки вывернулась и отскочила подальше.

Близость мужчины действовала на меня, словно хмельное вино. Голова кружилась, хотелось верить каждому слову, а самое главное казалось, что нет ничего важнее, чем смотреть в синие глаза и видеть в них свое отражение. Безумие, помноженное на влюбленность, может кого угодно превратить в податливый материал.

Носок нашелся под кроватью. В полумраке узкого пространства удалось заприметить полосатую горку. Очень хотелось верить, что это не я его туда отправила, отдаваясь порыву страсти.

— Ира, что ты делаешь? — удивился моему ползанию под кроватью Георг.

— Вещи собираю, — пробубнила я.

— И поторопитесь! Самолет нас ждет! — донесся голос графини Ристоль из гостиной.

Комнаты большие, акустика приличная. Расслышать командный голос смогла даже под прикрытием мебели.

Выползать из убежища расхотелось напрочь.

— Я никуда не поеду, — выговаривала я, медленно выбираясь на свет. — Мне Эмильена надо искать.

— Искать надо, — согласился со мной Георг, — Но где?

Вопрос века. Рыжий пушистик отказывался выходить на связь. Может быть, играло роль расстояние? В парке мы были недалеко от него, потому увидела колесо обозрения. Но в следующий раз я увидела Федосью, протягивающую колбасу, когда перекусывали на лавочке. Отчаянно не хватало теоретических и практических знаний по проецированию.

— Где, — разочарованно вздохнула и села на кровать, уставившись взглядом в окно.

На подоконнике со стороны улицы сидел голубь и с любопытством наблюдал за нами. Он словно завороженный зритель следил за разворачивающимся действом, где главными героями выступала Ирина Симочкина и Георг Ристоль. Затянувшаяся пауза сизарю не понравилась, он взмахнул крыльями и сорвался вниз. Георг присел рядом и обнял за плечи. Его молчаливая поддержка действовала успокаивающе.

— Бабушка от нас не отстанет, — спустя какое — то время произнес Георг, — И она не бросалась пустыми угрозами про самолет. Машину держат в готовности, пока мы не вылетим.

В ответ горестно вздохнула. Ну, какая из меня подставная невеста? Куда лететь, если кот пропал, а мадам Строем вернется со дня на день?

— Рассказывай свой гениальный план. Мы в твоей квартире, все как ты хотел, — потребовала у него оглашения моих обязанностей по договору.

— Вопросы наследования сложная штука, — оглянувшись на дверь спальной, тихо произнес Георг.

Сделала пасс рукой и накинула на нас полог тишины. Сверкнувшие искорки произвели эффект на «жениха». Он какое — то время понаблюдал за хаотичным танцем, потом уставился с немым вопросом в глазах на меня.

— Теперь нас никто не услышит, — спокойно сообщила ему, — Полог тишины — первое, что научилась делать. Я люблю петь, но вокального таланта творцы не подарили. Вот и приходится прикрываться, чтобы не травмировать психику невольных слушателей.

— Так все плохо? — тепло улыбнулся Георг.

— Про медведя, наступившего на ухо, в моем случае не вспоминают. А вот о семействе косолапых, захотевших станцевать кадриль, это как раз мой вариант.

— Не верю. У тебя мелодичный голос, — его взгляд остановился на губах, и я неожиданно вспыхнула.

Казалось бы, после сегодняшней ночи не должна стесняться проявлениям заинтересованности со стороны Георга, но как раз воспоминания о горячих моментах заставили смутиться. И как с этим жить, если перед глазами почти постоянно соблазнительные сцены?