Высшая проба. Брат мой, друг мой - Вера Чиркова

– Едем, – просмеявшись, дернул я повод направляя коня к воротам высокой дворцовой ограды.

Ни стучать, ни свистеть в особый рожок не пришлось, высокие створки распахнулись перед нами как по мановению магического жезла.

Ни одного из нас такая встреча не удивила, значит стража заранее получила указания, и можно не сомневаться, что в покоях уже налит горячей водой бассейн, а на столе стоят накрытые защитой блюда с поздним ужином.

Старший брат никогда не забывает предусмотреть такие мелочи… даже если занят важными делами, вроде набора фрейлин.

И понимание этого очень приятно… но сначала мне хотелось увидеть Яна. И сказать мелкому всего два слова… спасибо и прости.

Больше не понадобится, он понятливый и незлопамятный.

Густав наконец отстал от меня, потерявшись где-то между крыльцом и вторым этажом, но смешно беспокоиться о капитане во дворце, где он служил телохранителем еще двадцать пять лет назад. И до того момента, как отбыл вместе с Гарлом и всеми нами в Дэнзор. А в герцогстве он получил под свое командование отряд телохранителей и нас с Яном. Но если меня гонял по плацу с мечом и луком, объясняя это особым приказом короля, то Яну не мешал лазить по сеткам и мосткам хитроумного тренировочного лабиринта.

Воспоминание о мелком заставило прибавить шагу и влететь в тихий и прохладный проходной зал, куда с двух сторон выходили двери покоев, предназначенных лишь для королевской семьи. Четвертая слева вела в комнаты Яна, а соседняя в мои.

Несколько мгновений колебался, выбирая куда идти, потом вздохнул и направился в свои покои. Не стоит пугать мелкого пыльной и потной рожей, больше подходящей бандиту, чем герцогу и старшему брату.

В купальне меня предсказуемо ожидал наполненный теплой водой бассейн, горьковато пахнущий можжевельником и полынью, на столе благоухали накрытые крышками жаровенки, горшочки и соусники. И манила хрусткой свежестью отдающих мятой чистых полотен широкая дубовая кровать.

Пропахшая дорогой и лошадьми одежда ложилась позади вехами пройдённых до бассейна шагов, затем мокрые следы босых ног проложили четкую тропку к обеденному столу.

Вскоре на опустевшем блюде валялось лишь несколько костей да недогрызенный малосольный патиссон.

А с кресла свисало влажное полотно. Тащить его в гардеробную у меня банально не хватило сил.

Как и искать и натягивать на себя одежду. Только и смог втиснуться в нижние портки и добрести до кровати, усталость последних дней вдруг нахлынула неумолимой лавиной, мягким покрывалом укрывая разум от всех забот и тревог.

А потом они вернулись… так же неожиданно, как и пропали.

Вот только причудливый светильник Симаского стекла больше не мерцал под куполом спальни зеленоватым светом, теперь комнату купали в ярком золоте и лазури солнечные лучи.

– Проспал! – пожарным гонгом ударила тревожная мысль, – Сколько уже часов?

Взгляд нашел стоящий на полу массивный механизм, а в следующим миг я уже мчался в гардеробную, отмечая по пути пропавшие вместе с темнотой следы моей вчерашней небрежности.

Значит кто-то из слуг здесь уже был… ступая неслышно, как опытный грабитель, убирал вещи и посуду, протирал стол и полы. Прилежно стараясь не разбудить меня нечаянным движением.

Узнаю предусмотрительность родного брата… или это Густав постарался? – саркастически бурчал я, торопливо натягивая приличествующий дворцу костюм.

И уже через минуту выскочил в зал и, застегивая на ходу пуговицы, решительно свернул в сторону соседних покоев.

Совершенно позабыв про замки, не пускающие никого, кроме хозяина, толкнул дверь, и она послушно пропустила меня в комнаты.

Однако осознание этой странности пришло далеко не сразу, а лишь после того, как, пробежав по покоям, начал понимать, что жилыми они не пахнут. Хотя речь вовсе не о запахе… а о тех, порой почти незаметных мелочах, которые обязательно имеются в занятых комнатах.

А тут их не было. Ничего. Ни полотен на идеально застеленной ковровым покрывалом кровати с балдахином, ни оставленной у шкафов одежды, ни щеток возле зеркала или бумаг на столе в кабинете.

И что бы это могло значить? Неужели Ян еще сердится на меня и потому прячется? Или Гарл уже отпустил его куда-то вместе с менталом?

Вопросы множились и рвались на свободу и я знал, кому их задать.

– Где завтракает король? – выскочив из покоев Яна, рявкнул на первого попавшегося лакея.

– Так на балконе, – растерянно указал он в конец зала, – и вашу светлость приглашает.

Молча развернувшись, я ринулся туда, стараясь не бежать слишком быстро и не нападать на короля с самого порога.

Потому и приостановился на миг в проеме широко распахнутых застекленных створок, рассматривая мирно завтракавших людей. Их было всего трое, Гарл, Риэлла и молодая леди, одетая как гувернантка… или чтица.

– Доброе утро.

– С приездом Хигверд! – радушно улыбнулась королева, – как доехал?

– Спасибо, хорошо, – учтиво улыбнулся ей и задал брату главный вопрос – Где Ян?

– Здесь, – не переставая жевать неопределенно буркнул король и кивнул на свободный стул – садись.

– Я хочу увидеть Яна.

Они продолжали мирно завтракать, словно не услыхав дерзкого заявления… и это насторожило еще больше.

– Ваше величество! – в моем голосе против воли прорвалось копившееся все эти дни раздражение, – где Ян?

– Просто Гарл, – король наконец поднял на меня хмурый взгляд, – мы же братья.

– Хорошо, просто Гарл, я согласен. – кивнул покорно, чувствуя, что вскоре задымлюсь, – А где все-таки Ян?

– А зачем он тебе? – помолчав еще минуту, устало и как-то обреченно справился вдруг брат, а на меня неожиданно снизошло ясное, как сегодняшнее утро, прозрение.

Да он просто боится!

Меня!

Вернее, моего гнева или даже ярости… а может и вовсе безумного неистовства нагло облапошенного правителя.

Это понимание внезапно свалилось мне на голову ледяным отрезвляющим ливнем и несколько секунд я стоял оглушенный и оскорбленный, пытаясь прийти в себя.

Вот значит, как он обо мне думает… и хотелось бы знать, откуда взялось подобное мнение?

Точнее, кто приложил грязные лапы к его созданию, и кому так не нравилась наша прежняя дружба? Ведь это началось вовсе не в последние месяцы… просто до этого я не задумывался, почему Гарл ведет себя со мной так строго… словно мы не родные братья. Списывал все на разницу в возрасте и его манеру надзирать за мной и Яном с суровостью требовательного наставника.

Молча пройдя к столу, я сел, налил себе чашку взвара и выпил, успокаиваясь окончательно.

– Ты осознаешь, брат, – изучая лицо короля, осведомился с легкой насмешкой, – в чем меня заподозрил?