Метанойя. Две стороны Александрины - Наташа Эвс

– Ты тоже можешь переходить? – Я наконец обрела себя и кинулась к сестре. – Это же чудесно! Завтра ты сможешь… – В этот момент блондин приложил указательный палец к губам, призывая не раскрывать посвящение, и я сменила тему: – Сможешь не обвинять меня в фантазиях. Видишь, этот мир реальный.

– Зоя, ты кофе пьешь? – спросил между делом Ментор. – Взбодрит. Разрядит обстановку.

– Что? – кузина растеряно посмотрела в сторону моего охранника.

– Пьет, – ответила я за нее и потянула сестру на кухню.

Ментор тем временем заварил кофе и разлил по чашкам.

– Пора уже расслабиться, – намекнул он Зое, подвигая чашку к ней. – Ты же видишь, мы нормальные, адекватные товарищи, живем как вы, ну, почти как вы. Чуть больше волшебства, правда, Саша?

Я улыбнулась и подтвердила:

– Правда. Это Ментор, очень интересный молодой человек, много знающий и умеющий еще больше.

– Хорошая реклама. – Блондин дернул бровями. – А вот и мой брат…

В этот момент в дом вошел Даниил и тут же появился перед нами.

– Здравствуй, Зоя, – сказал он. – Саша рассказывала о тебе.

Кузина растерянно кивнула и посмотрела на меня.

– Это Даниил, – пояснила я. – Ты знаешь о нем. Теперь лично узнала.

– Наконец все знают обо всех. Как замечательно, – улыбнулся Ментор, потирая руки. – Выдыхаем и пьем кофе.

– А на улице у вас так же, как у нас? – осторожно спросила сестра через время, наблюдая, как Даниил поглаживает пальцами мою ладонь.

– О! А это отдельная история, – отозвался блондин и хлопнул в ладоши. – Прогуляемся?

Мы показали Зое городок, аллейки и площадь с фонтанами, парк и озеро, но все время минуя территорию сообщества. Видимо, для сестры эта информация пока была закрыта.

После прогулок мы вернулись в дом и стали прощаться. Ментор вел себя тактично и вежливо, а Даниил, как обычно, был мягок и спокоен.

– Зоя, переходи на нашу сторону! – шутливо предложил блондин. – Будем дружить семьями. А кое-кто – домами.

В такой разряженной атмосфере мы с кузиной подошли к стене, взявшись за руки.

– Саша, я очень жду тебя, ты знаешь, – тихо произнес Даниил напоследок.

Через мгновение мы с Зоей стояли на нашей стороне комнаты. Сестра отпустила мою руку и отошла подальше от стены, оглядывая ее.

– Как это возможно? – бормотала она. – Невероятно.

– Теперь ты знаешь. Там же я видела маму.

– Эти парни… Они странные, но к ним действительно хочется вернуться.

– Как тебе Даниил? – улыбнулась я.

– Красивый. Он даже не удивился мне.

– Он узнал через Ментора, между ними особая связь, если узнал один, будет известно и другому. Поэтому Даниил пришел уже со знанием, что появилась ты.

– Странные они, но симпатичные. Неужели тетя Агата может быть там? Я просто в себя не могу прийти от этого путешествия.

– Зоя… Можно поделиться с тобой секретом? Но ты знаешь, что его раскрывать нельзя, – уточнила я, заглянув в лицо кузины.

– Мне уже страшно…

– Завтра я вступаю в их сообщество, это напоминает наш клуб «Возрождение». У меня появятся новые возможности, через которые я найду маму.

– Фух… Я уж приготовилась к страшному, – махнула рукой кузина. – Сказать, что я потрясена последним событием – ничего не сказать. Нужно переварить, даже не знаю, как к этому относиться. – Неожиданно раздался телефонный звонок, звонили Зое. Она ответила и, округлив глаза, поспешила к выходу. – Я же поехала сдавать отчет! Все побегу, потом поговорим.

В этот момент в дверь вошел Константин, он кивнул сестре, разулся и поставил сумку в угол. Зоя оглянулась на меня и, удивленно подняв брови, закрыла за собой дверь.

Я поплелась на второй этаж, снова чувствуя слабость и болезненность, отчего пришлось лечь на кровать и зарыться в мягкий плед. Почему в моей жизни стоит такой выбор? Много лет пропавшая мама, моя невеселая личная жизнь, новый мир, в который я влюблена, но быть в нем невозможно, возврат в привычный мир, который меня почти ничем не держит, но это моя реальность…

Вдруг в дверь постучал Костя.

– Саша, я разогрел еду, тебе принести?

Я молчала, но стук повторился.

– Ответь, тебе не плохо?

– Не хочу есть, – выдавила я из себя.

– Пожалуйста, разреши мне войти.

– Входи.

Костя прошел и остановился у кровати.

– Возможно, я обидел тебя сегодня, подумал только потом…

– Не волнуйся, – перебила я. – Иди, отдыхай, ничем ты не обидел.

– Ты плачешь? – Парень заглянул мне в лицо. – Что случилось?

Я уткнулась в плед, пряча слезы. Меня раздражала моя слабость, но бороться с ней было сложно.

Присев на край кровати, Константин тронул меня за плечо.

– Саша, прошу, давай поговорим.

Пришлось отреагировать. Я перевернулась и поднялась, свесив ноги.

– Мне не нужна твоя помощь, ты можешь идти отдыхать.

Какое-то время мы молчали. Я слушала, как тикают настенные часы и скрипят качели во дворе соседей, размышляя о том, почему все складывается не так, как мы хотим.

Неожиданно Костя слез с кровати и опустился передо мной на колено.

– Я обидел тебя, – с сожалением произнес он. – Сделал больно. Это не увидит только слепой, а я веду себя как слепой. Моя натура такова, и у нас с ней крепкая борьба. Но обидеть тебя – это удар с моей стороны. Ты одинокая душа, выросшая без любви и тепла матери, ты ищешь ее в людях подсознательно и, найдя, прижимаешься к этому теплу чужого сердца, ожидая возможности согреться. Но я не дал тебе согреться от себя, а в тот момент ты в этом нуждалась, и теперь мне скверно и плохо. Обидеть тебя – как убить беззащитное создание. Иди сюда. – Костя сжал меня в крепких объятиях. – Прости, Саша.

Я застыла от такого признания и вообще от его поведения, но в сильных руках Константина мне стало очень уютно, словно в этот момент его сердце действительно согрело меня, изливая тепло.

Мы сидели молча, я даже боялась пошевелиться, чтобы не нарушить радость, соединяющую нас в этот миг. Крепкие объятия расслабили мое напряженное тело, и я согрелась.

Спустя время Костя медленно отпустил меня и отстранился, внимательно глядя в глаза.

– Прости меня, – повторил он. – Меньше всего на свете я хочу причинить тебе боль.

Костя никогда не смотрел на меня вот так, как сейчас. Он старался избегать прямого взгляда и всегда выглядел закрытым, словно защищался от проникновения в свою душу. И его поведение удивило меня.