Град темных вод - Карина Вран

Пробор строго по центру, тоненькие косицы разделены пополам, скручены в два жгута и свернуты, завязаны узлами как раз на выдающихся (длиною) ушках, кончики косиц завернуты внутрь узлов, пряча острые «треугольнички» (право, незачем их видеть, что неписям, что игрокам), в центре каждого узла красуется по украшению — виднеются рукояти клинков с драгоценными камнями. Вроде как — экзотическая прическа, заподозрить в ней нечто большее сложно, если ты не знаком с Бестиями…

— Такая прическа функциональна, — продолжила лекцию Тариша. — Покуда вставлены в нее рассекающие воздух, волосы зафиксированы. Узлы без фиксации легко развязываются, движение ты уже опробовала однажды. Резкий взмах головой от правого плеча к левому, повтори.

Хэйт вытащила из узлов обе «шпильки», мотнула головой, как накануне.

— Раскрывать лезвия в землях, не подчиняющихся длани Ашшэа, следует с опасением: так, служители Иттни без труда опознать могут в тебе одну из нас. Жрецы Балеона с неодобрением отнесутся, но препятствий чинить не станут. Оркам, после недавних событий, уважения только добавится, а гномы не скажут ни слова, покуда ты не влияешь на их прибыль и дела. Но детей Иттни обходи стороной. Не по силам тебе с ними сражаться, а миром пришлую с дарами Дома Бестий едва ли отпустят, особенно эльфы из Дома Лоз.

— Не стану, — заверила наставницу адептка, не кривя душой.

Проще не выделяться из толпы и быть для неписей «еще одной пришлой», чем давать им повод счесть тебя опасной. Больше того, если демонстрацию «Иггов» вполне себе допускала девушка, особенно при раскладе: она и сотоварищи против каких-то злючих мобов, то показ «расширенных функций укладки» в ее намерения не входил. Разве что — если никаких других вариантов не останется.

Паранойя Рэя ни при чем: в исполнении адепта тьмы такие фокусы, как метание кинжалов — что-то за гранью возможностей игрового класса. Волосы, которыми можно убить — за гранью граней. Нехитрая аналогия: «шпильки» — это козыри в колоде, весомые такие козыри, а прическа — джокер. Один раз за партию два козыря могут изменить ход этой партии, а джокер — и вовсе закончить оную. Но что могут козырные тузы, отправленные в «отбой»?

Выдав в ПВП новые возможности хоть единожды, Хэйт с немалой долей вероятности в дальнейшем становилась бы целью для вражеских дамагеров номер один. На аренах кланы обкатывают новичков, а после — анализируют записи схваток. Группы, вроде их, ходят на арену, чтобы сыграться, и тоже обсуждают действия как себя, так и противников. Информация, как недавно убедилась девушка на примере записи с картиной «Доверие», имеет свойство распространяться. Выглядит теперь Хэйт — зеркало свидетель — неординарно, скрыть прическу под капюшоном можно, конечно, но это дополнительные сложности. Припрятанные в рукаве козыри сильнее, когда обладатель этих козырей неизвестен широкой публике. Посему — нет, никаких рассекающих воздух в режиме ПВП. Про «джокер» с волосами и думать нечего, его прилюдно только тогда можно использовать, когда никаких иных вариантов уже не осталось, а ставки высоки настолько, чтобы оправдать последствия.

Маська «засветила» свою кошку с новыми алмазными коготочками в подвале с рабами, и то при раскладе: вызов Хэтти или жизнь Хэйт, на которую завязано было задание по вызволению рабов. Второе появление снежного барса состоялось при схожих условиях: тьма тьмущая мобов и квест-итем, выпадающий в случае гибели… снова, как ни странно, Хэйт. И на момент вызова барса сторонних игроков в зоне видимости не наблюдалось, это потом уже скотина с писклявым голосом вылезла.

Гнома использовала рассечение, активируемое забавной командой: «От винта!» — но с ее запасом здоровья можно было привлекать внимание врагов на той же арене, больше того, влив урона в «толстенькую» по показателям защит (магической и физической) и хп — он даже на пользу группе, отлечить Маську полегче, чем, скажем, Кена. Зато про инженерию древних распространяться гномка не спешила, и на продажу, насколько Хэйт было известно, изделий не выставляла. О причинах можно было только догадываться, но на заметку взять следовало.

— Ты сказала, есть несколько рангов прически, — пока разговор не зашел в глубокие дебри, решила полюбопытничать Хэйт. — Можешь рассказать?

Тариша замешкалась с ответом.

«Где-то там скрипят скрипты», — отметила паузу адептка.

— Рангов пять, — все-таки не стала замалчивать сведения Бестия. — Тот, что у нас — это лезвия и яд. Ранг выше получает обруч, каждый шип которого — это чья-то смерть или страшная мука. На третьем ранге нет внешних отличий, но в волосы вплетаются нити эргиума, и каждый замах в боевом режиме способен рассечь не только тело, но и латный доспех, а также расколоть камень. Четвертый, особый ранг, для таких, как сестра Шанайя. Черный жемчуг в ее волосах — это дурман или яд, грезы или кошмары. Пятый — только для Матери Дома Бестий, о нем говорить я не смею.

Прическа книжницы и впрямь отличалась от виденных адепткой ранее в Доме Бестий, там косы сплетались в эдакую сетку, и каждый «узелок» на сетке украшала черная жемчужина. Но у сестры Шанайи было столько особенностей, что способ укладки волос Хэйт заметила — и забыла.

«Да уж, Дом Бестий — та еще кубышка. Заглянуть бы в нее поглубже», — вздохнула адептка.

— Итак, к уроку. Все тело Бестии — орудие смерти, и волосы не исключение. Но мало махать головой, полагаясь на яд и остроту лезвий, важно и не подставить себя под удар при атаке. Горло и глаза — уязвимые точки для дроу, людей, орков, гномов и эльфов. Ты должна быть быстра, чтобы сила твоя не обернулась слабостью, сильна, чтобы удар не прошел впустую, сдержанна, чтобы не расходовать яд там, где можно обойтись без него. Не в моих силах научить тебя чувству боя, но я передам тебе, что сумею. Итак, базовое движение, повторяй как можно точнее…

Дроу наклонила голову, плавно «перетекла» из одной позы в другую, перенося вес на правую ногу, и крутанулась вокруг своей оси, заставляя косички взмыть в воздух.

Это было красиво — в исполнении Бестии. И коряво — в пробном повторе адептки.

— Еще раз, — не выказывая недовольства, скомандовала дроу.

Хэйт молча повторила движение, а потом еще раз двести. Наплевав на усталость и на то, что не сравниться ей с наставницей в ловкости.

Не использовать прическу в ПВП не равнялось — не практиковать вовсе.

А ловкость росла, то и дело мелькали оповещения, изредка сменяемые схожими, про выносливость.

И все чаще мелькала хищная улыбка на лице Бестии.

— Уф-ф, — потянулась Вероника, выбравшись из капсулы после затянувшейся тренировки. — Это было сильно.

Она взмахнула головой, прогнулась назад, как бы уходя от удара, отпрыгнула, крутанулась волчком… И относительно мягко присела на пятую точку, не удержав равновесия.

Выходило хуже, чем в Восхождении, но лучше, чем должно было: ежедневная зарядка и пробежки далеко не каждый день — вот и все, что входило в физподготовку девушки.

— Бестии! — Вероника пожала плечами и потопала в душ.