Шестой знак. Том второй - Александра Лисина

Как выяснилось чуть позже, ничего особенного важного парни не раскопали – так, наткнулись только на мимолетное упоминание об участии в создании Элойдэ-шаэрэ ангела и все. Хотя о чем это я? Для валлионцев сам факт вмешательства айри уже очень много значил и хоть как-то примирял их с возможностью существования этого мира. Однако то, что рядом с ангелом в книге упоминался и демон, стало для них настоящим откровением. И, услышав об этом, я с укором посмотрела на молчаливого командира.

Тот независимо пожал плечами, словно говоря, что хотел как лучше, а я вздохнула.

И чего, спрашивается, было панику наводить, если я и так давно все выяснила? Надо было сказать парням и дело с концом. Тогда они не носились бы по гостевому крылу с горящими глазами и не пытались сто раз перечитать одно и то же. А если бы к тому же кое-кто просветил их, что не так давно в Степи некий Фантом не только довольно грубо разговаривал с посланником небес, но еще и, пардон, по морде ему от души заехал, было бы и вовсе замечательно.

Вот только, к сожалению, простым обывателям о таких вещах никто рассказывать не будет. Чтобы не подрывать веру и вводить в ненужные сомнения.

В конце концов, я устала наблюдать за возбужденными Драконами и, осторожно подбирая слова, поделилась с ними своими выводами. Так, чтобы и командира-молчуна не подставить, и не сразу шокировать гвардейцев. Не очень хорошо, прямо скажем, у меня это получилось, но, по крайней мере, выражение дурацкого воодушевления с их лиц постепенно пропало. А взамен появились признаки напряженной работы мысли, что, собственно, и требовалось.

– Господин Иггер, вам следовало поделиться с ними информацией более щедро, – вполголоса заметила я, когда озадаченные парни разошлись, и мы ненадолго остались одни.

Командир поморщился.

– Я посчитал, что для таких откровений слишком рано. Лично я спокойно отношусь к Аллару и Айду, не отрицаю существование Лойна и уважаю чужую веру. Но таких, как я, очень мало. Даже среди личной стражи короля. И очень немногим из них в свое время повезло побывать на Плато. Поэтому я решил, что не стоит раньше времени подвергать Драконов такому испытанию.

– Толку-то? Теперь они будут головы ломать над тем, как уложить факт добровольного взаимодействия шейри и айри в свою систему мировоззрения. По-вашему, это хорошо?

– Теперь уже ничего не изменишь, – философски заметил господин Иггер, когда я фыркнула и отвернулась. – Разве что попытаться объяснить им все остальное?

Я протестующе подняла руки.

– Только не сейчас! Не хватало нам сомневающихся солдат накануне трудностей с повелителем!

– Каких трудностей? – тут же сделал стойку командир.

Я поморщилась и коротко пересказала наш сегодняшний разговор, напоследок упомянув, что, несмотря ни на что, планирую завтра долгую прогулку за пределами дворца в компании выведенного из равновесия владыки.

– Вы хотите выяснить, как будете себя чувствовать вне этих стен? – тут же догадался господин Иггер. – И попробуете позвать оставшихся хранителей?

– Да. Если они еще живы, то должны откликнуться.

– А если нет?

Я тяжело вздохнула.

– Тогда придется что-то изобретать. Но мне кажется, что если привести к Знаку настоящих хранителей, нам удастся ускорить процесс перестройки дворца. Они помогут Знаку силами. Дадут земле опору, а повелителю – время, которого осталось не так уж много. А это, в свою очередь, отодвинет угрозу для Элойдэ-шаэрэ на неопределенный срок и позволит мне не связываться с новым Знаком по вполне объективной причине.

– Вы думаете, повелитель разрешит вам связаться с лесом?

– А я не собираюсь его об этом извещать.

Командир хитро прищурился.

– Просто поставите перед фактом?

– Именно. Он уже доказал, что некоторые вещи не способен воспринимать адекватно, поэтому я сделаю, как решила, а уж там пусть думает, что для него важнее. В конце концов, мы все равно уйдем, и тогда ему придется разгребать эту кучу самому.