Ведьмина таверна - Кристи Кострова

Я вышла вперед:

– Я не отпускаю Иниру! Она мне нужна.

Сэм укоризненно посмотрел на меня.

– Но ведь Инира несовершеннолетняя. Я ее отец и именно мне решать ее судьбу.

– То есть Инира недостаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать решения, но достаточно взрослая, чтобы выйти замуж? – я даже не попыталась поубавить скепсис в моем голосе. – Напоминаю, что Инира подписала магический контракт, а значит, следующие полгода я отвечаю за нее ровно так же, как и вы. Я готова разорвать контракт, но только если Инира захочет этого сама.

– Тогда всё решено, госпожа ведьма, – мгновенно повеселел Сэм. – Инира, скажи, что ты уходишь.

Я, затаив дыхание, уставилась на замершую Иниру. Она молчала, но ее губы дрожали. Мое сердце ушло в пятки. Неужели отец надавит на жалость, и она все-таки согласится?

Спустя несколько мучительно долгих секунд Инира покачала головой.

– Нет. Я не пойду замуж за Тартла, не упрашивайте. Зарплата в таверне у меня хорошая, и я буду отсылать вам деньги, а мне хватит питания и крыши над головой.

Меня охватила волна облегчения, смешанная с досадой, – Инира снова совсем не думала о себе. Впрочем, для нее принять подобное решение – уже большее достижение.

– Вы слышали, – пожала я плечами и уже мягче добавила: – Вам не о чем беспокоиться, Сэм, я присмотрю за Инирой.

– Ага, как же! – брызгая слюной, выкрикнул мужчина. – Здесь, в этом рассаднике нечисти? Они уже сожрали одного человека, кто помешает им напасть на Иниру, которая крутится прямо у них перед носом?

Этого я уже стерпеть не могла.

– Выметайтесь отсюда, – я указала ему на дверь. Та внезапно распахнулась и громко ударилась о стену. – Вы вообще что-нибудь слышали о презумпции невиновности?

Сэм испуганно втянул голову в плечи и искоса взглянул на Иниру.

– Надеюсь, ты не пожалеешь об этом, дочка.

Едва Сэм ушел, я посмотрела на сжавшуюся в комок Иниру. Она смахнула повисшую на ресничке слезинку и тихо спросила:

– Я предательница, да? Брат сказал, что если я не сделаю этого, то стану предательницей.

– Вовсе нет! – с жаром возразила я.

На языке крутились десятки фраз, но вместо этого я крепко обняла девушку. Здесь, в Кафаре, приносить себя в жертву семье было вполне естественно, но, к счастью, Инира оказалась из другого теста.

Мимо прошла полупрозрачная госпожа Аэрдойл с гусеницей под мышкой. В отличие от нечисти, форла предпочитала дневные прогулки. Следом показались тролли, и я увела Иниру в ее комнату на втором этаже. Незачем кому-то видеть ее в подобном состоянии. Инира механически переставляла ноги, хмурясь и кусая губы.

– Думаю, тебе не помешает отдохнуть, – нарочито жизнерадостно сообщила я и усадила ее на кровать, мельком отметив, что в комнате царил идеальный порядок. Конечно, в таверне убирались скелеты… Но они никогда не трогали личные вещи, а потому наша с Сёмой комната выглядела куда хуже.

Едва сев, Инира вся сжалась, будто шарик, из которого выпустили воздух.

– Если хочешь, расскажи мне все.

Девушка всхлипнула и вытерла слезы.

– Я всегда знала, что должна помогать семье, я ведь старшая. И я никогда не жаловалась, мне нравилось возиться с малышами, ведь они всегда отвечали мне взаимностью. Единственным, кто меня расстраивал, был мой брат Кевин. Ему всегда позволяли больше – еще бы, он ведь старший сын, будущая опора семьи! Кева всегда ставили в пример, хотя я уставала не меньше.

– Сколько ему лет? – осмелилась спросить я.

– Четырнадцать. Но он высокий и крепкий, он с двенадцати лет помогает отцу на работе. Все было не так уж плохо до тех пор, пока в нашей жизни не появился господин Тартл. Он богач. Кроме часовой мастерской у него еще десяток других лавок. В нашей деревне он закупает продукты как минимум у трех семей. Обычно этим занимается помощник, но однажды господин Тартл приехал сам.

Инира закашлялась, и я протянула ей стакан с водой, стоявший на прикроватной тумбочке. Сделав несколько глотков, она торопливо продолжила, похоже, ей давно хотелось выговориться.

– Господин Тартл положил на меня глаз несколько месяцев назад. Несколько раз он дарил мне цветы и приносил конфеты, но я не восприняла его всерьез. Он же старше меня лет на тридцать! Но однажды он пришел к отцу и сообщил о намерении жениться на мне, как только мне исполнится шестнадцать…

– …И твои родители не стали возражать, – горько закончила я.

– Еще бы! – грустно усмехнулась Инира. – Мама говорила, что это мой счастливый шанс! Девчонка из деревни могла рассчитывать на такого же деревенского парня, но никак не на торговца из города. В тот же вечер, когда господин Тартл сделал предложение, она ушла пошептаться к соседкам и вернулась очень довольной. Ей рассказали, что господин Тартл был трижды женат, но ни одна из жен не принесла ему сына. Поэтому он и выбрал меня – надеялся, что я пошла в мать. У нее-то всего две дочери и семь сыновей!

Я совсем не разделяла родительской радости и тоже решила разузнать о нем. Так вот, все бывшие жены Тартла отправлялись в монастырь, где замаливали вину перед Айнэ.

– Но за что? – изумилась я.

– За то, что не подарили своему мужу сына. И я не хотела повторить их участь!

Я скрипнула зубами, пожалев, что не ударила отца Иниры молнией.

– Но за пол ребенка отвечает отец, – не выдержала я и тут же осеклась. – А ты рассказала об этом родителям?

Инира грустно кивнула.

– Мама уверена, что я рожу мальчика, а значит, мне ничего не угрожает. Я не жалею, что отказалась, но теперь… теперь моя семья будет меня ненавидеть!

Ее голос сорвался, и она зарыдала, закрыв лицо руками.

– Инира, ты имеешь право распоряжаться собственной жизнью, – уверенно сказала я. – К тому же ты можешь помочь семье иначе – если получишь профессию, которая будет тебя кормить. Это куда надежнее, чем выходить замуж и рассчитывать исключительно на доброту мужа.

– Там, в твоем мире, всё, может быть, и так, а в Кафаре – совсем по-другому! Женщине довольно сложно получить профессию. Исключением являются только магиссы, но у них есть дар.

– А если тебе поможет ведьма? – подмигнула я. – Я вижу, что тебе нравится готовить. Ты играючи освоила рецепты блюд, которые я тебе описала. А так как помню я их весьма условно… Поверь, тут не каждый бы справился!

Инира несмело кивнула.

– Если честно, когда я готовлю, то ощущаю себя немного… ведьмой. Как будто я не просто готовлю, а… колдую! В такие моменты я чувствую себя так, словно по-настоящему владею собой, понимаешь? – смутившись, Инира спрятала лицо в ладонях. – Это так глупо!

– Вовсе нет, – улыбнулась я и, повинуясь порыву, снова обняла девушку. Она с готовностью прижалась ко мне, и мое сердце дрогнуло. Моргнув, чтобы не расплакаться, я нарочито бодро произнесла: