Попаданка для дракона - Полина Верховцева

— Иди сюда, — он повесил украшение мне на шею, — запомни это место. Это твоя точка перехода. Подвеску не снимай. Придешь сюда, сожмешь ее в руках, подумаешь обо мне, и тебя перенесет в лес, к реке. Туда, где мы с тобой карасей ловили. Поняла?

— Да, — я спрятала кулон под одежду.

— Это еще не все. Теперь слушай внимательно. Лишнего там не болтай. Никогда, ни при каких условиях не говори, что ты болела хмарью. Поняла?

Я недоуменно нахмурилась:

— Почему?

— Маш, ты глупая? Тебе никто не поверит и камнями закидают за такую ересь. Или, наоборот, поверят и сожгут на всякий случай. Или запрут в лаборатории и распилят на кусочки в поисках ответа. Ты этого хочешь?

Я отчаянно замотала головой.

— Вот и я так думаю. Так что молчи. Ты просто Мария из Кряженок. Все. Кто тебя сможет опознать?

— Стражи Комора и.. .солдат, который меня спас.

— Комор остался далеко позади. Вряд ли кто-то из того гарнизона перейдет в столицу, а даже если и перейдет, то во дворце точно не окажется. Там своя стража. Твой солдат.. .хм...

— Он служит где-то у перевала, на маленькой заставе, — я вспомнила, что мне когда-то рассказывал Рэй о своей службе.

— Это дальний край защищённой территории под куполом. Просто не ходи туда никогда и ни при каких условиях. И вообще держись подальше от вояк. Особенно опасайся пепельного генерала. Это рыщет, как демон, в поисках жертв. Везде свой нос сует и вранье за милю чувствует. Если камень все-таки украдешь, то именно он по следу пойдет, и молись, чтобы не нагнал. Если хочешь вернуться домой, то держи ушки на макушке, во дворце ни с кем близко не сходись, а от этого так вообще беги и не оглядывайся. Поняла?

— Что-то мне уже совсем не хочется туда идти, — я с сомнением смотрела на смутные очертания города, меркнувшие в розовом мареве.

— Надо, Маша, надо.

Мы стояли бок о бок и растеряно смотрели вдаль. Каждый думал о своем. Какие мысли бродили у старика Оллина я не знаю, а у меня в голове творился полный сумбур. Новый поворот, новый виток «приключений» и снова моя жизнь, которая только-только наладилась после болезни, висит на волоске неизвестности. Что меня ждет там под куполом? Сытая мирная жизнь, как пророчит огненный маг или новые испытания? Я этого не знала, как и того хватит ли мне смелости пойти на такой отчаянный шаг, как кража артефакта.

Мне было страшно. Но я снова, как и раньше, собрала в кулак свою волю, запретила жалеть себя, стонать и жаловаться, решительно сжала кулаки и твердо кивнула.

— Пора.

— Со стариком-то поспрошаешься? Или все? Забыла уже? — проворчал Оллин с какой-то особой интонацией, от которой у меня защипало в глазах.

— Никогда тебя не забуду, — подскочила к нему и обняла. Крепко-крепко. В этот раз он не вырывался, не бухтел, а осторожно похлопывал меня по спине.

Зная его, можно смело сказать, что это был небывалый всплеск эмоций. Просто прорыв.

— Ну, все. Хватит на мне висеть.

— Ты неисправим, — я засмеялась, но по щекам катились слезы.

За то время, что мы прожили вместе, он успел стать для меня почти родным. Я привыкла и к его резкому языку, и к тяжелому характеру.

— Мне будет тебя не хватать, Оллин.

— Мне тоже, девочка Маша, — еще одна небольшая откровенность, — я надеюсь, у тебя все получится. Ты найдешь себя в этом городе и все у тебя будет хорошо.

— Даже не мечтай от меня отделаться. Я стащу этот чертов камень и найду тебя, — я позволила себе еще одну вольность - поцеловала его в морщинистую щеку и отступила.

— Все. Давай, — он кивнул в сторону купола, — иди твердо и уверенно. Не оборачивайся, не мотайся. Чтобы они видели, что ты — человек, а не выжла. Помнишь, что говорить?

— Помню, — у меня внутри нарастала дрожь, — все помню.

— Ты справишься. Иди.

Я еще раз порывисто обняла его за плечи и, не позволив себе еще больше расклеиться, выступила из-под тени деревьев.

Шла черед поле, покрытое пожухлой осенней травой, и повторяла про себя свою незамысловатую легенду. Все просто. Все крайне просто. Вопрос только в том, хватит ли мне смелости и удачи.

Когда до купола оставалось метров сто, я начала различать силуэты людей. Сначала едва уловимые, размытые, а потом все более отчетливые.

Меня заметили и наблюдали за моим приближением. Я скорее чувствовала, чем видела, что мне прямо в сердце целятся огненные стрелы.

Жутко. От волнение вспотели ладони, на языке растекалась горечь, и сердце билось так, что казалось, еще немного и разрыв.

Десять шагов до купола — и его поверхность покрылась рябью. Мне навстречу вышли двое солдат, с такими же нашивками, какие были на форме у Рэя. У меня даже душа на миг зашлась от накативших воспоминаний, но я упрямо шла вперед. Шаг... еще шаг.

— Имя? — поинтересовался один из вояк. Второй стоял позади него. С арбалетом, и целился мне в голову. Отличное начало.

— Мария.. .Маша, — осипшим от волнения голосом ответила я, — я здоровая.

— Это мы еще посмотрим.

Я не сразу заметила опаловую сферу у него в руках. Внутри нее кружился дым и расплывчатые образы, суть которых никак не удавалось ухватить.

— Коснись, — снова приказ.

Я послушно приложила ладонь, чувствуя покалывающее тепло. Вихри внутри нее закрутились быстрее и поменяли свой цвет на белоснежный.

— Здорова, — громко сказал солдат. Не мне, а кому-то за куполом.

— Давай ее сюда.

— Добро пожаловать в Виррубу, — уже с улыбкой сказал солдат, хотя глаза оставались серьезными, и жестом пригласил меня войти.

Внутри оказалось.. .обычно. Купола изнутри не было видно, только легкая краснота, просвечивающая местами на небосводе, намекала на его присутствие. Я почему-то думала, что тут осадное положение: баррикады, маги с огненными шарами, готовые спалить всех выжл в радиусе километра, драконы, ощетинившиеся шипами вдоль хребта.

Вместо этого меня встретило небольшое укрепление, на две казармы. И штаб, разместившийся в одноэтажном доме с круглым входом, куда меня и отвели.

— Капитан! У нас выжившая! — бодро отрапортовал солдат, которому было велено проводить.

— Все проверили? — хмуро спросил худенький мужчина, не отрываясь от кипы бумаг.

— Так точно.

— Оставь нас.

Солдат ушел, оставив меня наедине со своим командиром.

— Кто, куда, откуда? — без интереса поинтересовался он, по-прежнему не отрываясь от своего занятия.

— Из деревни Кряжинки.

— Не слыхал про такую.

— Она в устье реки Ровенты, на восточном берегу. Там пара километров до горного подножья, и в двух днях пути от прибрежного Валенса.